Дюма не Пушкин. Логика

Логические цепочки - Дедуктивный метод - Воспоминания княжны Ольги Николаевны - Логика и Пушкин - Логика поведения Дюма - Формула логики
 
Черты ее отличались правильностью, свойственной кавказской расе; огромные глубокие глаза имели чистый темно-синий цвет, довольно редкий у женщин с ее оттенком кожи».
          «Огненный остров» (1859 год) А. Дюма

На другой день поутру отправились мы далее. Турецкие пленники разрабатывали дорогу. Они жаловались на пищу, им выдаваемую. Они никак не могли привыкнуть к русскому черному хлебу. Это напомнило мне слова моего приятеля Шереметева по возвращении его из Парижа: «Худо, брат, жить в Париже: есть нечего; черного хлеба не допросишься!»
А. С. Пушкин. «Путешествие в Арзрум»

Примечание: «Огненный остров» написан Дюма после посещения Кавказа, поэтому открыто говорит о кавказской расе; второй эпиграф интересен тем, что Петр Шереметев прожил срок жизни Пушкина: с 1799 по декабрь 1837 года, а женат был на Мартыновой - сестре убийцы Лермонтова, дожившей до 1891 года.


Логические цепочки

Когда рассматриваешь, как детально копаются пушкинисты в посмертных записках и письмах Пушкина, иногда споря из-за буквы во французском тексте в черновике, разорванном на 12 или больше частей, то поневоле задумаешься: а на верном ли мы пути? Всем важна истина. Но все, как один, приняли одну общую версию за аксиому: Пушкин погиб. Как можно найти нечто, если ответ известен? Необходимо найти виновного, это важно. В ситуации вокруг дуэли очень много нестыковок. Если так, если есть непонятные моменты в этой цепочке явлений до и после дуэли, то их надо отсеивать и рассматривать с альтернативной точки зрения.
Если мы говорим: «Пушкин погиб на дуэли», как аксиому, но непонятно поведение действующих лиц или имеются неточности в части документов, то делаем вывод: был заговор против Пушкина, документы подделали, уничтожили и так далее. То есть, мы зациклены на константе, что Пушкин погиб.

А если мы это утверждение перевернем, начнем не с общего факта, а с частностей, то получим логические цепочки.
В первой будут собраны доказательства, основанные на фактах, приведшие к дуэли, факты, подтверждающие дуэль, факты смертельной болезни Пушкина и похорон, следствием которых фиксируется гибель Пушкина.
Во второй цепочке должны быть все сомнительные утверждения, документы и факты, говорящие о фальши, нестыковке событий, сомнений свидетелей или загадочном их поведении, факты нестыковок в болезни, смерти и похоронах Пушкина, говорящих о возможности подлога, обмана общественного мнения.
В третьей цепочке должны быть доказательства, что Пушкин мечтал уехать за границу, документы на эту тему, что он вел двойную игру, был секретным работником МИДа, что был склонен к мистификациям (переодевания, болезни, подложные статьи или подписи) и, как следствие, возможность «театральной» постановки (розыгрыша).

Ко второй цепочке можно отнести приказ императора об уничтожении всех документов, проливающих на свет улики, связанные с дуэлью. Все исследователи решили, что подобный приказ выявляет заговор императора Николая против Пушкина. Это – эмоциональное утверждение, связанное с фактом гибели поэта, в чем были все уверены.

Через 200 лет тоже можно встретить эмоции у любителей пушкинской поэзии, что уж говорить, когда некоторые современники Пушкина кончали жизнь самоубийством после такого известия. Или такой несомненный факт, что смерть Пушкина повлекла за собой гибель Лермонтова. Живой Пушкин поддерживал многих литераторов-современников не только словом и советом, как Гоголя, но публикациями в журналах новых произведений, критических статей.
Сегодня на смену эмоциям должна прийти логика. В советское время пушкинский архив изучали с той же – ортодоксальной - позиции: мол, император не любил Пушкина, поэтому был заинтересован в его гибели.

«Раскопки» пушкинистов

К примеру, документ: письмо Пушкина к Геккерну, голландскому посланнику. Пушкинисты рассматривают черновик, над которым работал Пушкин. Некоторые фразы зачеркнуты так, что не разобрать даже буквы. И так – по всему тексту. То есть, авторская правка. Кто жил в советское время, знает, как пишутся чернилами письма. Бывает опечаточка, слово не закончишь – легко зачеркнешь, но письмо не пострадает, текст продолжится.

