Ромкина сказка. 8. Папа приехал?

                Ромкина сказка
                Глава седьмая
                Папа приехал?

  Обсудить сразу ничего не успели. Бабушка настоятельно пригласила всех к столу завтракать. А на завтрак были блинчики со сметаной, мёдом, клубничным вареньем или творогом. На любой вкус.

  Шифя забыл про всё на свете, когда унюхал сметану. Благо теперь можно было не прятаться, а, изображая кота, выклянчивать разные вкусности у бабушки Тани. Он вертелся вокруг её ног, задевал хвостом, запрыгивал на стулья. И получив, наконец, долгожданную порцию обожаемой сметаны сидел возле миски на полу с удручённым взглядом.

  Котам полагалось лакать. Домовёнок, хоть и походил внешне на кота, но был более разумное существо и ел руками. Ну, то есть, хотел взять миску в руки и оттуда уже вылизывать. Но, коты же в лапы не берут... Сейчас он стоял перед очень большой дилеммой: спалиться, но съесть сметану как привык, или унизиться, но съесть так, как едят коты.
 
  - А что это ты не ешь, так ведь просил? - спросила бабушка.

  - Может ему уединиться нужно? - посмеиваясь ответила мама, наблюдавшая за метаниями Шифи. Реальная мордочка выражала весь спектр бродивших в его голове мыслей и выглядела крайне умилительно. - Вчера-то он при тебе ел?

  - Нет, я налила ему молока, положила котлету и пошла козу доить.

  - А, ну вот, видишь.

  - Хорошо. Давай попробуем. - бабушка пожала плечами и отнесла мисочку сметаны вместе с котом за печку. Как только она отошла, раздалось мерное чавканье.

  Все засмеялись.

  - Какой стеснительный кот. - подивилась бабушка Таня и стала разливать всем чай с малиной. Аромат стоял изумительный.

  За столом собралась вся семья. Пока завтракали, дедушка и дядя Герман рассказали о приключении на рыбалке.

  Рыбы они поймали немного. Точнее много, но осталось всего три рыбины. Дедушка их уже почистил и сложил, чтобы Герман Андреевич (как почётный гость) забрал их домой. А случилось у них вот что...

  Подойдя к заводи, наши рыбаки сначала залюбовались вчерашними лебедями. Но те, вдруг, загоготали, поплескались немного в воде и стали взлетать. Никогда раньше ни дедушка, ни Герман Андреевич не видели, как лебеди на взлёт идут. Да ещё рассвет окрашивает белых лебедей розовыми тонами. Красиво, шумно. Рыбу всю распугали, наверняка.

  Пришлось нашим рыболовам искать другое место. Нашли какую-то небольшую запруду. Берег пригорочком - сидеть удобно будет. Вокруг невысокий кустарничек. Вот за ним-то и расположились. Хорошо пошёл клёв. Ведёрко споро наполняется. Но тут стали замечать, что они рыбу кладут, а её вроде как больше не становится. А потом вообще меньше, да меньше. И какое-то постоянно шуршание, а потом как щелчок какой. И, главное, на щелчок оглянутся - никого. Что за напасть. А ведро стояло чуть позади мужчин.

  И тут дядя Герман голову вверх приподнял, да так и ахнул. Дедушку в бок толкает и глазами показывает. А там... А там в кустах стоит цапля. Ноги в ветвях не видны - сливаются, остатками листвы прикрываются, а сама сверху голову наклоняет и клювом в ведро. Хап рыбу, щёлк клювом, и голову сразу вверх. Рыбу заглатывает. Да так ловко. Видать не первый раз уже проделывает сей манёвр.
 
  Нет, ну а что? Стой там в воде по колено. Жди, когда рыба мимо проплывёт. А тут целый пир, без всяких проблем.

  Решили прогнать, так она возмущаться. Стрекотать, гоготать. Крыльями махать. Последнюю рыбу схватила и улетела.

