Мудрость забытых предков. вольнодумное эссе

               
                Нам просвещенье не пристало   
                И нам досталось от него
                Жеманство,- больше ничего.
                А.С. Пушкин 
         
       Современное человечество или сегодняшнее мировое сообщество (иногда его называют постиндустриальным обществом, эпохой модерна (или даже постмодерна)) имеет одну исключительную особенность, накладывающую как мне кажется, неизгладимый отпечаток на весь облик актуального мира или цивилизационной ойкумены. Сейчас я говорю не о стремительно развивающемся техническом прогрессе последствия, которого иногда столь грандиозны и непредсказуемы, что заставляют усомниться в его реальной необходимости.  Дело даже не в глобальном раскрепощении личности и преодоление многих вековых нравственных табу – нет, я о другом феномене нашего времени, а именно: информационно-познавательный контент (за исключением может быть прикладного или утилитарного свойства) в его общечеловеческом, гуманитарном понимании (прежде всего историческом или культурно-социальном) стали столь доступны для пользователя, сколь и совершенно ему не интересны или даже безразличны. Некоторые аналитики, не обделенные врожденной интуицией и явными талантам даже, говорят о: «падении познаваемости мира и, соответственно, социальной значимости знания». Сведения, осведомленность, опыт, накопленные человеком – разумным за многие века своей эволюции, благодаря современным технологиям становятся все более «открытыми», но мало востребованными.               

По существу, оно (знание) банально игнорируется. Иногда складывается впечатление, что до сегодняшнего дня, общественно - социальная жизнь как исторический процесс – не существовала для значительного числа не только простых обывателей, занятых стяжанием банальных материальных ресурсов, но и специалистов - исследователей, имеющих высокие звания и статусы. И это тенденция не имеет национального или географического окраса. Она глобальна, реализуется повсеместно и Россия не исключение.   К такому неутешительному выводу подтолкнули меня трагические события, свидетелем которых я стал очевидцем и свидетелем. «Русский мир» как собирательный образ и общепризнанный термин неуловимой экзистенциональной сущности России проявил себя в таких удручающе неприглядных формах и сущностях что меня охватило чувство крайнего разочарования относительно своих сентиментально-наивных, легковесных верований и мыслей о сакральном смысле и предназначении моего Отечества. Это была нравственная катастрофа и бесконечное отчаянье человека, который вдруг осознал, что он: «Десять лет озвучивал фильм. Но это было немое кино».  (Б. Гребенщиков)
Пытаясь осмыслить происходящее и еще более желая найти выход из омерзительной реальности, я вдруг подумал о великих столпах русской интеллектуальной мысли, которые уже многократно выносили суждения, мнения и даже пророчества которые мы мало любопытные потомки (маловеры) предпочитаем не помнить. Российская т.н. «патриотическая» общественность (не известно по какому праву присвоив себе подобный титул и по сути представляющая из себя тоталитарную антихристианскую секту идолопоклонников-язычников) приумножает многочисленные мифы об исключительном своеобразии русского общества, его фундаментально-основополагающем отличии от прежде всего европейского социума, его истории и культуры. Тут и всевозможные традиционалисты с «особым путем развития» и «православные фундаменталисты» с архаикой религиозного царства и модный ныне «евразийский кошмар» рассматривающий Россию как «стратегический Хартленд», империю суши (условно Востока) вечного антагониста империи моря (условно Запала). Что это если не пагубное и примитивное упрощение объективной реальности исторического процесса. Комплекс великодержавных неполноценностей, остервенелой догматики и воинственного шовинизма.  Надо ли говорить, что объективная реальность как одушевлённого (нематериального) мира, так и неодушевленного (материального) мира богата и разнообразна. Унифицировать, свести все к общему знаменателю бесчисленную полноту жизни можно только в одном случаи, а именно признав все названное -«атрибутами Бога», в ином случаи придется утверждать, что: «В мире компонентов нет эквивалентов», как говорили старые алхимики, а они-то знали, что говорили». (В. Ерофеев)            
     Однако следует ли из этого заключения тот факт, что человеческие цивилизации, мир-системы, народы и страны не имеют в себе даже единицу общего, даже пласт единородного, даже малую толику общего начала свойственного всем представителям человеческого рода? Может быть российская культурная среда имеет внеземное происхождение и была занесена на среднерусскую возвышенность блуждающим в межгалактическом пространстве астероидом? В принципе, существующее цивилизационно – этническое разнообразие есть только проявление божественного предопределения, его свободы и воли. Подлинный смысл происходящего, его причины и последствия едва ли может быть постигнут даже «венцом творения». («Никому неизвестны все причины вещей так, чтобы он мог судить о них»- Б. Спиноза.) Любое своеобразие — это только грань единого, составляющего основы всего человеческого бытия или объективной реальности.