Это же письмо – к Геккерну – писалось явно в творческих муках. Это не было эмоциональное обращение: мол, сударь, ваш сын меня оскорбил, значит, вы виновны, вызываю вас на дуэль. Эмоциональное письмо пишется один раз, если действительно автор оскорблен, пишет душевная мука, потрясение, оно найдет слова, которые поставят адресата на должное место.
Этот же черновик письма (другая версия, что отрывки из белового письма, но это - отрывки) являлся результатом творческой работы. Автору нужно было найти слова, которые показали бы, как ему плохо и в чем адресат виновен. Но слова не приходили на ум нашему гениальному поэту, видимо, момент был не творческий или сложный сюжет. То есть, пушкинисты вникают в тонкости текста, углубляются до каждой французской буквы, тратят недели и месяцы своего рабочего, а чаще, внерабочего, времени, хотя надо было вначале оценить весь документ, как явление.

Если письмо пишется, как стихи или поэма, то это – творческий процесс. В творчестве есть один стимул: желание высказать или выказать свое внутреннее «я».
Дополнительным доказательством творческой работы служит свидетельство:
« Воспоминание В. А. Соллогуба о прочитанном ему в тот день письме, адресованном барону Геккерну. «Он (Пушкин) запер дверь и сказал: «Я прочитаю вам мое письмо к старику Геккерну. С сыном уже покончено. Вы мне теперь старичка подавайте». Тут он прочитал мне всем известное письмо к голландскому посланнику». Вспоминая затем январские события и прочитанную им копию письма Пушкина к Геккерну от 26 января 1837г., Соллогуб замечает: «Письмо, впрочем, было то же самое, которое он мне читал за два месяца, - многие места я узнал».

Из сообщения Соллогуба, единственного человека, которому Пушкин читал оба письма к Геккерну и который оставил воспоминания об этом, видно, что молодой друг поэта не нашел между ноябрьским и январским письмами существенной разницы».
Это еще раз подтверждает, что письмо не было эмоциональным, а было продуманным, готовилось заранее к определенной ситуации. Как только создались условия, начался «спектакль».

Речь идет о статье «Два письма А.С. Пушкина к Л. Геккерну: уточнение хронологии преддуэльных событий» на Пушкинском сайте В. Орлова и З. Луговой:

«22 апреля 2015 года в Институте мировой литературы имени А.М. Горького РАН состоялось 341-е заседание Пушкинской комиссии. На заседании В.Е. Орлов прочёл доклад «Анализ двух писем А.С. Пушкина к Л. Геккерну: уточнение хронологии преддуэльных событий».

"Сразу же после смерти Пушкина Николай I приказал «предать забвению» не только «преступление» – участие в дуэли Пушкина, но и всю «дуэльную историю». Приказ царя был выполнен. Многие материалы, которые могли бы помочь исследователям, безвозвратно утеряны или уничтожены, часть документов находится в недоступных архивах".

Со стороны образованных людей смерть поэта вызвала шок. В  опубликованных воспоминаниях дочери царя Ольги Николаевны есть такие строки в главе, озаглавленной «1837 год» (великой княгине нет ещё и 16-ти лет, и она записывает свои впечатления):
«Воздух был заряжен грозой, и вскоре она разразилась одним событием, которое косвенно было связано с неудачным балом. Среди шести танцоров, приглашенных дядей, был некто Дантес, приемный сын нидерландского посла в Петербурге барона Геккерна. Некоторое время спустя после этого бала Дантес стрелялся с Пушкиным на дуэли, и наш великий поэт умер, смертельно раненный его рукой. Папа был совершенно убит, и с ним вместе вся Россия: смерть Пушкина была всеобщим русским горем. Папа послал умирающему собственноручно написанные слова утешения и обещал ему защиту и заботу о его жене и детях. Он благословлял Папа и умер настоящим христианином на руках своей жены. Мама плакала, а дядя Карл был долгое время очень угнетен и жалок».

Это – документ эпохи, который доказывает нам, что смерть Пушкина вызвала шок у всех – от образованных аристократов до неграмотных девиц. Представить невозможно, что это могла быть инсценировка. Пострадала не только Россия, Пушкина любили и за ее границами.

Дедуктивный метод.

Идти от общего к частному. Если мы оценили документ, как творческий, а не эмоциональный, то сделаем логический вывод о мистификации. Поэтому черновик нам более полезен, чем беловой вариант письма. Черновик нам расскажет о душевном состоянии автора. Но пушкинисты сами путаются: черновик или беловик, к тому же автор письма делал еще автокопию, разобраться через 200 лет невозможно. Свидетельство, которое имеем, дает основание утверждать, что эмоций при написании письма не было. Были те же действующие лица, почти такой же вызов на дуэль – письмо, но не было намека на ноябрьский «диплом рогоносца». Возможно, Пушкин посчитал, или ему подсказали, что это – перебор.
Собирая дуэльные факты, мы можем их обобщить и использовать, как дедукцию, при анализе дуэли. У нас имеются улики-гены: Морошка и Зизи, в сумме с дуэльным письмом – три факта.

