По ту сторону этого мира. Глава 45. Принятие

Стефания легким, почти бесшумными шагами, отточенными годами жизни в стенах замка, следовала за своим тревожным чутьем. Первым она наткнулась на командира Грема, в боковой арке, с лицом, застывшим в служебной маске, за которой пряталась настоящая тревога. Он шел вглубь административного крыла - туда, где заседал совет и где стены были толще, а слова - тяжелее. Она не стала спрашивать: «что произошло», весь вид командира говорил о том, что это было что-то серьезное. Следом, возле тренировочной площадке она услышала обрывки фраз, прижатые к губам: «...из воздуха, прямо здесь...», «...а тот мужчина… его взгляд пробирает до дрожи...», «...поразительное волшебство...». Слухи в замке расползались быстрее пожара, и Стефания научилась ловить их сердцем, а не ушами. И невидимый, едва уловимый, но для нее - ощутимый след магии повис в воздухе. Он тянулся по коридорам, как шлейф, и вел туда, куда все боялись заглянуть.

Она свернула в узкий проход, ведущий к служебному дворику. Здесь не было парадных дорожек, только голый камень и высокие, запыленные окна. В одном из которых она заметила силуэт с огненно-рыжими волосами, которые она не спутает ни с кем. Сердце ее забилось чаще, уже не от бега, а от предчувствия. Она обошла внутренний двор и приблизилась к высоким, стрельчатым окнам Зала Совета с толстыми, мутноватыми стеклами.

Стефания прижалась спиной к холодному камню, пытаясь перевести дыхание. Она не слышала ни слова. Только видела, как тени слегка движутся. Ее пальцы, ледяные от волнения и ноябрьского ветерка, сами потянулись к холодному стеклу... На руке сверкнул небольшой катализатор, который она носила как браслет на запястье. И тогда магия, всегда чуткая к ее смятению, откликнулась сама. Под ее прикосновением на гладкой поверхности поползли первые, дрожащие завитки инея. Это не было сознательным шпионажем, скорее крик ее души, проявившийся во льду. Тончайшие ледяные кристаллы выстраивались в сложные, фрактальные узоры, похожие на морозные цветы в самом уголке окна, где из было не заметно.

-Добро пожаловать обратно, - произнес Аллистейр, опуская формальности. Его взгляд скользнул по посоху в ее руке, по новым, едва затянувшимся царапинам на лице Теодора. - После нашего последнего прощания, не думал, что увижу вас снова. Однако ваше появление говорит само за себя. В чем дело?
Элиана не стала тратить время и сразу сообщила:
-Я нашла последний фрагмент для заклинания Возрождения, - заявила она, и ее голос, чистый и твердый, разрезал тишину зала.
В глазах Аллистейра вспыхнула мгновенная, сдержанная надежда: - Значит, вы уже можете его использовать? Закончить то, с чего все началось?
-Нет, - резко оборвала она, и в этом слове прозвучала такая горькая тяжесть, что даже Аллистейр на мгновение смолк. - Все не так просто. - Элиана закрыла глаза, поднеся ладонь ко лбу и медленно провела ее по лицу.
-Я расскажу это один раз, - начала она, открыв глаза и устремив на него прямой взгляд. - И прошу не выносить эту информацию за пределы этого зала.
-Хорошо, - король кивнул, и его лицо стало маской сосредоточенной серьёзности.
-Давным-давно душа… - она сделала небольшую паузу, подбирая слово, чтобы обойти значение «богини» - очень могущественного существа раскололась на пятнадцать осколков. Эти осколки обрушились на ваш мир, на Селестию. И… вы призвали меня. Моя душа откликнулась на этот зов. - Она говорила ровно, как будто зачитывала отчет. - Я собрала уже четырнадцать. И впитала их силу. Последний… - ее голос дрогнул, — последний сотрет всю мою память. Все, что делает меня… мной.
Теодор, стоявший чуть позади нее, не шелохнулся, но его рука на рукояти меча сжалась так, что побелели костяшки. Он знал эту правду, но слышать ее, произнесенную вслух в этом холодном зале, было сродни новой ране.
-И пока этого не случилось, - ее голос стал твердым, как сталь, - я должна обеспечить стабильность: помочь Стефании отстроить замок в Фубуки; завершить обучение Каина и дождаться подписания прочного договора о военном и магическом альянсе, скрепленного их помолвкой. Только после этого я исполню свое предназначение. Это не просьба, Аллистейр. Это необходимое условие для выживания ваших королевств в том мире, который настанет после.
Тишина, наступившая после ее слов, была настолько густой, что, казалось, она давит на каменные стены. В углу негромко треснуло пламя в магическом светильнике, и этот звук в тяжелом воздухе зала прозвучал как раскат грома.
Король молчал дольше, чем того требовал протокол. Его взгляд, обычно такой пронзительный и живой, на мгновение ушел куда-то вглубь себя, будто он взвешивал не политические риски, а саму горечь этой судьбы.
-А если мир не выдержит этих трех лет? - наконец произнес Аллистейр, и его голос прозвучал сухо, как треск льда. - Если угроза, ради которой все это затевалось, настигнет нас раньше вашего срока?
-Пятнадцатый осколок у меня, - ответила Элиана. - Я запечатаю его и буду всегда носить при себе. Если тот момент настанет раньше срока… - в ее зеленых глазах вспыхнула холодная решимость, - то так тому и быть. Я исполню свое предназначение немедленно.