Данное субъективное отступление было сделано мной с единственно целью – прояснить «свое место в строю», а именно в моем понимании, Россия не есть особый мир – цивилизация, а только севера - восточный рубеж Европейской культурной-исторической традиции.                Вся национальная особенность, самобытность и даже исключительность нашей страны заключается лишь в опаздывающем (вялотекущем) и избирательном процессе принятия (присвоения) общемировых (преимущественно европейских) цивилизационных норм и правил человеческого общежития (что совсем не исключает значимость и даже гениальность русского культурно-исторического установления).   Русская самобытность и уникальность есть проявление отрешенной неторопливости в усвоении мирового опыта. Россия есть не более чем страна догоняющего развития и в этом нет ущербности или порока – это наше метафизическое (трансцендентное) и возможно главное предназначение. Если бы мир знал только неудержимую силу прогресса и не имел возможности порой противиться, придерживать, замедлять данный процесс не провалилась бы земная цивилизация в «тартары» из-за непомерных амбиций, тщеславия и несовершенства человеческого рода? (Современный ультраконсервативный мыслитель России А. Дугин в своих работах часто пропагандируют простую и доходчивую мысль – прогресс (в любой форме) – это угроза и прежде всего для духовно-нравственных устоев общества.)  Данный факт, как таковой особенно ненавистен российским т.н. «государственникам» с их «пещерным» пониманием «подлинного» патриотизма и попыткой вырвать Россию из обще мировой парадигмы эволюции. Тем не менее весь исторический опыт нашей страны это убедительно опровергает, к примеру: выбор государственной религии (пусть и греческого, а не латинского образца) был продиктован как географической расположенностью (близостью) христианского мира, так и ментальной схожестью русского и европейского быта и культуры. Эпоха Возрождения (или Ренессанс) не имела в нашей стране столь явного выразительного проявления как на Западе, но в целом реформы Петра Великого были в русле данного процесса (да именно так) и впоследствии подарили миру подлинно великую гуманистическую русскую классическую литературу.  Социальные преобразования как-то: отмена крепостного права, институты парламентаризма и демократии (пусть даже условной) религиозные и политические свободы, образовательные и культурные стандарты как правило имели место в нашей стране со значительным отставанием (временным лагом) от стран протестанско-католического Запада, но без сомнения были обусловлены его не всегда «тлетворным» влиянием. Все это достаточно, бесспорно. Любой индивидуум имеющий хоть толику здравого смысла, непредвзятости и не обезображенный «воинственным патриотизмом» без труда найдет для себя многочисленные наглядные модели (факты) подтверждающие данную истину.  Дерзайте!   Возможно России и суждено явить миру новый образ человеческого рая или царства справедливости и подлинной свободы, но для этого ей необходимо отложиться от самой себя, от скверны великодержавия и национальной гордыни и вновь воскреснуть очеловеченной, нравственно преображённой и подлинно религиозной.