Логика и Пушкин

В 37-й главе «Ошибки биографов» мы рассматривали ситуацию: о прогулке годовалого Пушкина в Юсуповском саду Петербурга, где он не снял шляпу перед императором Павлом. Логично ли приехать из Москвы в этом возрасте, чтобы погулять в общественном саду? Понятно, вопрос относится к родителям. В современное нам время таскать маленького ребенка на подобные экскурсии нежелательно – можно просто подхватить инфекцию в транспорте. Даже в собственной машине для такого ребенка условия малоподходящие, а каковы условия в тарантасе, бричке или «кибитке кочевой»?

Мое подозрение вылилось в вопросе: зачем? Совершенно нелогичная история.
Однако, читая статью «Пушкин и его время» на портале «Санкт-Петербург – история в преданиях и легендах» (автор - Синдаловский Н. А.) увидел интересную легенду.

«Мы бы не останавливались на дате и месте рождения Пушкина, поскольку и то и другое общеизвестно, если бы не одна удивительная московская легенда, рассказанная как-то Андреем Битовым.
Согласно легенде, поэт родился не 27 мая по старому стилю, а накануне, 26 числа. Но так как на следующий день был великий праздник Вознесенья, то родителям Пушкина удалось «по большому блату» записать рождение ребенка 27-м числом. Но и это еще не все. Оказывается, в Москве уже сегодня «известны» шесть адресов, где будто бы родился Пушкин, на основании чего москвичи вообще считают истинным местом рождения поэта Петербург. Вот такая легенда».

Если мы примем за основу это рассуждение, то логическая цепочка восстанавливается. Пушкин родился и жил в Петербурге – случай с императором – переезд в московский дом – жизнь в Москве и имении бабушки в Захарово до поступления в Лицей – переезд в Петербург.
А логика проста. Случай с императором напугал родителей. Мы знаем, что император Павел был взбалмошным человеком, он без повода мог устроить гонение на любого попавшегося под руку дворянина. А тут был повод. Решили от греха подальше убраться, благо, в Москве был дом.
Но в истории семьи остался только случай с императором и жизнь в Москве. Возможно, сильно напугались, что об этом молчали. Поэтому будущим биографам надо потрудиться: найти дополнительные факты, чтобы конкретизировать место рождения поэта. Логика не может установить истину, она может помочь, задать направление поиска истины, но установить истину должны факты. В данном случае – метрики. Если имеются московские метрики о рождении Пушкина, то причина - в переездах между столицами.

Логика поведения Дюма

В расследовании с поиском улик-генов мы выявили, что Дюма обратился к родственнику Пушкина и Марии Волконской графу Кушелеву-Безбородко, чтобы добраться до Петербурга; из Петербурга он попал в Москву к родственникам Пушкина Нарышкиным, затем встретился с  генералом Беклемишевым, родственником Пушкина. Родственные связи у всех дальние: двое есть в родовом древе Пушкина, граф Кушелев-Безбородко - на основании мемуаров Марии Волконской. Мы имеем три случая, являющихся истинными, которые можем обобщить методом индукции: Дюма проехал по России благодаря связям с родственниками Пушкина. Это – общая логическая истина.

Теперь воспользуемся методом дедуктивного анализа: от общего к частному.
Следуя формуле, делаем установку: если Дюма проехал Россию благодаря лицам, связанным с Пушкиным, то он встретит лицо на Кавказе, имевшего связь с Пушкиным (или знакомство или родство), которое поможет ему в отдыхе или пути.

По тексту «Кавказа» определяем остановку Дюма в Чир-Юрте в расположении Нижегородского драгунского полка. Там он дождался командира полка. Командир полка А. М. Дондуков-Корсаков устроил прием в честь Дюма. На приеме Дюма сказал: «Никогда в жизни я не забуду ваше радушное гостеприимство - эту чисто русскую добродетель». Здесь Дюма провел два дня. Командир полка устроил ему стычку с горцами, о чем Дюма, якобы, не знал, зато ему понравилось: один казак был ранен. Так описывает мемуарист, служивший в этом полку командиром охотничьей команды.
Далее устанавливаем в поисковик фразу: «Дондуков-Корсаков и Пушкин связь»

Князь М. А. Дондуков-Корсаков был вице-президентом Академии наук, в которой Пушкин был академиком. Президент Академии наук Уваров с вице-президентом критически оценивали работу Пушкина о восстании Пугачева, Пушкин критиковал обоих, писал двусмысленные, а лучше сказать, недвусмысленные, эпиграммы типа:
«В Академии наук
Заседает князь Дундук».
То есть, у них шла идейная борьба, дружбы не было. С братом вице-президента Академии наук Пушкин учился в Лицее, а на Кавказе служил сын вице-президента А. М. Дондуков-Корсаков, генерал от кавалерии, участник покорения Кавказа и Крымской кампании (Википедия).

