Глава 3. Война гравитации

19 октября.

07:00. Пробуждение в аду.

Просыпаюсь от звука. Нет, это не птички. Не шум мусоровоза. Это нечто, нарушающее законы физики и здравого смысла.

Бип… бип… бип-бип-бип.

Я приоткрываю один глаз. В гостиной Марина. Она стоит посреди ковра и… ПРЫГАЕТ. Вверх-вниз. Вверх-вниз. С серьезным лицом, глядя в телефон, как шаман, вызывающий дождь.

Я сканирую её мысли: пустота. Абсолютный вакуум. Только цифры: «И-раз… и-два… ой, левая сбилась… 950, 951…»

Я в шоке. Она не гонится за мухой. Не уворачивается от воды. Не пытается достать колбасу с верхней полки. Она просто… прыгает. Бесцельно. Добровольно. Тратит энергию, которую можно было бы сохранить для важного дела — например, для почёсывания меня за ухом.

Я даю этому явлению название: «Ритуал Бесцельных Подскоков». Научное. Звучит почти прилично.

08:30. Эпик фейл Алексея.

Кульминация безумия нарастает. Алексей выползает из своего утреннего убежища — Маленькой Дымной Комнаты, которую люди называют «ванная», — и совершает невообразимое.

Он ложится на пол. На спину. Берёт в лапы тяжёлый железный блин (откуда это в доме?) и начинает его поднимать. С хрипами. Со стонами. С красным лицом.

Мысли Алексея: «Ещё пять… последний подход… не сдохнуть… АААРРРГГ!»

Я прижимаю уши. Это не крик добычи. Это добровольный звук дискомфорта. Они ещё и платят деньги, чтобы ходить в специальное место и делать то же самое?! У людей есть абонементы на боль?!

Я с верхней полки транслирую мысленный спич:

— Так, народ, давайте разбираться. Марина воюет с гравитацией методом подскоков. Алексей душит железный блин на ковре. Вывод: в доме объявлена невидимая война против силы тяжести. Я, как эксперт по сну, одобряю идею. Гравитация — зло, она мешает запрыгивать на шкаф. НО! Вы делаете это ужасно неэффективно! Смотрите сюда. (Я потягиваюсь). Чтобы победить гравитацию, нужно просто свернуться калачиком в луче солнца. Она сдаётся. Вы становитесь невесомым. Левитация. Покой. Бесплатно. Без абонемента.

Меня никто не слышит. Я иду есть.

10:00. Охота на Призрачную Курицу.

После своих странных пыток они садятся завтракать. И тут начинается акт, который я называю «Пищевая шизофрения».

На тарелках лежит НЕЧТО. Белое. Творожистое. Посыпанное зелёной травой, как будто газон переехали блендером.

Мысли Марины: «150 калорий… много белка… для тонуса…»

Мысли Алексея: «На вкус как картон… но рельеф… пресс будет…»

Я сижу у своей миски, где лежит идеальная влажная говядина в соусе. Ароматная. Мясная. Созданная для счастья. И я чуть не поперхнулся от возмущения:

— ЛЮДИ! В ХОЛОДИЛЬНИКЕ ЛЕЖИТ ВЕТЧИНА! Я ВИДЕЛ! РОЗОВАЯ! БЛЕСТЯЩАЯ! ПАХНЕТ, КАК МЕЧТА БЕЛКОВОГО СУЩЕСТВА! Она кричит: «Съешь меня! Я — вкус! Я — радость!» А вы жуёте этот белый мел?! Вы что, строите стену из своего организма?

Я демонстративно громко чавкаю своей говядиной, глядя им в глаза. Ноль реакции. Они смотрят на меня с умилением. УМИЛЕНИЕМ! Типа «ой, какой котик кушает».

Я вас ненавижу. Но миску вылижу до блеска. Мясо не виновато.

14:00. Тыквенный апокалипсис.

Они возвращаются из магазина. И тут начинается цирк. Алексей несёт ОГРОМНУЮ ОРАНЖЕВУЮ ТЫКВУ. Размером с мою лежанку.

Они ставят ЭТО на стол. И просто… СМОТРЯТ. НА НЕЁ. Без намерения съесть. Без намерения поиграть. Без намерения поточить когти.