Однако все сказанное выше лишь досужие, «взятые с потолка» легкомысленные умозаключения дилетанта-любителя, развлекающего себя попыткой понять всю полноту и совокупность глобального исторического порядка. Подобный опыт хоть и нельзя назвать предосудительным, но ценность его не велика, если не сказать смехотворна.  И тут в пору вспомнить великих мыслителей прошлого, которыми земля русская никогда не была обделена. Имена и творчество данных ученых мужей широко известны и не нуждаются в каком-либо представлении и апологетики, но непреходящая мудрость наших забытых предков заставляет вновь и вновь обращаться к их бесценному опыту.
Итак, Константин Леонтьев, Владимир Соловьев и Николай Бердяев.  Можно ли что-то добавить к этим выдающимся именам? Многих ли можно поставить рядом?  Этот «золотой запас» русской мысли есть не просто кладезь философских, исторических и литературных знаний это –  подлинные пророки в своем Отечестве, которые подсказывают нам легкомысленным и нелюбопытным потомкам наше возможное будущее ставшее уже возможно почти настоящим.
Приступим.
Константин Леонтьев - по праву считается одним из самых самобытных и даже парадоксальных российских мыслителей XIX века. Последователь христианского традиционализма (иные его называли: «вдохновенный проповедник реакции». С. Булгаков), убежденный сторонник «византизма» (монархическая власть, строгая религиозность и жесткое сословно-иерархическое делении общества) и безжалостный противник либерального космополитизма. Одним из центральных тезисов его историко-философских трудов был сформулированный им закон «триединого процесса развития» в котором он утверждает, что все общественные институты (организмы) подобны организмам природы и проходят в своем развитии определенные стадии: 1) первичной простоты, 2) цветущего объединения и сложности и 3) вторичного смесительного упрощения. Если принять подобное отождествление (человеческого социума и окружающего мира) корректным, то можно прийти к очевидным и парадоксальным выводам. Детская простота превращается в зрелую сложность (цветение) и вырождается во вторичное упрощение – старость и уход. Жизнь человеческого индивидуума есть процесс приобретения новых качеств и возможностей, которые в конечном итоге приводят его на принципиально новый уровень развития. Усложнение человеческого бытия (во всех ракурсах) однозначный признак здорового и полнокровного организма, прогрессирующего и успешно реализующегося.                Значит, согласно закона Леонтьева («триединого процесса развития») социум (цивилизация), только тогда имеет перспективы будущего, когда поступательно усложняется, приобретая всеобщую многообразность, многоплановость и даже некоторую экстремальность. Когда данный процесс замедляется или что хуже исчерпывается это свидетельствует о скором угасании и даже окончания его жизненного цикла. Что тут сказать? Убийственная простота и однозначность, которая даже несколько смущает. Но продолжим, следуя вышеназванной логики, общество, основанное на разнообразии политических, идеологических, культурных, нравственных канонах, экономических и технологических укладах более жизненно, актуально и лучше адаптировано к неизбежным противоречиям и конфликтам нежели монолит единообразия (единства) как бы он себя не позиционировал.               
