Одноклассники или исторические этюды. Этюд четверт

ДЕВЯНОСТЫЕ ГОДЫ
– Ты уверен, что электрички еще курсируют? – спросил Виктор.
– Народ же собрался.
– А смотри, многие с одинаковыми клетчатыми сумками огромного размера.
– Это челноки местного значения. Они затовариваются в Москве, а торгуют в Рязани и других населенных пунктах этого направления.
– Это мне напомнило старый анекдот: «Иностранец спрашивает у Брежнева: «Ваша страна такая огромная, как вы снабжаете население?» – «Да очень просто: все свозим в Москву, а потом все приезжают сюда и берут кому что нужно».
– Теперь это еще выразительнее, поскольку челноки свозят товар со всего света.
– Кто-нибудь из вас был в Черкизоне?
– Это что?
– Рынок в Черкизово. Там десятки тысяч лавок и продавцов. Целый город. Невообразимое зрелище!
– В Нью-Йорке тоже есть небольшая улица с русскими торгашами, но там их около сотни. А тут что, в сто раз больше?
– Да, хоть в чем-то мы можем быть впереди! Причем в Черкизоне свои порядки и своя внутренняя жизнь.
– Как это власть терпит?
– Владельцы таких рынков – миллиардеры – умеют договариваться, – засмеялся Александр. – Черкизон – самый крупный рынок, есть еще другие и чисто продовольственные. Новая система снабжения.
Подошел поезд, и народ хлынул в вагоны. Друзья суетиться не стали, а зря: мест было не так много, поскольку многие купе были разорены. В результате часть дороги пришлось стоять.
– Вот, сразу новые впечатления! – отметил Виктор.
– Их вообще стало в избытке, – заметил Александр.
– Целиком поддерживаю это наблюдение. Жизнь полностью подтвердила наши самые смелые опасения. Здесь делиться впечатлениями не с руки. Предлагаю лишь обменяться оценками. Помнится, прошлый раз у всех были семерки или около того.
– Теперь у меня тройка! – грустно сказал Александр. – Службу недавно завершил, перебиваюсь случайной работой. Дети в криминал не ударились, но близко к тому. Жена еще работает, но вся на нервах.
– А ты с оценкой не преувеличил?
– Пока не голодаем.
– Я между четверкой и пятеркой. Защитил докторскую, но научных перспектив в России не вижу вообще. За границей мы уже не такие желанные, но в год пару раз удается побывать, деньжат скопить. Дочка и сын растут. Жена пока справляется.
– Вторая?
– Да, кстати, первая вернулась. В Штатах развелась полноценно.
– Это как?
– При деньгах осталась. Потом подцепила там же нашего олигарха средней руки.
– Общаетесь?
– Иногда звонит, не более того.
– Оценку конкретизируй!
– Пусть будет пять, все же по десятибалльной, – махнул рукой Виктор.
– А в физике какие свершения? Бозон Хиггса-то обнаружили?
– Нет пока. Работы в ЦЕРНе продолжаются. Шансы постепенно растут.
– Вижу, дорого обойдется! Окупится, как думаешь?
– Понимание мироустройства в деньгах не измеряется. А сам как?
– Я тоже ставлю отлично! – улыбнулся Дмитрий. – Подробностей много, расскажу на месте.
– Опять интригуешь!
Примерно через час места освободились, но в разных купе. Так и доехали молча.
– Ну что, Сашок, как у тебя с автобусом?
– Не могу знать! Лет пять не был.
– Извозчики должны быть.
Так и получилось. За разумную сумму водитель на «жигулях» довез их до места.
За десять лет забор перекосился, но еще не упал. Дом и вовсе не изменился. Однако при ближайшем рассмотрении изменения обнаружились: замок открывать не потребовалось: его на двери вообще не было.
Внутри сохранилась нетронутой только печка, да стол с лавками. Ни посуды, ни одежды, ни инструмента не было.
– Аккуратно почистили.
