Солнечный камень N1

Я отдыхала в санатории Отрадное в городе Светлогорске Калининградской области, расположившийся на прибрежных холмах. Просыпаясь рано утром, около 6 часов, я ходила на море, плещущееся у подножия холма. Шум моря хорошо слышен на его вершине. Нередко я шла вместе
Ниной Викторовной — сотрудницей санатория, после окончания её смены. Она любила свой край и с увлечением рассказывала о его сложной судьбе: «Кому только ни принадлежала эта земля! Здесь были прусские поселения, немецкие и польские поместья, в дальнейшем эти земли присоединили к Российской империи. Представляете, в XVIII веке жители этой земли присягнули на верность императрице Елизавете Петровне. Но потом эти места стали немецкой провинцией Восточной Пруссии. В 1945 году на Потсдамской конференции часть их передана Советскому Союзу и включена в состав России».
— Вы рассказываете прямо как по учебнику, — заметила я.
Нина Викторовна заулыбалась: «Я готовлюсь стать гидом в местном музее и практикуюсь на Вас». Мы шли широкой крутой асфальтированной дорогой, спускающиеся к морю через сосново-еловый лес, в котором росло и множество других деревьев: дуб, клён, ясень, берёза, ольха, липа, осина, бук и граб.
 — Знаете, кого мы должны благодарить? Фридриха I, он влюбился в этот край и облагородил землю: велел посадить деревья, соорудить удобные спуски к морю, укрепить набережную. Он был очарован здешними местами, они вызывали у него романтические чувства. Надо покопаться в исторических  документах, может быть он был влюблён в нашу красавицу? — глаза Нины Викторовны сверкали от предвкушения открытия. Было раннее серое осеннее утро без дождя. На небе огромные свинцовые тучи, нависшие над морем. Воздух, настоянный на хвое и соли, кружил голову, как глоток шампанского. Прилив радости. Глубоко вдыхая пронзительно чистый морской воздух, пахнущий йодом, бромом и железом одновременно, я медленно шла, любуясь деревьями, посаженными стройными рядами. Кое-где валялись старые деревья, вывороченные из земли сильным ветром. У некоторых, растущих над глубокими ямами и крутыми оврагами, корни оголились. Я остановилась и загляделась на стройную сосну, уходящую в самое небо. На её вершине виднелись раскидистые ветви. Встречный ветер трепал мои волосы. Чёрная куртка до середины бёдер с рукавами «летучая мышь» развевалась на ветру. Я шла, стараясь не запачкать белоснежные спортивные брюки. На волнах серого бескрайнего моря качалось около 20 лебедей. Брови поползли вверх.

— Как дети, — подумала я.

Было видно, что это доставляет им удовольствие. Лебеди величественно скользили по воде.

— Неужели лебеди живут на море? Надо же, как интересно! КАМЕНЬ

Я отдыхала в санатории Отрадное в городе Светлогорске Калининградской области, расположившийся на прибрежных холмах. Просыпаясь рано утром, около 6 часов, я ходила на море, плещущееся у подножия холма. Шум моря хорошо слышен на его вершине. Нередко я шла вместе
Ниной Викторовной — сотрудницей санатория, после окончания её смены. Она любила свой край и с увлечением рассказывала о его сложной судьбе: «Кому только ни принадлежала эта земля! Здесь были прусские поселения, немецкие и польские поместья, в дальнейшем эти земли присоединили к Российской империи. Представляете, в XVIII веке жители этой земли присягнули на верность императрице Елизавете Петровне. Но потом эти места стали немецкой провинцией Восточной Пруссии. В 1945 году на Потсдамской конференции часть их передана Советскому Союзу и включена в состав России».
— Вы рассказываете прямо как по учебнику, — заметила я.
Нина Викторовна заулыбалась: «Я готовлюсь стать гидом в местном музее и практикуюсь на Вас». Мы шли широкой крутой асфальтированной дорогой, спускающиеся к морю через сосново-еловый лес, в котором росло и множество других деревьев: дуб, клён, ясень, берёза, ольха, липа, осина, бук и граб.
 — Знаете, кого мы должны благодарить? Фридриха I, он влюбился в этот край и облагородил землю: велел посадить деревья, соорудить удобные спуски к морю, укрепить набережную. Он был очарован здешними местами, они вызывали у него романтические чувства. Надо покопаться в исторических  документах, может быть он был влюблён в нашу красавицу? — глаза Нины Викторовны сверкали от предвкушения открытия. Было раннее серое осеннее утро без дождя. На небе огромные свинцовые тучи, нависшие над морем. Воздух, настоянный на хвое и соли, кружил голову, как глоток шампанского. Прилив радости. Глубоко вдыхая пронзительно чистый морской воздух, пахнущий йодом, бромом и железом одновременно, я медленно шла, любуясь деревьями, посаженными стройными рядами. Кое-где валялись старые деревья, вывороченные из земли сильным ветром. У некоторых, растущих над глубокими ямами и крутыми оврагами, корни оголились. Я остановилась и загляделась на стройную сосну, уходящую в самое небо. На её вершине виднелись раскидистые ветви. Встречный ветер трепал мои волосы. Чёрная куртка до середины бёдер с рукавами «летучая мышь» развевалась на ветру. Я шла, стараясь не запачкать белоснежные спортивные брюки. На волнах серого бескрайнего моря качалось около 20 лебедей. Брови поползли вверх.

— Как дети, — подумала я.

Было видно, что это доставляет им удовольствие. Лебеди величественно скользили по воде.

— Неужели лебеди живут на море? Надо же, как интересно!