Но ведь это значит,что многоликий флаг жизни предпочтительнее примитивных черно-белых или даже трехцветных полотнищ примитивной схоластики. Это значит, что все т.н. признаки «расчеловечивания»: искусственный интеллект, гендерная свобода, транс гуманизм, «агрессивная» толерантность и прочие (главным образом антитезис некоторых постулатов традиционализма и идеологической архаики) не есть признаки «конца света» или приближающегося апокалипсиса, но только условия (или даже необходимость) дальнейшего эволюционного прогресса человеческой цивилизации.  «Традиция» и «Модерн» действительно имеют определенный конфронтационный потенциал, т.е. противоречие, но как нас учит «отец диалектики» - Гегель, - это естественная коллизия, которая детерминирует «синтез» этих начал, «снятие» неустранимых противоречий и как результат спираль исторического процесса поднимется на новый уровень.                Происходит процесс развития, трансформации, становления новой реальности (образа человеческого бытия). Сфокусировав данный принцип («триединого процесса развития») на пост крымскую Россию можно наблюдать просто чудовищное упрощение, вульгаризацию, оскопление как общественно-политической, так и экономической реальности. Политический «ландшафт» страны зачищен («не изрекай суждений и не будет у срока» - единственная актуальная максима современной России) : реальная оппозиция или ликвидирована (в прямом смысле) или вынуждена эмигрировать, отсутствие нормальной политической жизни (парламентские партии оспаривают между собой лишь степень лояльности режиму) почти официальная идеология т.н. «патриотизма» не допускающая любого альтернативного суждения и мнений, экономическое «импортозамещение» как отказ от возможности выбора и приобретения качественных товаров и услуг в угоду порой низкопробному отечественному производителю и т.д. Константин Леонтьев, по всей видимости, в «гробу» уже перевернулся  в предчувствии неладного.  Но услышит ли «матушка – Россия» пронзительный возглас давно ушедшего старца? Или может быть пора признать очевидное – настал заключительный этап «вторичного смесительного упрощения», оно уже необратимо и нам остается только подчинится воли рока?
                Другой яркий представитель русской философской школы, религиозный мистик, поэт и публицист, а многие исследователи по праву называют его отцом русской философии – Владимир Соловьев (1853 г. -1900 г.). Интеллектуальное наследие Владимира Соловьева чрезвычайно велико: истовый славянофил, сторонник слияния православной и католической церквей и объединения всего человечества, но при этом противник пацифизма и космополитизма; он предсказал грядущее объединение Европы, рост могущества Китая и даже появление искусственного интеллекта.
 Среди объёмного философского наследия Владимира Соловьева я хочу остановиться на его докладе, прочитанном в Париже в 1888 году и известным как – «Русская идея». Сам автор главный вопрос данного произведения сформулировал довольно конкретно: «о смысле существования России во всемирной истории». Надо ли говорить насколько трудна, масштабна и неиссякаема заявленная тема? В какой-то мере эта проблема сводится к определению экзистенциальной сущности нашей страны и ее раскрытие требует недюжинного таланта и даже, может быть, мистического прозрения.               

Владимир Соловьев в рамках данного доклада приходит к некоторым просто парадоксальным по своей внутренней логики выводам суть которых сводится к тому что Россия как социально-культурный феномен ( и вся её последующая история)  имеет в своей основе т.н. - «акт национального самоотречения» (их было несколько) и вот с чего все начиналось: «создавшем более тысячи лет тому назад русское государство в дни, когда наши предки, видя недостаточность туземных элементов для организации общественного порядка, по своей доброй воле и по зрелом размышлении призвали к власти скандинавских князей, сказав им достопамятные слова: "Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет, приходите княжить и владеть нами".  Славянофил С. Аксаков в таком «дарении» власти инородцам видел подлинное своеобразие России, её непохожесть на иные страны, её «родимое пятно». С точки зрения сегодняшнего кремлевского патриота, данный исторический факт иначе как – предательством национальных интересов не назовёшь!                По факту, призываются этнически и ментально чуждые элиты (до того не раз совершавших набеги на Русь) и получают в распоряжение (по сути в полное владение) не меньше чем «Её Величество» - русскую государственность (пусть даже находящуюся в зачаточном состоянии) с непременными атрибутами: суверенитетом и независимостью. Это историческая катастрофа! – бьется в исступлении поборник великодержавного строительства и оказывается постыдно посрамленным.               