– Вот сволочи! – Александр выругался еще более убедительно.
– Хорошо еще, не сожгли.
При более внимательном осмотре обнаружили две старые кастрюли и ведро без ручки. На кроватях белья не было, но матрасы и подушки по полу валялись.
– Вот лучшая демонстрация нашей сегодняшней жизни. Все разворовали, – заключил взбешенный Александр.
– Зато мы теперь живем в независимой, суверенной державе! Кто-нибудь был против ликвидации СССР? – сыронизировал Виктор.
– Нам объяснили, что, избавившись от нахлебников, заживем счастливо, – сказал Александр, еще не пришедший в себя от увиденного.
– Честно говоря, я тоже купился на это. А ты? – спросил Виктор.
– И я не был против.
– А как думаешь, можно было Союз сохранить?
– Думаю, что нет. В каждой республике была своя элита, желающая сама распоряжаться страной. СНГ это подтвердил. Соглашаются только на то, что им выгодно.
– Так что, все закономерно? – спросил Виктор.
– Похоже на то! Как только центральная власть ослабела до уровня ниже центробежных сил, так все и разлетелись в разные стороны. Подобное до этого произошло и с бывшими соцстранами.
– Их еще Евросоюзом приманили.
– Конечно. Жизненный уровень имеет решающее значение. В этом мы и проиграли.
– Позволю себе задать более общий вопрос: социализм может стабильно существовать?
– Ленин считал, что необходима мировая революция. Сталин, поняв, что это не получится, заключил, что может в одной стране. Наш опыт это не подтвердил. А вот Китай пока держится.
– Надолго ли?
– Не знаю.
– Мужики, разговорами даже на такие возвышенные темы сыт не будешь, – приостановил дискуссию Виктор. – Хозяин, думай, как гостей будешь принимать.
– Попробуем магазин посетить, если еще сохранился.
– Вот, мысль не мальчика, а мужчины! Далеко это?
– В соседней деревне, пару километров. Велосипед был, да сплыл. Пешком придется.
– Предлагаю вам вдвоем пойти. Много чего приобрести надо. Я вещи посторожу и, как человек ученый, попытаюсь придумать, как ручку к ведру приделать, – предложил Виктор.
– Тогда деньги гони, раз много чего купить придется.
– Как тогда – по сотне?
– То есть в тысячу раз больше! Как мы только выживаем при такой бешеной инфляции!
Магазин еще существовал, но являл собой жалкое зрелище. Купить удалось пластиковые миски и шесть бутылок минеральной воды. Видимо, спросом она здесь не пользуется. Никаких продуктов и овощей не было. Вина – тем более. Взяли еще мыло и спички.
– И как мы понесем бутылки? – озадачился Виктор. – Рук не хватит!
– Могу вам предложить мешок, – откликнулась продавщица.
Взяли и его.
Дмитрий тем временем разыскал в сарае кусок стальной проволоки, известным с древности способом сгибания-разгибания отломал нужный длины кусок и приспособил его в качестве ручки ведра. Аналогично приделал дужку к кастрюле. Затем все приготовил для костра, чтобы вскипятить воду для чая на случай, если купят чашки. Но от результатов похода товарищей в магазин его ждало разочарование.
– Миски – это важно, но как быть со стаканами, рюмками? Как без них жить? Даже у древних глиняные стаканы были.
– Пока не завезли, но мы заказали, – засмеялся Дмитрий. – Зато оцени минералку. Такую в Москве редко купишь.
– Вижу, пить все придется из горла.
– У меня есть одна идея. У кого нож имеется?
– На, такой подойдет? – достал раскладной перочинный нож Александр.
– То что надо!
С этими словами Виктор углубился в заросли бурьяна. Вскоре вылез с высоким зонтичным растением.
– Это что? Борщевик? – спросил Виктор.
– Нет, неядовитый трубчатый зонтик российского происхождения. Из него в детстве мы боевые трубки делали, чтобы плеваться рябиной.
