1575. Хуторская чертовщина. Горечь горного мёда

        После продолжительного завтрака длившегося почти до самого установленного согласно распорядку дня трудящегося населения обеда, Пал Андревич в сопровождении Закира Альбертовича прогулялись по городу, осмотрев его достопримечательности подошли к тому же дому, но только с противоположной стороны.
          На что рассчитывал  Головнёв, взглянув с просящей мольбой в своих глазах на обладателя ценнейшей вещи, но его оппонент был не преклонен, в повелительном тоне произнеся.
-Даже и не помышляй, кубок останется при мне.
-Ты сходил бы, узнал, пришёл на обед этот твой таинственный сводник.
-Может мы зря к нему дорожку натоптали?
-Сейчас схожу,
                как-то не уверенно произнёс Закир,
-вероятнее всего он уже у себя в квартире.
-Ну так сходи или боишься, что тебя спустят по ступеням, дав крепкого пинка под зад?
-Да ничего я не боюсь, чего-то живот мутит, не пойму, то ли съел чего-то не свежего или вино внутри взбродило. 
-Ну так сходи в нужник, облегчись, не хватало опозориться у его дверей.
                Головнёв демонстративно помассировал себе живот, прислушался и тут же выдал  в своё оправдание.
-Вроде отпустило, заметно полегчало, видно газы скопились.
-Ну так чего их держать в себе, отойди в сторонку и расслабь анус.
-Пойду я Пал Андреевич узнаю.
-Так давно пора сходить, не знаю чего ты здесь стоишь и топчешься.
              Закир Альбертович ушёл, а Злотазан достал только что купленную коробку папирос, осторожно вскрыл с одного краю на ширину одной папиросы, пристукнул снизу большим пальцем.
      Уцепил пальцами выскочившую на половину папиросу, коробку сунул в карман, дунул внутрь мундштука, прикусил его зубами, примял пальцами.
           Достал коробок со спичками, прикурил, пыхтя папиросой посматривал в ту сторону, куда ушёл Закир, особо не питая надежды, что тот вернуться вместе со сводником.
        Не трудно было догадаться по поведению Головнёва, что тот сам имел сомнения застать своего знакомого дома.
          Так и вышло, да и чему здесь было удивляться, чего человеку было бежать домой на обед, если с его ухода прошло не более четырёх часов.
          Уже была выкурена папироса, а окурок отброшен в сторону, а Закира всё не было, уж не в нужнике он засел?
         Всё возможно и этого не стоило отрицать, а вон какой-то объявился мужичок, как-то подозрительно глянул в его сторону, немного постоял и пошёл в другом направлении вскоре скрывшись за углом.
          Томительные минуты ожидания всегда кажутся невероятно длительными, казалось прошла сама вечность, а этого Закира всё не было.
       Может плюнуть на всю эту затею, да и вернуться к Анне Владимировне, забрать у неё чемодан одолженный на время у Марии Александровны, да и рвануть после обеда в Прохладную.
           Злотазан призадумался над своим решением и был слегка удивлён, когда перед ним объявился Головнёв, будто материализовавшийся неоткуда.
          Он был один, да и особого восторга на его лице не наблюдалось, без всякого сомнения так выглядит самая обычная неудача, постигшая на грани возымевших надежд, как сизифов камень с трудом удерживаемый на склоне горы.
-Ещё не приходил,
                произнёс Закир,
-с минутку на минутку должен подойти.
-Придётся немножко подождать.
-Сам-то где всё это время был,
                спросил у него озабоченный неудачей прохиндей,
-стою жду не понятно чего, а тебя всё нет.
- Да с хозяйкой немного заболтался, неудобно было сразу уходить, она даже имела интерес взглянуть на тебя из своего окошка.
-Надеюсь ты не взболтнул ей, зачем мы сюда пришли?
-А то тут один тип, как-то подозрительно на меня взглянул, будто я ему до этого дорогу перешёл.
-Ну что вы Пал Андреевич, как можно, да разве я не понимаю всю серьёзность нашей затеи.
-В таких случаях я могила, ни кому и ничего не говорить.
-Бывают Закирушка такие могилы, которые умеют говорить и настолько они разговорчивые, что иной раз о скрытной тайне знает по всех подробностях вся округа.
