Воспоминания. Глава восьмая

В мае шестьдесят пятого года я заболел ангиной, и меня положили в городскую больницу.
Учебный год подходил к концу, а у меня накопились задолжности по физике, по которой у меня была неисправленная двойка.
Были у меня и другие проблемы по успеваемости, но их ликвидировала моя классная руководитель Нина Петровна Зыкова.
Нина Петровна преподавала у нас физкультуру, а я был физоргом в нашем классе, и это сказалось, чтобы Нина Петровна помогла мне решить проблемы с моей неуспеваемостью.
Но, что то пошло не так.
Я сегодня не могу объяснить свое упрямство, когда Нина Петровна приехала ко мне домой и сообщила мне, что все мои проблемы решены, осталось только , чтобы я встретился с учительницей по физике, и у меня будет чистая тройка по итогам учебного года.
Я стоял в нашей передней перед Ниной Петровной и смотрел через ее плечо в окно на чистое летнее небо.
И так мне не хотелось ехать к этой физичке, что я выпалил при своих родителях прямо в лицо Нине Петровне, что я бросаю школу.
Никакие уговоры родителей и моей классной руководительницы не возымели результата.

Мне было пятнадцать лет и я решил пойти работать на стройку, что была за Юрьев-Польской нефтебазой и рядом с городской бойней.
Эта шарашка называлась "Строительно-монтажный поезд" № 362, а сокращенно СМП 362.

Там уже работали мои друзья одноклассники: Боря Добролюбов, Саня Кармацких, Вова Венедиктов и ряд других знакомых мне пацанов.
Работа нам нравилась, и мы осенью подали документы в "Школу рабочей молодежи"...

 В Юрьев-Польском эта ивановская организация строила склады для "Сельхозтехники".
Это место находилось на правом берегу "Колокши" за переездом рядом с нефтебазой и бойней.
Наш рабочий день был установлен законом и длился шесть часов.
Платили нам тогда копейки, но мы были рады и этим деньгам.
Мы были уже взрослые и могли себе позволить, что то купить на свои деньги.
 
Основной штат рабочих был из Иванова.
Это были уже взрослые мужики, многие из которых прошли сталинские лагеря и даже Колыму.
 Но к нам они относились со всей добротой и даже оберегали нас от вновь прибывающего уголовного молодняка.
 Помню такой момент, когда отсидевший три года молодой уголовник предложил нам выбрать старосту меж нами пацанами.
Прикол был в том, что этот фокус был заимствован из тюремной жизни, когда вновь прибывшего в камеру арестанта ждет испытание, где ты можешь сразу потерять пацанский статус и оказаться среди опущенных.
 Мы, по своей молодости, не были посвящены в такие жестокие игры и согласились.
Наши старички, прошедшие Колыму, потихонечку курили и молча наблюдали за происходящем.
 А суть заключалась в том, чтобы с завязанными губами вытащить зубами нужную спичку.
 Кто вытащит обломанную спичку, тот и староста.
 Пока весь этот процесс шел нормально, старики помалкивали.
Это приободрило молодого урку и он решил, что здесь его фишка проканает.
 Когда завязали глаза моему товарищу, молодой уголовник под хи-хи, ха-ха, говорит второму из нас на ухо: сейчас посмеемся, снимай штаны и когда он подойдет вытаскивать спичку из руки, вместо руки ткнется лицом в твою задницу...

Это могло проканать в ****ской хате, среди таких же отморозков, как ты сам, но не среди нормальных людей.
 Из угла, где сидели старички его тихонько позвали и попросили подойти.
 И так же тихо без эмоций сказали, за такие выходки, приятель, сейчас будешь сам вылизывать каждому из них задницу.
И чтобы больше никаких подлянок в адрес пацанов не было.
 В воцарившейся тишине послышался голос провинившегося: простите...