АКТ 1. Сцена 26. Мономиф

2 С утра, пока заря еще блуждала,
И леса песнь еще не зазвучала,
Элайн с Эженом собрались идти
Туда, где жизнь их разведет на полпути.

4 С архангелами тихо распрощавшись,
К их высоким силуэтам все ж прижавшись,
Покинули двойняшки отчий дом,
Отправившись искать правдивый тон.

6 И, вот, поднявшись в небо, огляделись.
Ориентиров не было – звезд осточертела ересь.
Но не сдавались ангелы и напролом летели,
Да город золотой весь оглядели.

8 Молитвой купола гигантские звучали
И души искру над бренным телом воспевали!
Кресты сияли, отражали свет.
Лучи коснулись каждого, как наступил рассвет.

10 История начнется здесь,
В столь чудном дивном месте!
Бог с ними рядом, он воскрес,
И в распростертом жесте.

12 «Варахиил (2) меня зовут. Я стану вам опорой.
Меня не нужно долго ждать – я сам приду с амфорой,
В которой будет сок, вино и, может даже зерна.
Любая благость из нее в миг станет жизнетворна», –

14 На площади их встретил юноша прекрасный.
В его накидке шов шел аккурат крестообразный.
Одежда белая переливалась серебром,
Мешая подойти к нему тайком.

16 Атласной лентой собран каждый локон был,
Он накидкой алою длину их в миг прикрыл.
Бросалось кое-что одно в его обличьи, лишь один изъян,
Но всякий все равно был обуян!

18 Пусть бронзовые крылья теплоту передавали
И, все ж, малы они, как будто надрезали.
Как у колибри вверх стремились, но корОтки,
Как будто дьявол пожелал, чтоб были кротки.

20 Варахиил держал в руках букет из алых роз,
Которые прекрасны без метаморфоз.
И лишь сейчас заметили сестра и брат,
Что волос Варахиила также необъят:

22 Красны, как пламя, как плоды, как кровь, как рок.
Нарушился привычный кровоток,
Когда на них взор обратил Варахиил
И подойти поближе пригласил:

24 «О вас наслышан, давече вы прибыли сюда,
Чтоб Господа найти. Вы жаждете суда,
Где, много лет прожив и Богу прослужив, вы будете стоять,
Да с гордостью его слова-пророчества внимать.

26 Здесь станете хранителями человеческой души,
Границ которой не видать, хоть опиши.
Блеф тьмы узреть и отблеск зла пресечь
Должны вы научиться, чтоб людей сберечь.

28 Я верю в вас, как верят выше нас.
Я знаю не пройдет мрак сквозь иконостас (3)!».
Вокруг сиянье молодости, красоты,
Как ангелы чудесны и щедры.

30 Ученики юны, прекрасны. Как сейчас
Я помню, что умы мерцали, словно бы алмаз.
И каждый подавал надежды, радуя совет,
Исписывая перед ними свой автопортрет.

32 Принимал их изъявленья серафимов сонм.
А одного из них так сладко зазвучал лишь тон:
«Пройдемте в залу, наши дети, надежда испокон
Лишь там клубиться, где слезам есть место и сезон».

34 Прекрасно место: свет мягкий по стенам растекаясь,
Впадал, как будто волнами, на мрамор, отражаясь
К потолку лучами, радугой играясь,
И, наконец, обратно в окна к небу возвращаясь.

36 Дышать легко здесь, крайне тут просторно,
Что даже эхо музыкально-рефлекторно.
Душа поет здесь, наполняясь смыслом,
Мысли утекают в ведра с коромыслом.

38 «Ответьте, кто из вас при даре,
Который лечит, даже при пожаре?
Кто мыслью, действием и просто словом
Исправит рану, созданную переломом?

40 Такие есть средь вас? Смелее проявляйтесь
И старейшин криков вы ж не опасайтесь.
Мы были все на вашем месте, лишь учениками,
Но путь прошли нелегкий. Был он, как цунами,

42 Смывал нас этот трудный мир, и мы вставали,
Крылья молодые и некрепкие над небом раскрывали.
И вы откроете тут свой потенциал,
В миг ясен станет всякий вам фрактал», –

44 Лилась речь чистым водопадом –
Очистит все, что высохло под ядом.
Серафим темноволос и темноглаз стоял,
Как будто облик истины передо мной предстал.