-И в таком разе поздно чего либо предпринимать, как только собрать свои вещички и по скорее дать дёру.
-Ещё ждём полчаса, не придёт твой сводник, уходим без всякого сожаления.
-По всей вероятности он особо тебе не доверяет, возможно подумал, что это твой вымысел на счёт необычайного кубка.
-Пал Андреевич так в том и вся загвоздка, ему бы только взглянуть на эту вещицу и он бы потёк, как кусок коровьего масла по горячей сковороде.
-На пальцах особо не покажешь, словами не опишешь всей этой красоты, а вот посмотреть было бы подобно разорвавшейся бомбе, сразу бы возник невероятный интерес.
-Я ведь тоже не особо себе представлял, когда мне поведал о своём невероятной красоты кубке, а вот когда я узрел собственными глазами, то опешил до невероятности, был ослеплён чудесной и изумительной работой мастера золотых дел.
-Понимаешь Закир, я всегда руководствуюсь одним важным аргументом, как удачное истечение обстоятельств.
-Если задуманная мной блажь стелиться что та ровная дорожка,  то я доверяюсь своей интуиции и следую её указанию.
-А если начинаешь спотыкаться, превозмогать свои возможности, то лучше отказаться от этой затей.
-Ведь всякие препятствия не возникают на пустом месте, им способствуют определённого характера причины, что в данное время мы с тобой и наблюдаем.
-Давай закругляться и покончим с этим ещё не начавшимся действием, не смазанная и не подготовленная к длительному переезду телега преподнесёт в пути не мало не приятных сюрпризов.
-Я думаю ты уже начинаешь слышать, как противно поскрипывают колёса нашей затеи и телега всё труднее катиться по ровной дороге, а случись крутой подъём, можем его и не осилить, так и не забравшись на верх.
-Пойдём Закир, хватит мозолить глаза добропорядочным гражданам своим присутствием, не стоит привлекать к себе постороннего внимания, лишняя подозрительность нам ни к чему.
-Возможно ты уже здесь примелькался, а я, как видишь, лишняя фигура на фоне этого многоэтажного здания.
-Веди меня своими тайными тропами, вернёмся к Анне Владимировне, а после обеда думаю махнуть к себе.
-Придётся мне немного повременить с продажей кубка, да и как-то жалко с ним расставаться, вещица, скажу тебе, имеет магическое воздействие, может ещё разок рискнуть и заглянуть внутрь, вдруг там окажется подсказка, хотя бы намёк, где в горах спрятан клад.
-А чего бы нам с тобой не организовать хождение в горы, есть у меня на примете одно интересное местечко, как-то случалось о нём слышать, а вдруг действительно судьба припасла очередной сюрприз, ведь ты не зря мне сегодня напомнил о могиле.
-Чего бы нам не в сковырнуть одну из таких, есть подозрение, что вместе с покойников туда зарыли клад.
-Поверь мне Закир, если это так, то я тебе скажу на чистоту, там будет чего взять на долгую и счастливую жизнь.
-Так что не будем унывать, в этом суровом и прогнившем мире для нас найдётся множество достойных дел, работёнка вполне себе почётная и требует от нас к ней уважительного поклонения.

              Завернув за очередной угол на перекрёстке улиц, Злотазан с удивлением произнёс. Вот те раз, как это мы быстро оказались на этой улице, либо я заболтался, либо ты Закирушка провёл меня кратчайшей дорогой.
-Отсюда до двора Аннушки всего-то ничего.
-Ну пойдём, раз пришли, нас наверное с тобой обыскались, чемодан на месте, а меня нет, даже кухарку не предупредили, когда с тобой уходили.
-Наше возвращение окажется внезапной неожиданностью, что заметно удивит двух монашек из их домашней кельи.
          Особой радости и торжества встречи не произошло, всё воспринято было обыденно, будто всегда так и было, а если и возник интерес из любопытства у двух старушек, то все эти бесполезные хождения не вызвали у них особого восторга.
        За обедом, а это было где-то около трёх часов дня, не особо налегая на постную еду, хитрец и интриган попытался выведать у Анны Владимировны в каком месте в горах её поверенный в делах, а ныне по дошедшим слухам отошедшим в мир иной, Богдан Ефимович Поветреный содержал монастырскую пасеку.
