Нужда - эпизод второй

С Аней Сашик встречался не слишком давно. Как-то в компании ребята похвалили неутомимую в постели Нужду. Заинтересовавшись, он быстро нашел с ней общий язык. В ней его привлекла хорошая фигура с красивой грудью, которая, хотя она и не угнетала ее ношением лифчика, торчала задорно и подрагивала весьма эротично, он сразу представил ее в коленно-локтевой позе с грудью покачивающейся в такт толчкам партнера вошедшего в нее сзади.
Так и получилось, когда после предварительных орально генитальных прелюдий Нужда привычно приняла любимую позу, зовущуюся в народе «раком» первое, что он сделал, плотно войдя в нее и почувствовав ответный ход, протянул руки и ощутил то самое тяжелое покачивание и подрагивание тяжелой упругой груди. Это было так эротично, что он тут же и кончил, хорошо, что вовремя озаботился и надел презерватив.
С тех пор встречи стали более-менее регулярными. Нужду вполне устраивал безотказный партнер, который к тому же не появлялся без чего-нибудь вкусненького, а парня вдохновляла безудержная страсть, охватывающая девицу, когда настроение и физиологическая потребность в сексе сливались в единое целое и она устраивала целое шоу с криками стонами и слезами. После такого карнавала, заканчивающего многочисленными оргазмами Сашику было что вспомнить.
Он и вспоминал и несмотря на обилие возможностей, а выбирать было из чего, даже официанточка Катя изысканная любительница анала, со своими вскриками - в попочку, в попочку - блекла на фоне Ани с ее искренним желанием отдаваться и получать.

Нужду же никто этому не учил. Да этому, наверное, нельзя научиться. Можно с имитировать оргазм и прочие проявления страсти, это тоже пользуется спросом в кругах профессионалок, кому хочется платить деньги за секс с поленом. Но там клиент получает услугу, которую оплатил и предъявлять претензии ему не с руки, не экспертизу же проводить по поводу того, что испытала партнерша и были ли ее стоны искренними.
У Нужды, неуемное желание трахаться было сродни какому-то заболеванию, Пара дней без мужика, и она начинала маяться, сначала тихо, а потом буйно, вплоть до того, что могла в транспорте схватить понравившегося мужика за причинное место.
Мужик само-собой не девица, крику не поднимет, но глаза вытаращит и тоже неизвестно чем все обернется, может трахом в самом неожиданном месте, а может и мимо, если вдруг тот к бабе едет или, сохрани господь, сидит она где-то поблизости.
Попадались такие любители, которые в толпе прижимались к ней поближе и начинали тереться с очевидным желанием кончить от руки.
Она, по большому счету не возражала, но не в автобусе же.
Недавно едет Нужда в метро в состоянии повышенного желания. Против нее сидит парень. Она его глазами ест, только что рукам воли не дает, потому как далеко.
Тот тоже на нее глазом косит, заметил. Потом посмотрел в упор, улыбнулся и повел головой, приглашающе. После встал и пошел к двери. А Нужда за ним, как привязанная пошла следом. На эскалатор, на улицу…идет молча, не приближается ближе двух шагов. А тот быстро идет не оглядывается. Знает, что та сзади, понимает, что не отстанет.
Только когда свернул в парадное, старинного дома, оглянулся и дверь, огромную, древнюю с расстекловкой попридержал. Кавалер.
Широкая лестница, когда-то застеленная ковром, о чем свидетельствуют сохранившиеся по краям бронзовые вставки для крепления прутов тот самый ковер придерживающих. На площадке после первого пролета перед окном с разоренным витражом скульптура некоей Психеи, правда без головы, но на мраморном пьедестале.
Вот к этому пьедесталу и нагнул кавалер истомившуюся от ожидания Нужду.
Резко задрал ей подол широкой юбки и ухватившись за резинку черных плотных колготок стянул их вместе с черными же трусами, заголив тело от пояса почти до колен.
Девица не сопротивлялась хотя такое поведение было для нее неожиданным. Она думала, что он ведет ее домой и никак не готова была к совокуплению на лестничной клетке куда в любой момент могли войти люди.
Вообще-то она не возражала против экспромтов, но самый удачный это хорошо подготовленный экспромт, а тут она оказалась совсем не готовой.
У партнера же был свой план, он просунул руку ей между ног и ухватил за мокрую от долгого ожидания промежность сжав ее в жменю.
Она охнула и сжала его ладонь бедрами, а он, разжав пальцы вынул руку и похлопав мокрой ладонью по заду поднял ее и повел, путающуюся ногами в спущенном белье дальше вверх по лестнице.
Покорно шла, разглядывая его спину, поскольку теперь он двигался первым. Пока не видел, она подтянула бельишко вверх, чтобы удобнее было подниматься.
На следующем этаже, подойдя к высокой двери, когда-то резной, а теперь закрашенной несколькими слоями масляной краски с четырьмя висящими друг над другом дверными звонками и бумажками с фамилиями под ними, оглянулся, прижал палец к губам и открыв дверь ввел ее в темный коридор.
Запах старого нечистого жилья ударил в нос, пока это было единственное ощущение, в остальном стояла мертвая тишина и кромешная тьма.
Нужда поежилась и забеспокоилась, но рука легонько толкнула ее в спину, опасаясь она сделала шаг чувствуя под ногами, что-то мягкое.
Половик, подумала она, как у бабушки. После щелчка под потолком, на высоте метров четырех зажглась лампочка, ватт двадцати пяти. Опять же как у бабушки, отметила она себе.
Пробираясь по донельзя захламленному коридору, Нужда вспоминала бабушкину коммуналку на Петроградской. Там было все очень похожим, и хлам, и темнота, а главное – запах.
Она даже потрясла головой отгоняя видение.
Миновав несколько обшарпанных дверей, дошли почти до конца и тут, достав древний ключ с бородкой из кармана висевшего возле двери ватника спутник отпер и распахнул дверь.
Шок, первое, что испытала девица при виде огромной, метров сорока комнаты с тремя окнами, современным дизайном, парящим светящимся потолком на высоте метров четырех и стоящей в углу блестящей стальной конструкцией, удерживающей на половине высоты деревянные полати со спальным местом невероятных размеров.
К ней и повели семенящую из-за спущенных колготок и трусов и мерзнущую, не то по причине голой жопы, не то от страха перед неизвестным Нужду.
Хотя ничего неизведанного она не ожидала. В свои довольно молодые годы она испробовала, наверное, все возможные варианты плотской любви.
Приходилось ей участвовать и в групповых упражнениях. Правда излишнее одновременное вхождение в свое тело нескольких партнеров недолюбливала, как и жесткое садомазо. Хотя к связыванию относилась вполне терпимо и даже любила чувствовать себя в какой-то момент беспомощной.
Оргазм, испытываемый ею в состоянии обездвиживания, получался обычно особо ярким.