  Ведро ближе к воде переставили. Но клёв сразу прекратился. Как будто рыба обиделась, что цаплю прогнали и ушла. За последний час всего три и поймали.

  Все подивились рассказу, посмеялись. Дедушка пожалел, что телефон с собой не взял. Такое видео бы получилось отменное. Тут мама вспомнила про лихача и понесла ему еду в подвал, где его закрыли в кладовочке.

  Тот, из-за верёвок вокруг тельца, выбраться наверх не мог, сквозь стены просочиться не получалось. А есть, бедолаге, уже захотелось. Мама застала жалкое зрелище. Уши повисли, хоботок елозил по полу, всасывая и выплёвывая какие-то крошки, а маленькие пальчики рук игрались с собственным хвостом. Но смотрел Спрук куда-то в угол совершенно пустым отрешённым взглядом.

  Неожиданно, одно ухо приподнялось и прислушалось. Взгляд при этом не поменялся. Потом приподнялся хоботок и направился в сторону мамы, которая держала в руках тазик с овощами и яблоками. Взгляд опять не поменялся. Даже хвост поднялся и начал качаться как маятник. Но Спрук смотрел убито в угол, а лапки повисли вдоль туловища. Было такое ощущение, что каждая часть его тела имеет отдельный мозг и живёт собственной жизнью.

  Тут хвост ударил легонько лихача по рогам. Тот встрепенулся, явно намереваясь дать сдачи, собственному хвосту. Но, как только он замахнулся, хвост принял стойку, явно указывая на маму. Существо оглянулось. Глаза Спрука увеличились вдвое. В них появилось столько желания и надежды.

  Мама хохотала так, что к ней прибежали дедушка и Ромка. Медленно и вальяжно, облизывая пальцы от сметаны откуда-то из стены влетел Шифя. Но Спрук уже никого не замечал. Он ел. Ел обычную еду, которая давала ему гораздо больше насыщения, а не впитывал отрицательную энергию, хватавшую всего на час-два. И ему было вкусно, тепло, и как-то спокойно. Даже не смущало, что сидит в холодном подвале, обмотанный заговоренными верёвками.

  После кормёжки бывшего врага, выяснение содержания сна пришлось отложить, так как бабушка категорически была против, чтобы держать в холоде теплолюбивое существо. И не важно, что рядом с ним всю ночь стоял обогреватель. Игуане (а ведь именно так она видела Спрука) нужен террариум и точка. После долгих споров было решено заказать нужный домик для ящерки, а пока организовать временную клетку из рабицы. Поставить на чердаке, а рядом обогреватель.

  Там, на чердаке у бабушки был склад памяти. Она в коробках и чемоданах хранила разные вещи, игрушки, фотографии и много чего, что рассматривала в часы ностальгического настроения. Поэтому там был стол, кресло, торшер. И вообще место довольно уютное. В круглое окошко дедушка вставил разноцветные стёклышки. Лучи солнца проходили через это окно, рассеиваясь радужными огнями. Ромка тоже любил посидеть здесь в солнечную погоду и полюбоваться волшебством игры света.
 
  Где-то ещё с час, дедушка и помощники сооружали новый домик для лихача-игуаны. Устанавливали и подготавливали всё необходимое. Мама нашла в вещах старый Ромкин горшок с крышкой. Совсем маленький. Бабушка скептически отнеслась к этой затее, но возражать не стала.

  Потом провели большой "совет в Филях". То есть совет на кухне, на котором решили, что дядя Герман с мамой поедут в город после обеда. Маме нужно было разобраться с тем, как ей теперь работать и добираться до неё, а Герману Андреевичу просто пора было возвращаться. И он предложил опять её довезти.

  После этого бабушка ушла на огород. Дядя Герман пошёл на облюбованные качели ловить последние солнечные лучи уходящего лета (точнее уже давно осени). Мама стала готовить обед. Дедушка и Ромка ей помогали. Шифя и Спрук сидели рядом и грызли, каждый свою вкусняшку: домовой - котлету, лихач - грушу. И параллельно с этим, мальчик рассказал свой сон.