Страна державно и организационно укрепляется, присоединяются новые земли и племена.  В период своего «расцвета» древнерусская держава занимала огромную по меркам средневековой Европы территорию - от притоков Вислы на западе до Волго-Окского междуречья на востоке, от Белого моря на севере до причерноморских степей на юге. Растет международный авторитет Киевской Руси и вот уже Анна Ярославна  — младшая из трёх дочерей великого князя киевского Ярослава Мудрого становится супругой французского короля Генриха I и королевой Франции. (Она известна в западной историографии также как Анна Русская) «Акт национального самоотречения» по сути стал историческим первоначалом образования государства, на фундаменте которого и по сегодняшний день удерживается Россия. Необходимо сказать, что историческая наука предлагает и иные версии образование русской государственности, однако «Норманнская теория» («кошмар начальной русской истории») является классическим и авторитетным источником происхождения русской национальной самобытности. Одного «акта национального самоотречения» нашим далеким предкам оказалось явно мало и дальше последовало кощунство и святотатство (сточки зрения существовавшей патриотической традиции) – принятие христианства. Язычество как форма религиозного культа составляло одну из главных (стержневых) традиционных ценностей (если пользоваться современной терминологией) наших далеких прародителей. В самой ранней из сохранившихся русских летописей - «Повести временных лет» под 980 годом говорится что идолы Перуна, Хорса, Дажьбога и других языческих богов были установлены в Киеве князем Владимиром Святославичем: «И приносили им жертвы, называя их богами, и приводили своих сыновей, и приносили жертвы бесам, и оскверняли землю жертвоприношениями своими».  Однако вдруг деревянные истуканы так верно служившие язычеству были низвергнуты, изрублены и сожжены, а идола Перуна спустили вниз по Днепру к речным порогам, за пределы Русской земли и совершил данное неслыханное по дерзости богохульство не пришлый враг или злобный недруг а тот самый князь Владимир Святославич который их и воздвиг.               
      Во истину вероломное предательство и низкопоклонство перед «тлетворным Западом» (пусть даже в виде Византии). Исконная, взращенная народной традицией и культурой религиозная практика была грубо и насильственно отвергнута в угоду новой духовно – нравственной доктрины, имеющей в своем основании совсем иные идеологические принципы. Данный катаклизм, вновь, не превратился в катастрофу и упадок для эволюционного восхождения русской цивилизации, напротив: Русь стала частью христианского мира (совершила цивилизационный выбор), появились храмовая архитектура и иконопись, стала распространяться грамотность (древнерусские летописи – ценный вклад в мировую культуру). Наконец образовался очень влиятельный институт государственного устройства – церковь, которая на протяжении всей дальнейшей истории играла существенную роль в жизни нашего Отечества. Очередное отречение от традиционной русской архаики вызвало новый подъем русской государственности и культуры. Было бы неправильным не сказать и о третьем акте национального самоотречения – европейских реформах Петра Великого (разорвавших на части очень многое из наследия уходящей в небытие Московской Руси или Византийского наследия) повлекших за собой «золотой век» и подлинный расцвет русского искусства и прежде всего литературы, а также сделавших Россию – мировой геополитической державой. Надо ли вам примеров больше для подтверждение абсолютной ценности актов «национального самоотречения» (или если угодно национал -предательства) ради подлинного величия и процветания Родины?               
Владимир Соловьев учит нас, что диалектика исторического процесса основана на беспощадном преодолении пагубного культа собственной (национальной) исключительности, самолюбования и иудейского ветхозаветного обожествления собственной страны, народа и истории (т.н. «Святая Русь»). 
