Братья Калачян и Судьба-злодейка

Это определение судьбы идеально подходит к трагической истории двоюродных братьев Калачян. Которую они – как и практически все преступники – привезли себе сами. Ввязавшись в дело, которое было для них много выше головы. 

Николай Калачян родился в селе Бородино Рыбинского района Красноярского края… собственно, это единственное, что можно с уверенностью сказать про его биографию за пределами его криминальной деятельности.

Есть версия, что его отец был болен раком, поэтому все деньги в семье уходили на его лечение… но в это верится не особо. Платной медицины в то время не было; рак обычно не лечился… поэтому если бы это было так, отец Николая «сгорел» бы довольно быстро.

Согласно «официальной» биографии, в четвёртом классе Николай сбежал из дома в цыганский табор, затем занимался наркоторговлей и работал мусорщиком. Это ерунда, ибо (1) цыгане – замкнутая этническая община и к себе чужаков не принимают; (2) из наркоторговли тогда было не выйти – слишком серьёзные люди этим занимались: и (3) работа мусорщиком ни с тем, ни с другим не сочетается категорически.

Согласно той же биографии, он имел только начальное образование и профессию токаря (в СССР последнее можно было получить только закончив ПТУ – что автоматически означает среднее образование).

Первую кражу Николай с приятелями якобы совершили, ограбив сберкассу, для чего проделали дыру в стене (а сейф с деньгами как вскрывали…  и как их никто не увидел и не услышал?). Их не поймали, и они быстро прогуляли украденные деньги. Так что это тоже, скорее всего, липа.

В сухом остатке: о Николае Калачяне мы не знаем ни-че-го. Вообще. Совсем.

Феликс Калачян родился в селе Казанчи Ашоцкого района Армении, а после школы уехал в Ленинакан, где женился на девушке по имени Маруш и стал отцом двух детей, но, работая дворником, получал мало. Вот это похоже на правду.

Невысокий и жилистый, он был гибким от природы и был кандидатом в мастера спорта по спортивной гимнастике. С деньгами было плохо у обоих кузенов; Феликс был идеальным домушником по анатомии… что было дальше, очевидно.

В конечном итоге Николай подговорил Феликса обокрасть магазин аудиотехники. Никакую стену они, конечно, не разбирали (это нереально – ибо шум на весь город) … просто Феликс залез в окно, а сигнализации в магазине не было.

В милицию по факту кражи по неизвестным причинам никто якобы не обратился (по мнению Николая, магнитофоны были «левыми»). Это вряд ли, ибо левак принадлежал мафии, которая быстро нашла бы братьев и закопала. Живьём.

Поэтому, конечно, сообщили… только милиция преступление не раскрыла. Ибо – вопреки совковому и российскому агитпропу – компетенция была ниже плинтуса, особенно в кавказских республиках.

Магнитофоны братья продали за 15 тысяч рублей, часть из которых Феликс послал семье, а остальные братья прогуляли в Москве. Очень может быть.

Когда Николай решил обокрасть Госбанк в Ереване, наводкой ему служил работник банка и его приятель Завен Багдасарян, который в составе комиссии часто бывал в хранилище банка для пересчёта купюр. Это почти всегда так – кражу в особо крупных размерах без «крота» осуществить малореально.

За неделю до назначенной даты Николай попал в автомобильную аварию и якобы руководил операцией, уже лёжа в больнице (интересно, это как – сотовых телефонов ведь не было тогда). Это тоже враньё, скорее всего – в реальности подельники прекрасно без него справились.

Вечером 5 августа 1977 года Феликс Калачян вошёл в жилое здание, имеющее с Госбанком общую стену на уровне одного этажа, и (якобы) попытался пробить её, но она оказалась очень толстой. Устроив шум на весь город, ага.

Тогда он залез на крышу и увидел, что в комнате отдыха банка, которая была на один этаж выше хранилища, идёт ремонт и на её окне нет решётки, а само окно открыто (позже выяснилось, что завхоз банка забыл его закрыть). На самом деле, окно почти наверняка открыл Багдасарян – иначе зачем он вообще был нужен?

Изначально он попытался забросить туда верёвку, но у него ничего не получилось, и тогда Феликс, рискуя жизнью, перепрыгнул с крыши в окно. Затем, проделав в полу отверстие диаметром всего в 34 сантиметра (внутри банка охраны не было), Феликс по закрепленной на куске арматуры веревке проник в хранилище и забрал оттуда два мешка с деньгами на сумму полтора миллиона рублей.

Потом, прикрыв дыру в полу зонтиком (а смысл?), Феликс при помощи веревки выбрался через окно комнаты отдыха утром. Ну да – после того, как в банк придут сотрудники…

Я практически не сомневаюсь, что этот рассказ – липа чистой воды.  На самом деле всё было не так совсем – кража стала возможной лишь благодаря чудовищному разгильдяйству руководства банка (обычное дело).

Настолько чудовищному, что его было жизненно важно хоть чем-то прикрыть… вот и насочиняли невесть что. И сообщник у братьев был не один…

Окрылённые успехом и добычей, братья отправились в Москву, где Николай познакомился с девушкой Людмилой Викторовной Аксёновой, брата которой — Владимира Кузнецова, работавшего таксистом — они сделали сообщником.

Владимир, которому было поручено скупать облигации трёхпроцентного займа под предлогом, что Николай якобы хочет устроить пышное венчание с его сестрой, ничего не знал о преступлении будущего зятя (ему Калачян рассказал, что легализовать сторублевки нужно потому, что он боится уголовного преследования за участие в азартных играх).

Однако в одной из сберкасс Москвы Владимир попался на сбыте партии сторублёвых купюр. Дело в том, что практически все сторублевые купюры (а их было большинство среди похищенных) имели одну серию — АИ, и во все сберкассы страны были разосланы указания сообщать в милицию о каждой попытке использования банкнот этой серии.

Сначала Владимир приобретал по одной-две облигации в день, а потом решил купить ценных бумаг сразу на шесть тысяч рублей. Сотрудницу сберкассы насторожила столь крупная сумма: она приняла шесть тысяч, а затем сказала, что у нее осталось облигаций лишь на три тысячи рублей, а за остальными нужно идти в хранилище.

Отсутствие кассирши испугало Владимира, и он сбежал, но кассирша запомнила его приметы и машину, на которой приехал Кузнецов — зеленые «Жигули». Патрульный милиционер обратил внимание на припаркованные у жилого дома на Ленинском проспекте зеленые «Жигули» (братья снимали там квартиру); их задержали в ночь на 7 июня 1978 года; несколько позже задержали и Кузнецова.

К тому моменту преступники успели потратить 600 тысяч рублей из похищенных полутора миллионов (интересно, каким образом – при чудовищном дефиците всего и вся)? Братья были приговорены к расстрелу, Завен Багдасарян был осуждён на 11 лет колонии строгого режима, Владимир Кузнецов получил более короткий срок заключения.

Верховный Совет СССР удовлетворил ходатайства о помиловании Калачянов, но дойти до Еревана они не успели почти на сутки — приговор был приведён в исполнение (потому и Судьба-злодейка). Мать Николая умерла во время следствия, у семьи Феликса было конфисковано имущество.

Это официальная версия. Я практически не сомневаюсь, что на самом деле у братьев был очень, очень высокопоставленный сообщник в банке, который и забрал треть похищенного (братья успели потратить всего 100 тысяч).

Братьям пообещали помилование и скорое УДО, если будут держать язык за зубами… и расправу с семьёй, если не будут. Они поверили… но их всё равно расстреляли. Ибо сильные мира того решили, что лучше перебдеть, чем недобдеть.