Великий фехтовальщик даёт отсрочку

                "Древних ратей воин отсталый"
                Николай Гумилев


Часть первая
Сумасшедший король


Я не помню, как здесь оказался. Просто однажды оказалось, что мой мир – вот это пространство, из которого нет выхода. На что это было похоже? Кто видел, на что похожа недостроенная и заброшенная АЭС, тот может понять, о чем я говорю.
Огромные залы, многочисленные переходы, множество этажей – и всё это заперто внутри бетонного куба. Под ногами всегда бетонная крошка. Никаких украшений на стенах, никакой мебели. Нигде нельзя закрыться. И всюду бродят толпы народа.
Самое неприятное здесь – попасться на глаза Безумному Королю. Тот с одинаковой лёгкостью и с завидным постоянством нарушает все правила логики, раздавая наказания невиновным, и награждая непричастных. Он вне морали и закона. Если вы совершили в жизни хоть один хороший поступок – скорее всего, он вас накажет. Он вообще любит наказывать. Его наказания это проклятия боли и ужаса, и основная задача людей в этом здании – не пересечься со свитой безумного короля.
Я почему-то хорошо бегаю, неплохо ориентируюсь, и мне всегда удавалось избежать встречи с ним.
Прошло довольно много времени, и я нашёл поток людей, которые твердо решили найти выход из дворца. Мы обследовали каждую щель, но пространство замыкались само на себя, а ловушки времени было невозможно преодолеть.
И всё же однажды мы выбрались. Снаружи оказалось нечто вроде внешних стен, и по ним мы совершали долгий винтовой подъём. Многие исчезали, или падали, но нас осталось совсем мало, когда мы обнаружили, что за пределами этого куба с ущербной логикой есть некая надстройка.

Ещё один уровень.


Часть вторая
Великий Фехтовальщик


Этот громадный чердак имел галерею, застланную коврами, там были высокие резные двери, и даже, кажется, картины в рамках. Мы сразу поняли, почему мы вышли из-под власти Безумного Короля. Увы, на этом уровне у нас был всего один выбор: вернуться обратно, или принять вызов Великого Фехтовальщика.
Очень скоро мы достигли зала для поединков. Оказалось, что большинство моих спутников имеют при себе привычное им оружие, или даже комплекты доспехов.
Огромные двери зала открылись, и на пороге появился Великий Фехтовальщик.
В этот раз он выглядел, как – тут я впервые вспомнил что-то из своей прошлой жизни – как Ален Делон или Антонио Бандерас в фильмах про Зорро.
Я сразу оценил его безупречную пластику, тайминг, и мастерство во владении оружием.
Это странно, но именно вид оружия пробил забитые пылью каналы моей памяти. Я вспомнил всё, что знал о спортивном фехтовании, шпагах и рапирах, даже какие-то элементарные связки из выпадов, уколов, и парирований.
Толпа из коридора стала входить в высокие двери зала для поединков. Шли люди с лёгким длинным клинковым оружием, и я вспоминал испанский и французский стили фехтования, правила дуэлей, особенности ритуалов начала поединков.
Когда хозяин этого уровня успевал со всеми разобраться – мне было не ясно, и я допускал, что за высокими дверями время течёт с другой скоростью.
Потом пошли люди с японскими катанами. Они шли, будто скользили по грязи на затопленных водой рисовых полях, и я вспомнил про дзен, и даже сформировал коан, в котором участие в поединке без шанса на победу даёт возможность...
Решить этот коан мне было не по силам, да и смысла не было, ибо человеческая река текла довольно быстро, и скоро последние латники в бронзовых доспехах вошли во врата.
Я уже помнил разницу между ксифосом, гладиусом, и махайрой, понимал, чем кольчуга отличается от ламеллярного доспеха...
Последние немецкие братья-рыцари вошли в зал, и через миг оттуда вышел Великий Фехтовальщик. Теперь он был бородат, и скорее, напоминал былинного русского богатыря с длинным одноручным мечом и заострённым книзу небольшим щитом.
Он взглянул на нас – нас было двое, и его удивило отсутствие у нас оружия.
Загадку про необходимость бесперспективного поединка я так и не решил, но и отступать не собирался.
Фехтовальщик покачал головой, и я понял, что у нас появился шанс добыть себе клинки.

Он отправил нас прямо в подвал, на нижние уровни.


