Борис Серебряков. Рождённый убивать?

Жуткая история советского серийного убийцы Бориса Серебрякова чрезвычайно интересна… с богословской точки зрения. Ибо поднимает важнейшие, фундаментальнейшие, принципиальнейшие вопросы Предопределённости, Судьбы и Свободы Воли человеческой.

Борис Ефимович Серебряков, впоследствии получивший аж четыре прозвища одно другого инфернальнее («Куйбышевский монстр», «Ночная тварь», «Убийца на велосипеде» и «Хищник») родился 18 августа 1941 года в Чечено-Ингушской АССР, в городе Малгобек.

Кроме него, в семье было ещё две сестры. Отец семейства рано умер и воспитанием детей занималась мать. С детства Серебряков проявлял преступные наклонности: обладая буйным характером и тягой к алкоголю, ввязывался в драки со случайными людьми, своими коллегами и родственниками, за что неоднократно задерживался правоохранительными органами.

Он попадал в поле зрения милиции за нанесение телесных повреждений, кражи, поджоги, изнасилования, однако доказать его причастность не удавалось (или было просто лень).

В январе 1967 года, демобилизовавшись из рядов Советской армии, переехал в Куйбышев к своей сестре. Работал на Куйбышевском кабельном заводе рабочим… в общем, звёзд с неба не хватал.

4 сентября 1967 года Серебряков попытался изнасиловать женщину-диспетчера в одном из трамвайных депо. Он ворвался в комнату дежурной в зелёных плавках (!!!) и с ножом в руке. Фетишист-насильник… такое, увы, не редкость.

Женщина получила ножевые ранения в шею и руку, а Серебряков, испугавшись сопротивления, бежал. Однако вышедший комом первый взрослый криминальный блин его не остановил. А совсем даже наоборот – вызвал эскалацию до душегубства. Правда, на это потребовалось полтора года.

Первые убийства Серебряков совершил в ночь с 27 на 28 апреля 1969 года. Проникнув через окно в одно из жилых помещений 24-комнатного одноэтажного общежития барачного типа он убил ударами кирпичей (!!) Степана Зоркина, его пятилетнего сына Лёню и жену Марию.

Типичное family annihilation – убийство целой семьи. Уникальное советское явление – в приснопамятных США family annihilators убивают исключительно свои семьи (по разным причинам). Чужие семьи - это чисто советское убийство.

Изнасиловав мёртвую женщину (ещё и некрофил до кучи), он забрал 135 рублей и поджёг одежду убитых (то ли следы преступления скрыть пытался… то ли ещё и пироманьяк). От пожара пострадали несколько комнат общежития. Подозрение пало на бывшего мужа Марии Зоркиной (советские пинкертоны явно не были знакомы с «подвигами» советских family annihilators).

Следующее преступление Серебряков совершил год спустя (довольно распространённый «период отдыха» для серийного убийцы). В ночь на 30 апреля 1970 года он, проникнув в квартиру хозяйку квартиры и её дочь обухом взятого с собой топора и начал насиловать мать.

Думая, что она мертва (ибо некрофил). Но опомнившаяся дочь начала кричать, разбудила соседей, чем спугнула маньяка. Обе жертвы (к счастью) выжили.

Интеллектом душегуб явно не блистал. Иначе быстро понял бы, что и обух топора, и (тем более), кирпичи – крайне неудачное орудие убийства. Ибо крови много (удары по голове дают обильное кровотечение) … а забить насмерть непросто – может потребоваться более десятка ударов. 

В поисках жертв Серебряков ездил по городу на велосипеде «Украина» (отсюда одно из его прозвищ). В ночь с 8 на 9 мая 1970 года Серебряков убил топором в её собственном 70-летнюю женщину и её 30-летнюю квартирантку.

Вскоре в милицию пришёл некто Тимофеев и заявил, что это он совершил убийства. Проверка показала, что Тимофеев оговорил себя. Мало кому известно, что самооговоры – едва ли не самая большая головная боль детективов убойных отделов, которые расследуют серийные убийства.

Каждый раз в убийствах (по причине психического нездоровья) признаются 20-30 больных на всю голову сабжей… и признания каждого необходимо проверить, хотя настоящий убийца так не признавался никогда.

Убийства были настолько жуткими, что в Куйбышеве (ныне снова Самара) предсказуемо началась паника… а в том году в СССР должны были состояться выборы в Верховный Совет.

Жители города отказывались пускать в свои квартиры агитаторов, даже в сопровождении сотрудников милиции, и впрямую заявляли: «Пока убийцу не поймаете, голосовать не будем».

В ночь с 4 на 5 июня 1970 года в доме № 26 на Подгорной улице в Октябрьском районе рядом с Загородным парком Серебряков зарубил топором снова целую семью — отца, мать и двоих детей. После насилия над трупом хозяйки злодей поджёг дом и скрылся на велосипеде.

