18 Сцена Дефицит мощности в зоне сингулярности

Старый Зая:
(вертит в руках чек из супермаркета, как будто это похоронная повестка его самооценке)
— Пять тысяч лимита... Танька права, я не просто «жму», я — системная ошибка в её бизнес-плане. Я же видел, как она на глазах превращается в нейросеть: самообучается, подстраивается под запросы рынка, оптимизирует чувства. А я? Я остался аналоговым. У меня внутри до сих пор этот старый ламповый механизм, который требует времени, верности и, упаси бог, душевного покоя.
(он смотрит на уезжающий «Майбах», и его свет отражается в его глазах, как приговор)
Я ведь не могу дать ей «квантовый скачок». Мой максимум — это шаг за шагом, по земле, через лужи. Я — экологически чистый продукт, который завял, потому что не содержит консервантов успеха. Моя любовь для неё — это кастрация амбиций. Потому что любовь — это всегда остановка, это всегда «побудь со мной здесь», а ей нужно «будь моим топливом там».
(он усмехается, глядя на пакет с кефиром)
Я не акселератор. Я — тормозная колодка. Я тот, кто напоминает, что в конце любого питч-дека всё равно будет осень, старость и кефир по акции. Она хочет обладать миром, а я могу предложить ей только обладание... мной. Но в её системе координат это — отрицательная доходность.
Знаешь, Тань... Нельзя разогнать «Запорожец» до скорости света — он просто рассыплется, убив и водителя, и пассажира. Я просто не хотел, чтобы ты рассыпалась. Но ты выбрала пересесть в ракету, где вместо сердца — ядерный реактор, а вместо близости — синергия.
(он выключает «аварийку», и на парковке становится пугающе тихо)