                И наконец еще один замечательный представитель русской религиозно-философской мысли, последователь  экзистенциализма и персонализма ( иногда его называли русским Гегелем XX века) – Николай Бердяев. Судьба его была яркой и насыщенной: «…я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании»— пишет Николай Бердяев в предисловии к своей философской автобиографии "Самопознание". Философское наследие Бердяева огромно: он начинал свои смысловые опыты в марксистском кружке, но в конечные итоги оказался в значительной мере бескомпромиссно предан христианскому экзистенциализму. Из всего философского достояния мыслителя мне более всего хочется акцентировать внимание на его отношение к образу государства как к феномену социальной жизни. Философ абсолютно отчетливо указывает на тот факт, что государство имеет «полярную» суть: оно может и освобождать человека, и порабощать его. Мысль о том, что государство это – некий базис (или даже «необходимое зло») присутствует в произведениях философа: «Государство есть прежде всего гарантийное, посредническое и контрольное учреждение». Вместе с тем Бердяев абсолютно не склонен наделять государственную власть и ее «ипостаси» сакральными и высшими ценностями человеческого существования. Государство для человека, а не человек для государства – этот нравственный императив превалирует в его сознании.  Философ решительно и беспощадно разоблачает рабскую сущность государственного идолопоклонства или по-другому – государственного патриотизма: «Нужно перестать твердить людям с детства, что государство, а не человеческая личность есть высшая ценность и что мужество, величие, слава государства есть самая высокая и самая достойная цель. Человеческие души отравлены этими рабскими внушениями»; или так: «Священно не общество, не государство, не нация, а человек». Более того Бердяев подводит под данную философскую концепцию христианскую традицию в частности Евангельские сюжеты: «Соблазн царства есть один из соблазнов, отвергнутых Христом в пустыне.                Дьявол показал Христу с высокой горы «все царства мира и славу их» и предложил поклониться им.»  Стоит заметить, что «Царство кесаря» во все времена стремилось примерить на себе облачение «Царства Божьего» и искушало (развращало) человеческую натуру мнимыми ценностями (патриотизм, национальные интересы, суверенитет) претендую в конечные итоги на роль почти абсолютной истины тождественной Богу. Человеческая личность (как образ Божий) не имеет у патриотов-государственников собственной ценности и не несет особой миссии, он превращается только в средство (функцию) общественного механизма которым управляет вседержавное начало. (Как тут не вспомнить знаменитый Сталинский тост по случаю победы в В.О.В.: «За людей, которых считают винтиками государственного механизма…») Вот против такого антихристианского и кощунственного (т.е. по сути утилитарно- прикладного) отношения к человеческой личности как «экзистенциональному центру» мира и бунтовал Николай Бердяев. Как он современен и востребован в современной России с её культом великодержавного монстра – государства «Левиафана», требующего ради эгоистических национальных интересов, мнимого суверенитета и воинственной державности – величайших человеческих жертв, тотального морального рабства и религиозного язычества в виде культа государства как высшей (божественной) истины.
                Предостережения наших почти забытых «властителей дум» является во многом как «глас вопиющего в пустыне» - страстный призыв, остающийся без внимания, осмысления и банального интереса. Мы страна победивших утопий и химер, не помнящая не только своего подлинного родства, но и своих пророков. Подобная забывчивость (или даже отсутствие потребности мыслить) по меньшей мере опасна если не сказать гибельна для нашего Отечества и народа. Историческая память (обезображенная вредоносными «идолами сознания» которые так усиленно навязываются нам сегодняшними провидцами, за которыми все явственней вырисовываются тоталитарная секта неоязычников – велико державников) возможно уже не способна уберечь Россию от приближающейся цивилизационной катастрофы, однако стоит ли сильно печалиться подобному развитию обстоятельств?  Может быть известная и неоднозначная теория этногенеза (Л. Гумилёва) не плод воспалённого сознания, а подлинная реальность и тогда процесс становления этноса (в том числе и русского) от момента возникновения до исчезновения составляет в среднем 1200 – 1500 лет и наш срок уже пришел? Однако в любом случаи, «невыученные уроки» истории, пренебрежение к опыту прошлого, игнорирование мудрости предков – плохие нравственные путеводители и интеллектуальные ориентиры. Это печалит и настораживает.
И в завершении - у меня есть мечта! Божественное проведение вдруг коснется своими незримыми чертами «шестую часть суши» и произойдет немыслимое и упоительное явление: Россия тотчас озарится тем бесценным опытом мысли и плодами интеллектуального творчества своих великих предшественников, внемлет их подлинно спасительным наставлениям и тем спасет себя, вырвав из бездны самоубийственного бытия. О большем и не мыслю, но разве этого так мало?