Разговор с незнакомкой

 Чищу во дворе снег. Вдруг — звонок, чувствую, как вибрирует мобила в кармане. Отвечать лень. Стоит отвлечься от работы — пропадёт всякое желание, а его и так немного. За ночь навалило сантиметров пятнадцать. Кому надо — перезвонят.

«Кому там неймётся?» — думаю я.

На пятой серии вызовов всё-таки отвечаю, но исключительно затем, чтобы высказать всё, что думаю о назойливых звонящих. Номер вообще неизвестный.

Но высказаться я не успеваю — меня опережают.

— Вовчик, привет, это Рая. Почему не отвечал?

Я пытаюсь вспомнить, кто такая Рая. Голос совершенно незнакомый.

— Привет, — говорю на всякий случай, мало ли, — руки заняты были. Снег толкаю во дворе.

— Понятно. Извини за беспокойство, но тут такое дело… Даже не знаю, как начать… Слушай, твой этот одноклассник Рудик — он совсем идиот?

Я собираюсь сказать, что никакого Рудика не знаю и одноклассников с таким именем у меня не было, но снова не успеваю.

— Представляешь, этот идиот не даёт мне прохода! Зафрендился под разными именами во всех соцсетях, телефон где-то мой раздобыл и названивает постоянно. Такое несёт… Он точно ненормальный. Мне даже стыдно повторять. Первым делом он спросил — не поверишь — какие трусики я ношу: форма, цвет, фасон, как часто меняю... Я человека знаю шляпно, видела один раз — и теперь должна ему признаваться, что мне нравится чёрное кружевное бельё и что я терпеть не могу стринги, потому что они мне всё там натирают. Ты представляешь? Как такое сказать незнакомому человеку? Я бы со стыда сгорела!

— Ещё бы. Похоже, он какой-то извращенец, — отвечаю я, с трудом сдерживая смех.

— Даже не сомневаюсь. Хорошо, что ты меня понимаешь. Хоть один нормальный мужик среди знакомых. А знаешь, что он потом начал выведывать?

— Неужели… про это? — намекающим тоном, уже откровенно развлекаясь, спрашиваю я.

— Вовчик, я тебя целую! Ты просто прелесть! Представь себе — угадал. Он сутками напролёт выспрашивал, какой секс мне нравится: интенсивный или медленный, люблю ли предварительную игру, ролевые игры… Всё спрашивает и спрашивает. Он на что рассчитывал, идиот?

— На что?

— На то, что я тут же начну ему рассказывать, что самой сексуальной частью мужского тела считаю руки и ягодицы, что люблю долго целоваться и везде, что мне нравятся ласковые слова, что предпочитаю позу наездницы, что люблю заниматься сексом при включённом свете и терпеть не могу никаких извращений.

— Но ты же ему всего этого не сказала?

— Конечно нет! Что я, шлюха какая-то, делиться интимной информацией с каждым встречным? Обойдётся! И откуда только такие дебилы берутся, а, Вовчик? Он, представляешь, даже начал спрашивать, когда у меня месячные. С ума сойти! Думает, наверное, что я накануне красных дней календаря — которые, кстати, через неделю начнутся — даю объявление во все городские группы: «Прошу не беспокоить с такого-то по такое, буду злой». На что он вообще рассчитывает?

— На что?

— Что я с разбегу брошусь в его объятия.

— Он совсем контуженный?

Я слышу, как она смеётся.

— Дурка по нему плачет. Да и было бы к кому в объятия бросаться! Ты знаешь, какая у него машина?

— Какая?

— Старая «Сиерра», ей больше двадцати лет. Какая приличная девушка сядет в такую колымагу?

Я уже откровенно хихикаю.

— Но ты же не села в неё?

— Ну ты, Вовчик, юморист! Я тебя обожаю. Ладно, я побежала — муж с работы вернулся, надо супружеский долг выполнять. Потом перезвоню, поболтаем ещё. Какой же ты классный, Вовчик!

И отключилась.

Три дня она не звонила. От нечего делать я сам набрал номер — ради прикола.

В ответ услышал:
«Такой номер не существует».

Кто это был?
Что это было?

Не знаю я никаких Рай и никаких Рудиков.

25.02.2026