22 мая 1970 года была создана следственная бригада, которую возглавил аж генерал МВД. Были усилены милицейские патрули на улицах, увеличено число народных дружинников.

Возле одного из мест преступлений нашли ключ от велосипеда Серебрякова с клеймом Харьковского велосипедного завода. После этого особое внимание стали обращать на велосипедистов.

Поймали душегуба… в общем, это был тот ещё триллер – на зависть Голливуду. В 4 часа утра 8 июня 1970 года Серебрякова, выезжавшего на велосипеде из переулка на Аэропортовское шоссе, заметил дружинник (ДНД были весьма эффективным советским инструментом борьбы с преступностью – ибо дружинников в обязательном порядке обучали приёмам боевого самбо).

Изначально подозрений Серебряков не вызывал, но, когда порыв ветра распахнул его плащ, у него стал виден топор (как и многие другие серийники, он попался, в общем-то, случайно).

Началась погоня в стиле «поймать Якова Блюмкина». Серебряков заскочил во двор частного дома и спрятался в уличном туалете. Дружинники вместе с разбуженным ими хозяином дома стали обыскивать двор.

Один из дружинников открыл туалет и получил сначала удар в лицо, потом кирпичом по голове (он выжил). Серебряков побежал к железнодорожной платформе, вблизи которой в это время стоял грузовой поезд, состоящий из цистерн с мазутом.

Преступник залез на лесенку одной из цистерн (ну прямо товарищ Сухов из «Белого солнца пустыни») и хотел уехать на поезде, но был замечен помощником машиниста и побежал на другую сторону железной дороги к асфальтовому заводу.

Там он залез на дерево и с него спрыгнул на территорию завода «Прогресс», режимного предприятия. Сработала сигнализация, и вскоре душегуб был задержан сотрудниками охраны завода, а затем доставлен в милицию.

Арест серийного убийцы состоялся за неделю до выборов. Сотрудник милиции, арестовавший это чудовище, был повышен сразу на два звания — со старшего лейтенанта до майора (такое в СССР практиковалось).

Отпечатки пальцев и группа крови Серебрякова совпали с соответствующими характеристиками убийцы, в комнате Серебрякова были обнаружены похищенные у убитых вещи. Вскоре он во всём признался.

Судебно-психиатрическая экспертиза установила, что Серебряков психическими заболеваниями не страдает. Хотя у него были явные отклонения в поведении, это не стало препятствием для его привлечения к уголовной ответственности.

Во время судебного слушания люди, не поместившиеся в зал, заглядывали в окна — всем хотелось увидеть маньяка, почти полтора года державшего в страхе весь город. 16 сентября 1970 года Куйбышевский областной суд приговорил Бориса Серебрякова к смертной казни.

Когда огласили приговор, присутствующие в зале зааплодировали, а сам Серебряков (похоже, не чуждый мистике) грозно заявил: «Я ещё вернусь».

Все его прошения о помиловании были предсказуемо отклонены. В начале 1971 года смертный приговор в отношении Бориса Ефимовича Серебрякова был приведён в исполнение в Сызранской тюрьме.

На первый взгляд, его история подтверждает мнение многих детективов убойного отдела, который считают, что серийные убийцы являются отдельным подвидом человеческих существ. Homo rapax – «человек хищный».

И от рождения «запрограммированы» на охоту за себе подобными – сиречь на серийные убийства (а то и на серийные массовые убийства, как Серебряков и другие «истребители семей»). Иными словами, они рождены убивать. Natural-born killers, как говорят в США.

Я считаю, что это не так – ибо это означало бы, что у них нет Свободы Воли; что для них всё предопределено. Эта «доктрина предопределённости» является одним из краеугольных камней кальвинизма (одна из разновидностей протестантской ереси), но в данном случае великий еретик Жан Кальвин не прав категорически.

Очевидно, что у Серебрякова (и у многих ему подобных) были очень серьёзные задатки для того, чтобы стать кем он стал… но приснопамятная фраза «у него судьба такой» не соответствует действительности.

На самом деле, нет никакой предопределённости – и нет никакой Судьбы. Ни у кого нет предопределённого, «запрограммированного» будущего. Есть наиболее вероятное будущее, которое каждый человек в состоянии изменить – и сделать себя сам (или сама).

Это возможно благодаря Свободе Воли – одному из основополагающих принципов, на которых построен наш мир. Любую «Судьбу» можно изменить, если есть достаточные желание, целеустремлённость, дисциплина, дерзание и вера в себя, свои силы и в свой успех.

У Бориса Серебрякова их просто не оказалось – и это был его выбор…