Алексей гладит тыкву и говорит:

— Осенний декор. Уютно.

Марина кивает, глаза горят:

— Да. Атмосферно. Прям Хэллоуин.

В этот момент мой внутренний монолог умирает. Короткое замыкание. Дым из ушей.

— ДЕКОР?! АТМОСФЕРНО?! Это же ОБЪЕКТ! У объектов есть ФУНКЦИИ! Мяч — гонять! Бумажка на верёвочке — ловить! Коробка — сидеть! А тыква?! Это просто большой оранжевый шар, который нельзя съесть, нельзя пнуть, нельзя сбросить со стола (я пробовал, устойчивая, гадина)!

Я подхожу. Обнюхиваю. Не пахнет едой. Легким движением лапы проверяю на устойчивость. Ноль. Стоит как скала.

— Вы принесли в дом огромный несъедобный неиграбельный овощ, чтобы просто на него СМОТРЕТЬ?! У вас же ЕСТЬ Я! Я — живой декор! Мурчащий! Тёплый! С выразительными глазами! Меня можно гладить! Я создаю уют фактом своего существования! Зачем вам оранжевый статист?!

В знак глубочайшего протеста я укладываюсь спать ПРЯМО ПЕРЕД ТЫКВОЙ. Перекрываю обзор. Вот вам атмосфера. Атмосфера кота. Спите теперь с этим.

18:00. Вечерний дурдом.

Они на диване. На экране какие-то люди орут, бегают и целуются, а потом на них нападают зомби. Алексей и Марина сидят в обнимку, вздрагивают, визжат, переживают.

Я смотрю на них и офигеваю:

— Так. Они добровольно включают себе искусственный стресс. Пугают себя воображаемыми опасностями, чтобы потом испытать искусственное облегчение. ЗАЧЕМ?! У вас есть Я! РЕАЛЬНЫЙ источник стресса! Я могу в любой момент выпрыгнуть из-под кресла и вцепиться в ногу! Эффект тот же: визг, облегчение, смех. НО ЭТО ЖИВОЕ ОБЩЕНИЕ! С МОИМ УЧАСТИЕМ! А не какие-то плоские люди в экране!

Я прыгаю на диван и сажусь между ними, загораживая обзор на зомби. Смотрю в глаза. Транслирую:

— Ну же! Напугайтесь МЕНЯ! Я настоящий! Во мне 4 килограмма непредсказуемости!

Марина гладит меня и говорит:

— Какой ты милый, Роландик.

Алексей чешет за ухом.

Я сдаюсь. Они безнадёжны.

23:00. Итоги дня.

Они легли. Дом затих. Я совершаю ночной обход, проверяю территорию. Проходя мимо спальни, слышу их мысли перед сном.

Марина: «Завтра надо начать утреннюю медитацию…»

Алексей: «И я с тобой…»

Я застываю в дверях. Лапа замерла на весу.

— УТРЕННЯЯ МЕДИТАЦИЯ?! Друзья мои! Вы сегодня целый день медитировали! Марина прыгала в дзен-трансе, как блоха на сковородке! Алексей медитировал на железный блин! Вы час медитировали на оранжевый овощ! Вы создаёте сложнейшие ритуалы, чтобы достичь состояния, которое у меня, кота, ВРОЖДЁННОЕ! Я живу в вечной медитации! Моя жизнь — это дзен с перерывами на паштет!

Я прыгаю в кровать. Сворачиваюсь клубком между ними. Врубаю мурчалку на полную мощность. Вибрации успокаивают комнату.

Моя итоговая мысль:

Эти добрые существа — гении самоусложнения. Они ищут уют в овощах, игнорируя живой греющий прибор. Они едят картон, когда рядом лежит ветчина. Они пугают себя зомби, когда я могу напугать их по-настоящему.

Я остаюсь здесь. Единственный оазис здравого смысла в этом доме.

Пусть прыгают. Пусть едят мел. Пусть молятся на тыкву.

А я буду просто лежать и мурчать. Потому что иногда самое гениальное решение — быть котом.

P.S. Тыкву ночью всё-таки попробую сбросить. Упрямство — моя вторая натура.