Часть третья
В поисках лучшего меча


Мне нужен был прямой китайский Цзянь.
Удивительно, но под руку попадали сплошь либо каролинги, либо иные варианты мечей франков и норманнов, с короткой рукоятью и огромным яблоком, но мне был нужен меч для того, чтобы им фехтовать, а не рубить дрова.
В груде фламбергов мой товарищ нашёл то, что, казалось, искал: длинный двуручник времён тридцатилетней войны. Я понимал, что против Великого Фехтовальщика этот меч не годится, даже если я найду лёгкий цзянь, то в лучшем случае, смогу лишь вызвать некоторый интерес, вряд ли уважение, прежде чем он меня прикончит.
Мой спутник тоже не был обрадован, но по другой причине. Он начал быстро бормотать: «Добрый доспех мне нужен, добрый доспех!»
Он отбрасывал в сторону кольчуги и кирасы, рылся в кучах старых наплечников...
Я снисходительно пожал плечами.
От меча Великого Фехтовальщика не защитит никакой доспех, а в броне двигаться он будет только медленнее.
Похоже, мой разрыв в воспоминаниях о прошлых жизнях не давал мне выбрать правильный меч. Я отчётливо понимал свою славянскую и сарматскую суть, но в то же время, постоянно отбрасывал клинки, которые встречал тут и там в этом подземелье.
Мне нужен был цзянь, я знал, как он должен лежать в руке, как он совершает подрезания, уводы, и круговые финты, как летает его кисточка, если не обматывать её вокруг запястья... Я даже чувствовал, как дрожит его кончик после прямого удара.
Но под ногами и в кучах старого хлама были только мечи сарматов и славян.
Странно, не было ни одной кривой сабли или шашки, хотя я знал, что это такое, но сейчас бы наверняка не взял.
Мой товарищ ускорился, и побежал под уклон вниз, на нижние уровни, надеясь найти абсолютно подходящий ему доспех.
Я же понял, что ничего не найду в этих подвалах. Можно забыть язык, можно забыть названия эпох, но нельзя забыть ощущения руки, когда она держит меч.

Моего меча в этом срезе реальности нет.


Часть четвертая
Возвращение во дворец Безумного Короля


Как только я отказался от поисков, картинка вновь сменилась, и я снова оказался во дворце Безумного Короля. Кажется, в других реальностях он не был вещественным, он не был существом, подобным человеку. Но здесь он был какой-то карикатурой. Злобной, опасной, угрожающей. Его свита была многочисленна и от неё было почти невозможно укрыться. Дамы в высоких париках, кавалеры в длинных плащах придавали ему ещё больше сходства с правителем мира людей, но я ощущал, что в моём мире его звали иначе – Его Величество Случай.
Кажется, я задумался о том, почему здесь все молчат. Мы ясно понимали простые мысли друг друга, но не слышали речь – а ведь раньше, кажется – всё было наоборот.
И сейчас я тоже вдруг услышал не её речь, но её мысли.
Она стояла на углу растрескавшейся лестницы, рядом с ней возвышался какой-то франт из свиты Безумного Короля.
Её обижали, и ей было страшно. Я почему-то сразу её узнал, потому что в этой изнанке реальности легче увидеть будущее, чем понять прошлое. Нужно было подойти, и заступиться.
Абсолютно бесперспективно.
Я не видел, есть ли у этого франта оружие, мыслей его я не читал, похоже, он был в другом потоке времени.
Его удара я не увидел. Просто пыльная серость мира полупрозрачных молчаливых теней, общающихся при помощи слияния разумов, сменилась абсолютной чернотой.

А потом я открыл глаза.


Часть пятая
Прибрежное шоссе


Меня ослепило яркое южное солнце. Мы спускались по слегка извивающейся горной дороге к морю. Мы сидели на заднем сиденье автомобиля с открытым верхом. Горячий летний ветер трепал нам волосы. Даже на шоссе мы чувствовали аромат цветущего жасмина.
Она с беспокойством заглянула мне в лицо:
– Задремал?
И тут я вдруг решил коан при помощи другого коана:
– Дорогая, поверь, именно сейчас мы спим. И нам снится сон про нашу молодость, про то время, когда мы были счастливы. Даже не сон. Это такой кинофильм, который показывает нам Безумный Король.
Она засмеялась:
– У тебя очень странное чувство юмора, но мне оно нравится. А чем кончится этот фильм?
– Меня убьёт Ален Делон.
Она надула губки:
– Он злой?
– Нет. Он красив и непобедим в фехтовании.


                Алексей Кузьмин,
                февраль 2026,
                Москва.

Этот рассказ был изначально написан мной на китайском языке, и подарен китайским любителям жанра уся. После этого я сделал и версию на русском языке. Изначально этот рассказ мне приснился, я записал сон, и очень быстро превратил его в этот рассказ. Кстати, дип сик разобрал этот сон с точки зрения психоанализа, мне понравилась его трактовка.

P.S.
Отзыв китайских друзей:
Я почтительно прочитал этот рассказ и получил от него огромную пользу.
В критических ситуациях любовь и прежние чувства переплетаются со смелостью, и дают непоколебимую решимость вступить в бой.
 Это заставляет задуматься об истоках человеческой страсти к боевым искусствам.