За толстым стеклом Стефания почти ничего не различала. Но лед стал резонатором - примитивным, но работающим акустическим инструментом. И сквозь искаженный гул, сквозь помехи: до нее донеслись обрывки, вырванные из контекста:

…осколки… последний…
…сотрёт… память…
…три года… если мир не выдержит…
…исполню… предназначение…

Этого было достаточно. Она знала легенду. Наставницу призвали, чтобы найти осколки души и сотворить великое заклинание Возрождения для Селестии. Это была благородная, светлая миссия. Но то, что она услышала сейчас… «Последний осколок». «Сотрёт память». «Три года». «Исполню предназначение». Эти обрывки нанизывались на знакомую легенду, искажая ее, делая чудовищной.
Стефания отпрянула от холодного камня стены, судорожно сжав онемевшие пальцы. В ее глазах стояло не просто потрясение, а ужасающая переоценка всего, что она знала. Она сложила пазл из обрывков. Героическое «великое заклинание Возрождения», ради которого призвали Наставницу… оно забирало у нее все. Память. Прошлое. Все. А «исполнение предназначения» после этого звучало как пустая, страшная формальность. Она ушла, погрузившись в свои мысли. Стефания знала, что нельзя никому говорить, что нельзя показывать то, о чем она догадалась. Она быстро пошла прочь, по пути инстинктивно пряча руку с браслетом-катализатором глубоко в складки рукава.

А в это время на окне ледяные узоры медленно таяли, стекая каплями, будто само стекло плакало от услышанного. В Зале Совета разговор достиг своей деловой кульминации.

Король Аллистейр медленно, глубоко вздохнул. В этом вздохе было признание неизбежного, холодный расчет и тень чего-то, что могло бы быть уважением.
-Три года, - произнес он, как констатацию нового фундаментального закона, - на укрепление союза и подготовку наследников к браку, вступлению в альянс, как гарантию стабильности…
Он сделал паузу, его взгляд, привыкший взвешивать империи, оценивал теперь эту хрупкую, вырванную у судьбы отсрочку: - Условия приняты. Тайки будет выполнять свою часть. Фубуки получит все необходимое для того, чтобы отстроить замок в кратчайшие срок. Договор будет подписан.
Голос Теодора, низкий и лишенный эмоций, внес в разговор элемент жесткой практичности.
-Для координации строительства и обороны на чужой территории нам понадобятся официальные полномочия. Мандат от короны Тайки. Без него наши распоряжения в Фубуки будут пустым звуком.
Аллистейр перевел на него взгляд. В его глазах мелькнуло не раздражение, а расчетливое одобрение. Он говорил с человеком, который мыслил теми же категориями - ответственностью, цепочкой команд, реальной властью.
-Суть ваша верна. Без статуса нет авторитета, - произнес король. - На подготовку соответствующих указов и процедуру назначения потребуется несколько дней. К вашему отъезду в Фубуки вы получите все необходимое: полномочия, печати и… полный доступ ко всем отчетам, касающимся безопасности границ и состояния дел в регионе. Это позволит вам действовать со знанием всех обстоятельств.
Он сделал небольшую, но значимую паузу. Слова «полный доступ ко всем отчетам» висели в воздухе - ненавязчивое, но точное указание на то, что в их новом статусе им станут доступны и документы о «Пожирателе Вихрей».
-Тогда на сегодня все. Ваши покои в западном крыле ждут. Они по-прежнему к вашим услугам.

Элиана не стала благодарить. Короткий, деловой кивок - и она вышла из зала, ее шаги были быстрыми и решительными. А Теодор бросил на короля последний оценивающий взгляд - он понял намек с отчетами - и молча последовал за спутницей.
Как только тяжелые дубовые двери глухо закрылись, отсекая их от зала, прямая, как струна, осанка Элианы на долю секунды дрогнула. Теодор мгновенно оказался рядом, его ладонь на мгновение легла ей на плечо - не только чтобы поддержать, но и чтобы дать почувствовать: до самого конца она не будет одна.

Когда они скрылись в глубине коридора, Аллистейр остался один в тишине Зала Совета. Его взгляд упал на отчет о «Пожирателе Вихрей». Уголки его губ дрогнули. Он не просил и даже не намекал прямо. Он обещал доступ к информации в рамках их будущих официальных полномочий. Этого было достаточно. Опытный стратег, каким была Элиана, увидев отчет, сама оценит его приоритет в рамках общей задачи по укреплению обороны. Логика была безупречной. И у него на одну сложную проблему - а по сути, на две - вскоре должно было стать меньше.