      Удивительно подозрительной оказалась реакция Анны Владимировны на заданный ей вопрос Пал Андреевичем, она даже невольно вздрогнула, а в глазах про блеснуло чувство если не страха, то внезапной растерянности.
        Она на мгновение застыла в полнейшей обездвиженности, пытаясь сообразить чего бы ей ответить такого, чтобы далее не последовало расспросов.
       За столом наступила молчаливая пауза, даже Закир перестал чавкать, также устремив свойственное ему любопытство на хозяйку этого скромного застолья, он же первый и прервал наступившую тишину, произнеся.
-Анна Владимировна, расскажите, это так интересно будет узнать.
- Я ведь впервые об этом слышу.
          Хозяйка в свойственной ей манере, будто у неё свело болью челюсти, пронизывающим взглядом уставившись на Закир Альбертовича, будто змея намеревавшаяся кинуться на свою жертву, с трудом выдавила их себя.
-Это жуткая и не приятная в последствии история, не место ей за обеденным столом.
-Если и расскажу, то не сейчас.
          А отложив в сторону столовые приборы дала всем присутствующим понять, что у неё окончательно испорчен аппетит и она уходит в свою комнату.
          В отличие от неё матушка Анастасия оказалась более разговорчивее, она наклонилась над столом и тихо произнесла.
-Вечером расскажу во всех подробностях о произошедшей трагедии на монастырской пасеке в горах.
-Ужасное там приключилось убийство, одним словом чудовищная жуть. 
           Обстоятельства сложились так, что Пал Андреевич раздумал сегодня возвращаться в Прохладную, обстановочка в этом доме по его определению накалялась до красного каления, а там где появляется нервозность могут соскочить с языка рассказчика дополнительные сведения.
         Ведь всегда легко проболтаться, когда имеешь желание удивить чем-то необычным своих слушателей.
          А чего было не послушать и не сопоставить факты, ранее им услышанные и рассказанные после прошествии некоторого времени, в местах явных не стыковок и новых сведений укажет ему на не соответствие некоторых деталей из чего легко будет сделать заключительный вывод, где и в каком месте его крупно надули.
        Оставалось дождаться вечера и внимательно выслушать, чего  поведает матушка Анастасия о заброшенной пасеке в горах.
           Этот нудный и прилипчивый Закир Альбертович заинтригованный новым обстоятельством, всё допытывался для чего Пал Андреевичу сдалась эта пасека, чего там такого могло быть, если к этому времени там уже ничего не осталось.
        Пришлось намекнуть и ввести в курс дела, что этот Богдан Федотович в своё время ворочал в монастыре всеми хозяйственными делами, из чего следует сделать многозначительный вывод, что ему было поручено спрятать монастырскую казну, а лучшего места чем пасека в горах и не придумать.
        Взяв клятву с Головнёва, чтоб он случайно не заикнулся при монашках об монастырской казне, иначе вся эта затея выведать точное расположение пасеки схлопнется подобно радужному мыльному пузырю.
          Когда проныра и интриган Пал Андреевич, как у нас говорят, ходил до ветру справить нужду, Закир Альбертович умотал в неизвестном направлении, куда бегал и за чем, кому доложиться и о чём, особого интереса не вызвало, ну чего с него взять, если у него характер неусидчивый.
       А через полчасика он вновь оказался в доме Анны Владимировны объяснив своё отсутствие хождением домой с предупреждением, что сегодня может задержаться допоздна.
           Ожидание прихода вечера казалось нудным и тягучим, в начале шестого с вечерело, напряжённость нарастала, Злотазан уже раз пять с обеденного застолья выходил покурить, заглядывал на кухню к Фаине, делясь былыми воспоминаниями.
          Головнёв вновь подходил с предложением сходить к своему своднику, уверяя, что в это время он в точности окажется у себя, на что получил полный отказ, сославшись на усталость и бесполезную ходьбу днём.
        В часом семь, когда ночь окончательно вступила в свои права, набросив свою тёмную шаль, подали скромный ужин с последующим продолжительным чаепитием.
           Сидя за столом и прихлёбывая чай, Закир Альбертович метал свои взгляды в Пал Андреевича намекая ему, что пора бы узнать на счёт расположения в горах пасеки.