Из нижних толстых частей он ловко вырезал три стопки.
– Гениально! Как додумался?
– В Японии из бамбуковых стакашек они все и пьют.
– А ты и в Японии побывал?
– Да, и видишь, не зря. И есть можем по-японски, палочками, поскольку вилок нет.
– Круто! Будем пировать в японском стиле.
– Да и спать на циновках, – засмеялся Александр.
– Ведро я отремонтировал, можно за водой сходить.
– Это я мигом, а вы пока палочки сделайте и стол сервируйте.
Вскоре все было готово, они умылись и приступили к ужину.
– Никогда не разливал водку в такие рюмки, объем не чувствую.
– Лей по полной, сориентируемся по месту. Предлагаю выпить за нашу живучесть!
– Это точно! Американцы бы погибли в подобных условиях, – сказал Виктор. – У них раз в городе светофоры отключились, так транспорт парализовало. Не приспособлены к реальной жизни.
– Смотрю, у тебя новый аппарат.
– Да, цифровая техника. И до нас дошел прогресс.
– Небось в Японии купил?
– Ты прав. Но и у нас появились. Вещь великолепная.
– Жалко, ты магазин не сфотографировал. Уникальная торговая точка – символ времени.
– Не отвлекайтесь, тост произнесен! – сказал Александр.
– А что, рюмки неплохи, даже запах приятный, свежий. Потолще растений не было?
– И так граммов по семьдесят.
– Я – на предмет чая.
– Может, до него дело и дойдет. Кастрюля и костер готовы, – доложил Виктор.
– Давайте дискуссию продолжим, пока еще окончательно не стемнело. Кстати, в сарае я лампочку обнаружил. Не выкрутили. Может, удастся свет включить.
– Счетчик, гады, сняли!
– Замкни напрямую, электричество может по проводам идти и без счетчика, – авторитетно заявил Виктор.
– Что бы мы без ученых делали? Сейчас попробую.
Свет удалось подключить. Это сразу подняло настроение.
– Ну вот, и ушли от первобытной жизни. Обживемся, глиняную посуду сделаем, бронзовый инструмент. Не зря тогда практиковались, – засмеялся Виктор.
Еще выпили и разговорились.
– Давайте предоставим слово для доклада о текущем моменте Дмитрию, а потом устроим дискуссию, – предложил Виктор.
– Согласен, – поддержал товарища Александр.
– Я начну свое выступление с анекдота: «Идет заседание правительства. «Давайте заслушаем сообщение министра финансов о положении дел», – предложил премьер. – «Докладываю: жопа полная!» – «А вы не приукрашиваете, товарищ министр?»
Посмеялись с грустью.
– На мой взгляд, анекдот полностью передает положение дел. Поэтому доклад завершаю и предлагаю дискуссию начать с обсуждения верховных руководителей и их сообщников. Начнем с товарища Горбачева. Сравним с прежними нашими оценками десятилетней давности.
– Тэтчер его загипнотизировала. Он все делал, чтобы оправдать доверие и понравиться. За это его и отблагодарили Нобелевской премией, – сказал Виктор.
 – Он организовал Съезд народных депутатов с безумными полномочиями. Даже конституцию могли менять. Как можно было доверить двум тысячам человек управлять страной? Такая толпа ни за что не отвечает и всегда ориентирована на разрушение. Так и получилось. Еще выделилось несколько безответственных говорунов, занявших впоследствии важные посты, – заключил Дмитрий.
– Я вообще-то встретил это начинание с воодушевлением, как и большинство граждан, – признался Александр. – От телевизора не отходил во время заседаний.
– Тебе простительно: ты военный, – засмеялся Дмитрий. – А вот как политические вожди психологию толпы не знали – это для меня большой вопрос.
– Видимо, такую новую форму демократии им подсказали авторитетные товарищи из-за бугра, – предположил Виктор.