46 Читалась доброта и мягкость, сила и любовь,
Которые скрашали тягость вечеров.
Каждый показал ему силу своих чар,
Только вот Эжен с Элайн были, как Икар (4).

48 «А отчего молчите вы? Не нужно здесь смущаться.
В этих стенах осужденью не дано сгущаться», –
Одарил улыбкой нежной двойню серафим
И в тот же миг беспрекословно их благословил.

50 «Известны эти ангелы печально. О них молва идет,
Что прокляты, а может быть, и вовсе тьмы приплод», –
Ответил кто-то из толпы. Без лика. Без души.
Однако громогласно эхо разносилось здесь, в тиши.

52 «Не вижу смысла истязаться,
До боли чужеродной докасаться!
Всем рад безмерно, всем, кто прибыл.
А, кто лишь, ради зла, вмиг выбыл!», –

54 С блестящей стойкостью сказал Варахиил
И тут же гомон малодушных усмирил.
Эжен всем показал талант,
Энергия в руках мерцала, будто бриллиант.

56 «Я излечить могу любого.
И мне не нужно будет слово.
Да и касанье просто жест,
Которым намечаю божий крест», –

58 Эжен ответил. Старшие не ожидали,
Что столь силен мальчишка: годы – не медали.
Варахиил достал из переноски розу,
Которая засохла, поддаваясь страшному морозу:

60 «Коль оживить сумеешь тело,
То, может, душу воскресишь.
Однажды я уже пытался, не только я...
И все ж нельзя.

62 Закон у мира строг и ясен:
Не может быть никто двухфазен.
Родившись раз и умерев,
Не станешь вновь ты жив и цел».

64 Элайн взяла у брата розу,
И осмотрев ее метаморфозу,
Сказала четко: «Она здесь»,
Бутон расцвел. Таков эксцесс.

66 «Она была жива, боролась,
Столетья вся иссохлась, но кололось
Ее искра. Она желала быть
И, наконец, хоть кто-то смог свет алый разбудить!» (5).
 


СНОСКИ:

1. Мономиф — это один из архетипических сюжетов, состоящий в том, что герой повествования покидает обыденный мир, проходит испытания, встречает союзников и врагов, достигает цели (или терпит поражение), меняется внутренне и возвращается домой с новыми знаниями/силой. Термин «мономиф» впервые использовал Джозеф Кэмпбелл, заимствовавший его из романа Джеймса Джойса «Поминки по Финнегану». Согласно Дж. Кэмпбеллу, герой проходит несколько стадий путешествия, прежде чем миф достигает своего апогея, и протагонист становится героем: сепаративная, лиминальная и конечная стадии.

2.  Архангел Варахиил (ивр. Благословение Божие) — это архангел Божиих благословений — "«…через него посылается благословение Божие, благодать, на всякое дело, на всякое доброе житейское занятие». Имя архангела известно из апокрифической Третьей книги Еноха (3 Енох 14; 17). В иконографии 18-19 веков Вараахиила изображают с цветком в руке или «несущим на груди своей на одежде белые розы, как бы награждающим по повелению Божию за молитвы, труды и нравственное поведение людей и предвозвещающим блаженство и нескончаемый мир в Царствии Небесном».

3.  Иконостас — это перегородка, отделяющая алтарь от остальной части храма. На ней помещают иконы в несколько рядов — такая традиция распространена в православной церкви.

4. Икар — персонаж древнегреческой мифологии, сын Дедала, известный полетом на сделанных отцом крыльях из перьев и воска. Игнорировав предупреждения, он подлетел слишком близко к солнцу, воск расплавился, и Икар упал в Эгейское море, символизируя трагическую самонадеянность и стремление к свободе.

5. 66-33-32=?




КОНЕЦ АКТА 1. НЕБЕСНАЯ ДВОЙНЯ


Господь говорит устами солнца...

Господь говорит устами солнца.

ГОСПОДЬ ГОВОРИТ УСТАМИ СОЛНЦА!