          В свою очередь пройдоха и авантюрист едва заметно кивал в сторону молодящейся старушки Анны Владимировны, которая явно была не в настроении и пора бы ей отправиться на покой в свою комнатку.
         А оставшись наедине с матушкой Анастасией, которая не прочь выкурить папиросу и пригубить спирту, попробовать выудить из неё нужную им информацию.

            Уже и чаю довольно по хлебали, и вареньица заметно подъели, поговорили на разные темы, даже затронули нынешнее подвешенное положение в стране, а эта старушенция и не думала уходить.
           После чая занялись обычным развлечением, как игра в карты, тянуть далее не представляло большого смысла, пришлось, так между прочим, разглядывая карты полученные на руки, спросить.
-Кто-то нам с Закир Альбертовичем обещался рассказать  о пасеке в горах.
-Если мне память не изменяет, это была одна из двух монастырских пасек.
-Как я слышал от Богдан Федотыча, хороший сбор горного мёда приносила это занятие.
-Хотелось бы знать, где это такое медовое место, возможно Закир Альбертович проявит интерес, заведёт собственную пасеку.
- А чему здесь удивляться, сейчас открыта прямая дорога к личному предпринимательству.
-Вот и будет нас снабжать горным лечебным мёдом.
          Вышло не большое замешательство старушки-монашки переглянулись, вероятнее всего надеясь на забывчивость их гостей, да и сдалась им эта пасека, когда есть дела куда поважнее каких-то тружениц пчёл.
          Но видя заинтересованность Пал Андреича и проявившего любопытство Закир Альбертовича, вынужденно пришлось поведать запутанную историю.
-В точности не могу указать, где находилась эта пасека,
                нехотя ответила Анна Владимировна,
-мне как-то говорил Богдан Федотыч, как туда проехать, но я так и не разу туда не съездила.
-К тому же у этой пасеке не было постоянного места, летом Богдан увозил её в горы, а на зиму возвращал в летник, где-то здесь не далеко от города.
-Определённо сказать не могу, так только предположительно указать дорогу.
-Меня и Закир Альбертовича в большей степени заинтересовала летняя стоянка, где и разыгралась страшная трагедия.
-Если вас не затруднит, можете нам поведать в подробностях, так чего же там произошло?
-Да откуда мне знать Павлуша, в тот год такая кутерьма закружилась, что в дурном сне не присниться.
-Даже вспоминать не хочется, вот только подумала и голова закружилась, пойду прилягу, как бы мне худо не стало.
-Иди, иди Аннушка, отдохни, я ещё немножко сыграю в карты в приятной компании друзей,
                с едва различимой радостью в голосе произнесла матушка Анастасия.
        Анна Владимировна с напущенным болезненным видом покинула своё почётное место и шаркая по полу удалилась в свою комнатку, а матушка Анастасия, свойственной только ей манере, окинув гостей своим хитрым лисьим взглядом, произнесла.
-А не испить ли нам для настроения маленько спирту, да и хорошо было бы выкурить по папироске.
-Чай не в келье сидим, кого нам опасаться?
- Закир, сходи на кухню и скажи Фаньке, пусть нам спирту выделит.
-Скажешь, что я просила.
-Матушка, давай я схожу, так надёжней будет.
-Мне уж Фаина не откажет, мы с ней давно дружбу водим.
-Сходи Павлик, если имеешь такое желание, мне без особой разницы кто из вас сходит, главное чтоб результат вышел положительный.
          Злотазан вышел из гостиной оставив наедине матушку Анастасию и Закир Альбертовича, была в этом его личная оплошность и отразиться ли она на его благополучие покажут предстоящие несколько дней.
         А он придя на кухню выказал кухарке пожелание матушки Анастасии на счёт спирта и выпросил скромной закуски, всё это он вскоре принёс в гостиную, где его появление несколько смутило говорящих о чём-то таком, о чём Злотазану не позволено было знать.
          Под первые пятьдесят грамм чистого спирта и дымя папиросами приступили к игре в подкидного дурачка.
      Воздействие спирта и табака имело приятное воздействие к дальнейшему непринуждённому разговору, как говориться в подобных обстоятельствах, за язык матушку Анастасию ни кто не тянул, она сама решила рассказать о том мрачном и не спокойном лихолетье.

                24-25 февраль 2026г.