– Очень похоже. И эта задумка сполна сработала! Распад страны начал именно съезд. Ельцину осталось только его успешно завершить.
– Какой дуэт образовался: Горбачев и Ельцин! С огромной разрушительной силой!
– Ельцин дел больше натворил.
– Да, но Горбачев все ему подготовил и власть любезно передал.
– А можно вообще считать их лидерами по личным качествам? – поставил вопрос ребром Александр.
– На мой взгляд, вопрос о лидерах самый ключевой в нашей истории. Взять царей и прежних вождей. Только подготовленным, уверенным и целеустремленным лидерам удавалось достичь побед и прогресса.
– Ленин, Сталин – это понятно. А вот Хрущев?
– Малограмотный лидер. Ситуация тоже опасная.
– Вернемся к Горбачеву.
– Он мнил себя лидером и стремился это убедительно и красиво изображать. Лучшей проверкой, как всегда, являются критические моменты. Особенно показательна ситуация с ГКЧП.
– Да, интересная загогулина, как любит говорить товарищ Ельцин.
– Там собрались значимые персоны. Уверен, они уговаривали Горбачева прекратить перестройку, пока не поздно. Он и сам ясно видел свой провал. Но ни на что не решался и пустил дело на самотек, взяв себя на всякий пожарный под арест в Форосе. Не удивительно, что вернулся обосранным с дешевыми сказками.
– Да, жалкое было зрелище, когда с Раисой Максимовной спускались с самолета.
– А как ты смотришь на самих ГКЧПистов?
– Как мы уже установили, в любом деле важен лидер. Янаев на эту роль абсолютно не годился. Горбачев и взял его вице-президентом, понимая, что никакой конкуренции составить не может. Поставим на его место Ленина. Уже к вечеру вся верхушка власти была бы арестована.
– И расстреляна именем революции!
– А этот с трясущимися руками пресс-конференцию собрал.
– Ельцин через два года Белый дом с легитимной властью из танка расстрелял. Тьму защитников убили. И только укрепил свой авторитет. С танка речь держал. Так себя возвеличил!
– Историческая аналогия!
– Ну хорошо, допустим, был бы у них достойный лидер, как бы тогда события развернулись?
– Смута была бы, не более, толку никакого. У них замысел был вернуться назад, никакого плана на дальнейшее не имелось. Надеялись порядок в стране навести, как им это виделось. Даже Андропов при всем своем уме и власти не смог.
– С этим ГКЧП что-то вообще загадочное: пытались устроить государственный переворот, а их не только не посадили, но тут же амнистировали и даже зарплату выдали за время ареста.
– Подозреваешь, в сговоре с Борисом Николаевичем были? Он больше всех выиграл от их действий.
– Нет, он не способен на такие сложные многоходовки.
– А он – лидер?
– Да, только безответственный и загульный! С Горбачевым и с КПСС расправился в два счета.
– Прежние вожди у нас не были пьяницами и страну не позорили своими выходками.
– Вот именно!
– А на чем он держится?
– На своем изворотливом окружении, которое под прикрытием делает свои дела.
– Интересно, а как вы ваучерами распорядились?
– Лучше про этот обман не вспоминай.
– Я знаю, что в Чехии, к примеру, сделали все прозрачно. Там люди реально получили акции предприятий.
– Положительные примеры не для нас. Помнится, с нас еще деньги на ваучеры собрали.
– А как думаешь, почему в девяносто шестом Зюганов сфальсифицированные выборы не оспорил?
– Значит, не большевик! Школу борьбы не прошел. Скорее всего, он бы и в семнадцатом власть не взял.
– А как нам от Ельца и его команды избавиться?
– Думаю, он долго не протянет. Обратили внимание: все больше с бумагами работает.
– То есть ждать?
– Другого варианта я не вижу. Положение дел полностью устраивает западных кураторов перестройки. Они вон даже Дебейки прислали для его спасения. И дальше до последнего будут поддерживать.