Вот и связь. Князь М. А. Дондуков-Корсаков имел калмыцкие корни, Его брат - Николай Александрович Корсаков, товарищ Пушкина по Царскосельскому лицею, рано умер.
Возможно, стремление к калмыцкому этносу у Пушкина связано с этими людьми. Надо сказать, что калмыки, как и буряты, на друзей не обидчивы. Но Пушкин старался не обижать, стихи в виде эпиграммы для калмыка – это ветер. Помните, калмычка в шатре предлагает Пушкину чай, состоящий из зеленого чая, кобыльего молока и соли. Пушкин с отвращением выпил глоток, но не подал виду, что не понравилось. Ко всему надо привыкать.

Вывод: мы видим, что дедуктивный анализ работает. Его ввел в практику, озвучил, дал известность, писатель Конан-Дойль, герой которого, сыщик Шерлок Холмс, пользовался дедуктивным методом.

Мы разбирали ранее в главе 14 «Воронцов» о связи генерал-губернатора Кавказа М. Воронцова с Пушкиным, когда оба были в Одессе. Дюма отдал дань благодарности Воронцову за провинности молодого Пушкина. К моменту нахождения Дюма на Кавказе князь Воронцов скончался. В книге «Кавказ» Дюма иногда величает его графом, иногда князем. Комментаторы-мемуаристы, как я заметил, недоумевают: почему он сбивается: то граф, то князь? Мне пришлось оставить в цитате один чин: граф.
(Глава 14: http://proza.ru/2026/01/12/521)

Мы уже утверждали, что Дюма фактически не ошибается в фактах, бывают разночтения в названиях.
Чтобы не было вопросов, заглянем в Википедию: «Граф (с рождения), князь (с 6 августа 1845), светлейший князь (с 30 марта 1852) Михаил Семёнович Воронцов (18 (29) мая  1782 - 7 (19) ноября 1856) - русский государственный и военный деятель из рода Воронцовых, генерал-фельдмаршал (26 августа 1856), генерал-адъютант (30 августа 1815), камергер (8 сентября 1798), Герой Отечественной войны 1812 года. В 1815 - 1818 годах - командир русского оккупационного корпуса во Франции. В 1823 - 1844 годах - Наместник Его Величества в Бессарабии, Новороссийский и Бессарабский генерал-губернатор; в этой должности много способствовал хозяйственному развитию края, строительству Одессы и других городов. Заказчик и первый хозяин Алупкинского (Воронцовского) дворца в Крыму. В 1844 - 1854 годах - Наместник Его Величества на Кавказе. Один из наиболее выдающихся администраторов новых владений Российской империи, входивший в круг приближенных к императору Николаю I сановников».

Мы видим, что Дюма сбивался с «князя» на «графа» в описании Воронцова только потому, что Пушкин привык к «графу», хотя Дюма знал, что тот уже князь. Князем Воронцов стал, когда Пушкина в России не было, а Дюма об этом не сразу узнал. Вот этому человеку, непосредственному начальнику,  молодой Пушкин досаждал эпиграммами, приставанием к жене Элизе (на пару с Александром Раевским), нарушением дисциплины (он был на службе). Дюма воздал должное Воронцову, рассказав миру  о его достоинствах и подвигах.

Мы видим, что поведение Дюма  соответствует определенной логике: поездка технически и организационно связана с именем Пушкина и его родственниками; экскурсии в сторону от основной линии пути связаны с деятельностью и жизнью Пушкина, его друзей и тех, кому он был обязан в жизни или после смерти; переводы Дюма на французский язык касались лиц, связанных с Пушкиным дружбой или посмертными делами.

В скрытую логику поведения Дюма во время путешествия по России и Кавказу входило: путешествия к местам, о которых мечтал Пушкин, но не сумел попасть (Финляндия, Валаам, Троицкий монастырь, Бородино, соленые озера Заволжья); места, где Пушкин бывал, но хотел увидеть изменения за прошедшие 20 лет (Петербург, Москва, Казань, Захарово-Вязёмы, волжские города, Калмыкия, кавказские станицы и города, Тифлис); места, где бывали Бестужев и Лермонтов (станицы Шелковая и Червленая); общение с родственниками Пушкина; поиск артефактов, которые не сумел найти и увидеть Пушкин, изучая историю России; предание гласности – в книгах и «Путевых впечатлениях» о России - архивных данных, полученных Пушкиным в результате работы над историей Петра Первого.