  - Неужели, всё так и было. - задумчиво протянул Шифя по окончании рассказа, с чавканьем облизывая пальчики.

  - А что, похоже на правду. - ответил дедушка.

  - Так мы что же, мы хорошие? - удивился Спрук. - Мы помогать должны были? А почему же нас стали плохими считать? И почему никто не сказал, что можно столько всего вкусного есть?

  - Да, загадка!!! - потёр подбородок Шифя и обратился к Ромке. - Слушай. А давай ты сегодня перед сном этот вопрос вслух произнесёшь. Вдруг сработает, и книга тебе покажет ответ. А?

  - А что! Может и покажет... - поддержал его Николай. - Что, внучок? Не испугаешься?

  Ромка гордо выпятил грудь и громко сказал.

  - Нет. Спрошу. - но в глазах явно прятался испуганный огонёк.

  Тут в дом буквально влетела бабушка.

  - Там, там... Там, кажется, Митя приехал... - выпалила она. И все побежали во двор.

  Возле забора действительно стояла машина папиного охранника. К ней была пристёгнута перевозка для Топтошки. Дядя Антон как раз отсоединял её от своей машины.

  - Стойте! - закричала мама. - Антон, вы же Топтошку ещё не вывели, нельзя так. Нужно сначала животное отпустить. И тормоз.

  Антон удивлённо посмотрел на неё. Он совсем недавно работал у папы Ромки и ещё ни разу не перевозил Топтошку никуда. Мама и дедушка бросились к дверце коневозки. Вывели малыша из прицепа.
 
  Тот, как увидел знакомые лица так обрадовался, что аж подпрыгивать начал. И у него это так умилительно выходило.

  - Всю ночь спать не давал. Ржал, как бешеный. - раздался за спинами грозный, но очень родной голос.

  Ромка было дёрнулся к папе. В глазах Дмитрия при этом даже мелькнула какая-то искорка радости. Но он тут же свёл брови и отвернулся. Мама прижала мальчика к себе.

  - Ты, как ведьма, всех к себе привязываешь. И Хулиган, вон, за вами убежал. И Топтошка всю ночь покоя не давал. Хорошо ещё куры с павлином лететь за вами не надумали.

  Дмитрий опять глянул в сторону бывшей семьи. Брови его были сведены, губы сжаты в тонкую полоску. Но в глазах было столько тоски.

  - Спасибо, что привёз. Вы пообедаете с нами? Скоро всё будет готово. Я твои любимые голубцы накрутила. - спросила мама.

  Папа как-то раскрылся, дёрнулся вперёд, но потом опять отвернулся.

  - Нет. Дорога дальняя, а мне завтра рано вставать. Антон. Заводи машину.

  - Вот, хоть пирожков вчерашних в дорогу возьмите. С утра ведь, небось в пути. - прибежала бабушка и сунула водителю пакет с последними пирожками и бутылку с компотом.

  - Вот спасибо. - расплылся тот в широкой добродушной улыбке и юркнул в машину, пока хозяин не стал отказываться.

  - Папа, а ты моего мишку можешь привезти? - спросил вдруг зачем-то Ромка.

  Ему показалось, что, если папа будет часто приезжать и привозить какие-то вещи, то он оттает, и они опять станут жить втроём. Как раньше.

  Дмитрий внимательно посмотрел на сына. Потом на бывшую жену. Тяжело вздохнул и молча сел в машину.

  Резко развернувшись, машина увезла папу домой. Ромке почему-то стало очень грустно и тоскливо. Он упёрся лицом в гриву счастливого Топтошки и заплакал. К нему сразу же подбежал Хулиган и стал тереться об ноги, а рядом села Галька.

  Мама подошла, тихонько обняла всю эту разношёрстную компанию. Как удивительно. Её хватило на всех. И на Ромку, и на Топтошку, и на Хулигана, и даже Гальке досталась мамина ласка.

  "Никакая она не ведьма" - подумал мальчик: "Она феечка".