– Да, с лидерами в этот раз нам сильно не повезло! Дел натворили и все порушили. Да еще до внутренней войны дело довели.
– Это самая позорная страница. Такая беспомощность! Столько народу погубили.
– Одни теракты чего стоят! Как так получилось, что против малочисленной нации страна оказалась бессильна?
– Это один из итогов. Думаю, они имеют негласную зарубежную поддержку. На Западе есть стратегические разработки по отношениям с нами. Это как в свое время были планы атомных бомбардировок наших городов. Нетрудно догадаться, что им выгодно было развалить Союз, а теперь Россию расчленить стараются.
– А чего мы у них с прошлых веков как кость в горле?
– Территория большая и богатая, живем не по их правилам. Пример плохой подавали. Да еще на суверенитет претендуем. Атомную бомбу смастерили. В других странах ослабляли их влияние.
– Прав Александр III: «У России только два союзника – ее армия и флот!»
– О грустном, думаю, достаточно!
– А что делать?
– Давайте выпьем и сменим тему.
– Это мы завсегда. А дальше о чем побеседуем?
– В электричке оценки своей жизни объявили. Кстати, они сохранились после дискуссии?
– Я снижаю до двойки, – сказал Александр.
– Я понижу до четверки.
–Я менять не стану: негатив и прежде видел воочию.
– Дима, помнится, ты тот раз прервался на партийных выборах. Поведай о героической борьбе. Надеюсь, не струсил?
– Обижаешь! Уверенно победил, но только на выборах. Дальше суетился изо всех сил, но ничего не добился. Это было абсолютно невозможно.
– Это почему?
– Предыдущие съезды проходили под знаком единства и согласия. Все заранее заготовленные документы единодушно одобрялись, а намеченные кандидатуры руководящих органов избирались безальтернативно.  Съезд был высоко торжественным мероприятием, вдохновляющим советских граждан на новые свершения и демонстрирующим нерушимое единство социалистических стран.
– Это точно!
– А теперь все превратилось в хаос и неразбериху. Делегатов выбрали активных, говорливых и подчас пронырливых. Понятно, что такое шеститысячное сборище ничего толкового родить не могло.
– А перед съездом еще была конференция?
– Решался вопрос об организации Российской партийной организации.
– А ее что, не было?
– Формально не было. Была КПСС и партии во всех остальных республиках.
– Как же так получилось?
– Прежние вожди были неглупые и понимали, что простая надстройка в виде ЦК КПСС над республиканскими партиями не будет иметь ни ресурсов, ни членов, а значит, не будет обладать и реальной властью. Поэтому российских коммунистов и подгребли.
– А Горбачев и этого не понимал?
– Понимал прекрасно, видел для себя прямую угрозу, но ситуацию, как всегда, упустил, отдал на откуп патриотам.
– А им-то зачем российская партия? Так России фактически принадлежит партийная гегемония.
– Патриотизм – дело тонкое. Среди большинства искренних немало целеустремленных. А тут куча новых высоких должностей.
– А какую позицию Горбачев занял на конференции?
– Никакую! Даже кандидата в секретари не предложил, в отличие от Ельцина.
– Его ставленник проиграл, как помнится?
– Да, это был Лобов. Очень любопытно было бы посмотреть, как пошли бы события, если бы он победил. Ельцин бы точно не вышел из партии, как демонстративно сделал это на съезде, а стал бы бороться против Горбачева и с помощью этого механизма. Хотя в результате легко обошелся и без него.
– А ты из партии вышел?
– Заявление не подавал, но от дел полностью отошел.
– На конструкторской деятельности сосредоточен?
– На выживании предприятия. Совсем набок свалилась оборонка. Приходится социальные активы распродавать, чтобы зарплату выплатить. Боюсь, скоро и до производственных дело дойдет.
– И это в оборонной промышленности ключевое предприятие!
– Все остальное, значимое, приватизировали через залоговые аукционы так умело, что государство осталось ни с чем!