В поездке Дюма показал абсолютное знание русской действительности. Вот, как пример, описание им проезда по заволжской степи.

«Нам предстояло проехать 260 верст. Почти 65 французских лье. По ровной степной дороге можно было бы одолеть эти 6 десятков лье за день, если бы не два часа, потерянные на каждой станции.
Крест на шее, который всякому русскому служащему говорит о полковничьем ранге, сокращает ожидание примерно на полчаса; орденская звезда поверх одежды, которая указывает на генеральский ранг, сокращает то же время приблизительно на час.
В России всем заправляет чин.
«Чин» - по-французски «ранг». Только в России ранг не зарабатывается, он даруется; люди там получают должность по чину, а не в соответствии с личными достоинствами. По словам одного русского, чин еще и надежная крыша для интриганов и жуликов.
Россия - страна, где больше всего советников и которая меньше всего требует советов.
В моей подорожной значилось: «Господин Александр Дюма, французский litterateur». Поскольку слово litterateur (литератор), возможно, не имеет русского эквивалента, и было написано по-французски, и так как ни один начальник почты не знал, что это такое, то Калино (русский переводчик) переводил его как «генерал», и мне воздавали соответственно моему чину».

Подобное знание особенностей русской действительности было бы логичным для русского путешественника, но не для француза.

Формула логики

Мы должны установить причинно-следственную связь путешествия Дюма с именем Пушкина. Практически весь путь Дюма в России и по Кавказу проходит по  пушкинским местам – где родился, бывал или мечтал побывать Пушкин. Следовательно, исходя из метода дедукции, мы можем сказать, что путешествие вниз по великой русской реке Волге было несбывшейся мечтой Пушкина.  То есть, мы исходим из общего правила: «Пушкин это для Дюма – дух путешествия по России и Кавказу: Мечта», выводим частность: «Волга как часть путешествия была мечтой Пушкина». В этом утверждении мы не имеем фактов или письменных доказательств, это является строго логическим выводом. Но это заключение истинно.

Общая логика в нашем случае. Если мы имеем множество фактов, объединенных общей идеей, то частный факт, находящийся в этом множестве, так же имеет эту идею. От общего знания к частному. Это – метод дедукции. Если посылки дедукции истинны, то истинны и ее следствия. Началом (посылками) дедукции являются аксиомы или гипотезы – в нашем случае имеем факты, что тождественно аксиомам. Дедукция – основное средство доказательства. Мы действуем строго в соответствии с теорией.
Формула логики: «Дедуктивные умозаключения позволяют из уже имеющегося знания получать новые истины, и притом с помощью чистого рассуждения, без обращения к опыту, интуиции, здравому смыслу. Отправляясь от истинных посылок и рассуждая дедуктивно, мы обязательно во всех случаях получим достоверное знание».

Если мы попытаемся выстроить логику методом индукции – от частного знания к общему, то истинность результата должна быть подтверждена документально. Индукция выстраивает направление, но не дает доказательство. Не дает доказательство интуиция, она подсказывает, где находится решение проблемы. Доказательство может дать только дедукция.

В случае нашего расследования индуктивным методом был поиск фактов на основе интуиции, рассмотрение их документально у одного из героев, установление подлинности,  затем – поиск подобного случая или документа у другого героя, сопоставление их, признание уликой-геном. Улика-ген – установленный факт, что в данной точке имеется полное совпадение ДНКФ – духовно-нравственного комплекса феномена.

Налицо – следствие: все путешествие Дюма в 1858-59 годах по России и Кавказу является исполнением мечты Пушкина, это доказано с помощью фактов и дедуктивного метода.
Что касается, в целом, совпадения ДНКФ «Пушкин-Дюма», то завершающие данные имеются в главе 37 литературного расследования «Дюма не Пушкин. ДНК».

Уважаемые читатели, спасибо за то, что интересуетесь нашими гениальными героями – Александром Дюма и Александром Пушкиным. Их внутренний мир – духовный – очень похож, вполне возможно, они – родственники или друзья, только об этом никто не знает, но более логично, что мы имеем одного героя по имени
 Александр Великолепный.

Здесь - "Дюма не Пушкин. ДНК 37": http://proza.ru/2026/02/23/1481