Тень русской души

Три самых важных архетипа доминируют в душе русского человека, определяя все его помыслы и действия, и задавая магистральное направление его жизни. Во-первых, речь идёт об архетипе Смысла/Искателя сверхцели, во-вторых - об архетипе Жертвы и  в-третьих – об архетипе Героя/Защитника. При благоприятных условиях эти архетипы могли бы привести русский народ  к благополучию и процветанию.  Ведь, сами по себе, они свидетельствуют о прекрасных душевных качествах народа, его способности ставить перед собой грандиозные цели и добиваться их выполнения. Однако, в силу целого ряда неблагоприятных факторов,  среди которых  немаловажную роль играют неблагоприятный исторический опыт и политическая пропаганда,  они, практически, постоянно демонстрируют свою обратную сторону – тень. Так, первый из указанных архетипов сводится к убеждению в том, что достижение смысла жизни возможно только через катастрофу, крайности ,страдание. Второй архетип заставляет человека оправдывать сам факт страдания, признавать ценность мученичества самого по себе. Третий архетип приводит к допущению того, что во имя достижения некоего высшего идеала возможно разрушение и насилие, а в своих крайних формах порождает даже фанатизм.
У К.Г. Юнга тень – это архетипический образ и один из центральных элементов его аналитической психологии. Можно представить тень, как совокупность всего вытесненного и неосознанного в психике человека. Это качества, чувства, желания и импульсы, которые личность не признаёт в себе или считает неприемлемыми. Такая совокупность может включать в себя не только «тёмные» стороны (агрессию, зависть, эгоизм), но и подавленные положительные качества, ( например, творческие способности, наклонности, которые не вписываются в положительный образ себя).
Тень формируется в процессе социализации нашей личности: мы скрываем в тени всё то, что противоречит нормам семьи, общества, общества, собственной маске (персоне). На уровне коллективного бессознательного, тень отражает универсальный архетип тёмной, неуправляемой, первобытной стороны человеческой природы. Юнг отмечал, что встреча с тенью – это необходимый этап индивидуации ( обретения цельной личности).
Признание и интеграция тени позволяют человеку обрести внутреннее единство и свободу. Тогда как вытеснение тени приводит к проекциям типа «он злой, а я хороший», и внутренним конфликтам. Часто бывает так, что человек, считающий себя исключительно доброжелательным и миролюбивым, может вытеснять собственную агрессивность, как несоответствующую собственным внутренним установкам. Тогда агрессия проявляется  как внешняя проекция: ему везде мерещатся враждебные люди.
 Психика русского человека очень плохо переносит всё, что связано с жизненной рутиной – устойчивую и однообразную норму поведения, долгий мир, тихое благополучие, без резких потрясений. В обществе, в такие периоды, накапливается раздражение, растут внутренние конфликты, поднимается градус тревожности. Если перевести все вышеуказанные явления на язык аналитической психологии, то мы имеем дело с тенью в коллективного бессознательного русского народа, связанной с постоянным ожиданием катастрофы или её тайным желанием. Ведь, как ни ужасно это звучит, катастрофа возвращает смысл жизни целому народу, заставляет его вновь почувствовать себя субъектом истории. Поскольку само существование русского человека связано с постоянным ожиданием катастрофы, и только в ней он находит подлинное душевное успокоение,  в его жизни нет ничего постоянного. Ведь он живёт  от одной катастрофы до другой. Все политические и социальные институты носят временный, преходящий, характер. Даже такие фундаментальные ценности, как право на жизнь и право собственности, могут быть в любой момент принесены в жертву интересам государства.
Важно понимать, что русский человек ищет не катастрофу, как таковую, а  состояние предельной ясности и оправданности жизни. Катастрофа, в данном случае, быстро обнажает искомый смысл жизни, убирает всё лишнее и наносное. Для русского человека, ведомого тенью, находиться в состоянии катастрофы, означает по-настоящему чувствовать и жить.
Мы подходим к самому сложному и опасному вопросу, который прячется в тени русской души: а что, если все страдания и жертвы народа были напрасны, и история – всего лишь жестокая случайность, лишённая какого бы то ни было смысла? Что если следование тени- это ложный путь, ведущий русский народ в никуда?
Безусловно, тень прочно укоренена в коллективном бессознательном, связана с ним тысячами видимых и невидимых нитей. Она крайне притягательна, поскольку даёт яркие эмоции, чувство единства в борьбе с внутренними и внешними врагами, позволяет оправдывать любые неудачи верой в собственную непогрешимость и непобедимость.
Чтобы выбраться из этого замкнутого круга, необходима трудная и кропотливая работа по освобождению коллективного бессознательного русского народа от гнёта тени.
Мы не можем освободиться от тени, отбросить её в сторону и зашагать дальше в сторону светлого будущего. Это просто невозможно, как, например, отказаться от частицы собственной души. Но мы вполне можем интегрировать тень, признать её наличие и начать работать с ней на сознательном уровне. Такой шаг позволит высвободить скованную тенью психическую энергию и направить её на достижение действительно важных жизненных целей. Ведь, если народ очень долгое время должен был выживать, приносить в жертву во имя каких-то высших целей своё счастье и благополучие, то он неизбежно вытесняет в тень такие  положительные качества, как чувствительность, спонтанность, творчество и подлинное жизнелюбие. Люди становятся мрачными, жестокими и равнодушными.
Поэтому интеграция коллективной тени- это всегда путь к свету из того серого и холодного мрака, в котором оказался народ.
Следует отметить несколько практических шагов, которые предстоит сделать в этом направлении. Прежде всего, обрести милосердие вместо жертвенности. Перейти от вынужденного страдания к осознанному состраданию. Далее, воспитать в народе созидательную волю, превратить исконное русское «авось»  и пассивное ожидание светлого будущего, лёжа на печи,  в активное преобразование реальности. И, самое, пожалуй, сложное, возродить подлинное чувство общности ( соборности) русского народа, не навязанное сверху, в качестве очередной инициативы властей, а идущее с самого низа.
Хорошо понятно, что всё описанное – это очень сложный и болезненный процесс. Но без такого излечения  любые новые реформы в политике и экономике станут всего лишь очередным повторением прошлых неудач и ещё больше укрепят всевластие тени в душе русского народа.