– Зарубежные консультанты схемы проработали.
– Странные мы люди, готовы терпеть и верить в сказки! Давно пора было пробудиться!
– Для этого вожди и нужны!
– Давайте выпьем, а то разговор зашел в полную безысходность.
– Если бы только разговор!
Выпили, но на сердце легче не стало.
– Виктор, может, ты оптимизм оживишь?
– Наука тоже подверглась значимому разграблению, но, в отличие от экономики, не погибла. Шустрый люд разбежался, но критическая масса пока сохранилась. Проблема в том, что наука стране стала не нужна.  Так, поддерживается государством, чтобы лицо сохранить. Молодежь после вузов не идет, ищет быстрые заработки. То есть система высшего образования практически работает вхолостую.
– А ты не приукрашиваешь? – засмеялся Александр. – Она не погибла?
– На мой взгляд, школа больше пострадала.
– У тебя самого-то как?
– Если бы не зарубежные командировки, то пришлось бы улицы подметать. Жена стала шитьем подрабатывать.
– Теперь во весь рост встал извечный российский вопрос: что делать?
– Давай посмотрим на конкретном примере: как быть с этой избой, которая сумела выстоять в тяжелейшие годы, но теперь на грани гибели.
– Переселиться сюда и охранять.
– То есть погибнуть вместе?
– Огород восстановить, натуральное хозяйство. Как старики тридцать лет назад жили.
– Если ты один тут хорошо заживешь, то тебя точно уничтожат.
– Выходит, придется смириться с потерей.
– Вот именно! Ничего путного сделать при такой власти не удастся. Она полностью прогнила в своих интересах. Будем ждать и надеяться на следующего царя!
– А новые хозяева жизни допустят изменение ситуации?
– Мне кажется, что они заинтересованы в стабильности. Финансовые вопросы решили, теперь им катаклизмы не нужны.
– А если до национализации дело дойдет?
– Это они проконтролируют. Жизненный уровень населения, конечно, придется повысить и бандитов ликвидировать. Период грабежа заканчивается.
– То есть возврата к социализму не будет?
– Нет! Здесь все мосты сожгли самым тщательным образом.
– А народ бы его поддержал.
– Кто бы его спросил?!
– Мужики, время позднее, пора спать. Хорошо матрасы остались.
– Не удивительно: их на рынок не понесешь.
– Так и в обществе: что-то останется! – засмеялся с грустью Александр.
– Мы попали на период смены тысячелетий. Мало кому такое приходится прочувствовать. Давайте взглянем на нашу историю с этих высот, – предложил Виктор.
– Россия в последний век как никакая другая страна оказалась в эпицентре исторических событий: под действием неудач в первой мировой войне завершилась эпоха самодержавия, случилась социалистическая революция, гражданская война страну разорила, только героическими усилиями смогли выжить и набрать мощь, как вторая война обрушилась, четыре года терзала, двадцать миллионов граждан потеряли, опять восстановились, перестройка случилась, шоковая терапия. Фактически в реанимации новое тысячелетие встречаем.
– Но можно и с некоторым оптимизмом взглянуть. Каждый раз после катастроф находили силы встать и добиться успехов! – сказал Александр.
– К сожалению, временных, – заметил Виктор. – У нас даже такой стиль жизни сложился: все делаем в спешке, подчас строим на скорую руку.
– Вон в Европе жилые дома сохранились со Средневековья, в Италии водопроводы тысячелетние.
– Боюсь, что с приходом новой власти опять придется принимать экстренные меры с неизбежными издержками!
– На этой не лишенной доли оптимизма ноте предлагаю и завершить нашу дискуссию, поскольку день, как и тысячелетие, подошел к концу, – предложил хозяин.
– Сашка, ты в связи с этим при отъезде лампочку выверни и провода отсоедини, чтобы у тебя здесь клуб встречи нового тысячелетия не образовался.
– Мудро!
Наутро собрались, перекусили и покинули «гостеприимный» дом.