Генератор аномалий гл. 8 черновик

Глава 8
 Иногда так случается, что вроде бы хочешь не выделяться и проскользнуть между капель дождя не замочив штанов, но окружающие тебя люди буквально вынуждают надавать им по щам. Моё воспитание и сформировавшееся видение мира не позволили стерпеть оскорбления, поэтому больницу покидал с хвостом новоприобретённых врагов. Не хотелось подставлять Любу, ведь ей здесь придётся жить дальше, но и становиться терпилой не собираюсь. Война план покажет, пусть учатся отвечать за свои поступки. Вот и Аркадий Просоколов поделился со мной своим кошельком. Против он не был, так как валялся в глубокой отключке, а я не постеснялся взять с него виру за нападение на беззащитную девушку. Марьяна Ельцова тоже благоразумно молчала во время облегчения карманов своего любовника и лишь облегчённо вздохнула, когда я лёгкой походкой вышел из её кабинета. У выхода из больницы стоял с хмурым лицом Первак, но останавливать меня не решился, а может быть и не собирался этого делать, а я прошёл мимо с блуждающей улыбкой на девичьих устах. Больничный двор был огорожен двухметровой кованной оградой, но ворота оказались раскрыты настежь, а перед самым крыльцом стоял шикарный автомобиль. Его матово чёрный окрас играл солнечными бликами и внешне напоминал мне кадиллак, конца прошлого века. Красиво, но не в моём вкусе. Может быть позже куплю для Любы подобного монстра, а пока пойду искать такси. По дороге посмотрел в сторону клумбы, в которой отдыхал Прохор Соколов, но её было не видно. Да и чёрт с ним, переживать из-за него не собирался, всё равно скоро очухается и даже возможно никто не увидит, как он позорно валялся с голым задом посреди красивых цветов. Улочка была с двухполосным движением, а неторопливо проезжающие машины поголовно смотрелись выходцами из прошлого столетия и я пошёл по тротуару навстречу мерно поскрипывающим раритетам. Одежда на людях тоже была для меня старомодной, с явным уклоном к строгим формам и практически вся имела на себе вышитые узоры. Большинство встреченных мужчин носили растительность под носом, а некоторые имели ещё и пышные бакенбарды с бородой. Женщины всё больше носили длинные платья до щиколоток из каких-то плотных материалов и непременно какую-нибудь шляпку на голове. Я наконец-то начал понимать, почему на меня все обращают внимание, а многие и вовсе оглядывались вслед. Платье Марьяны оказалось не только мало, поэтому чрезмерно плотно облегало тело, но и коротковато, открывая босые ноги до середины голени. Здесь считалось неприличным ходить с непокрытой головой, а моя ко всему была ещё и лохмата. В общем выглядел я неважно, можно сказать на грани приличия, но это меня ничуть не смущало. Вот пахло от меня действительно мерзковато, тело хоть и протёрли при попадании в больницу, но запах вонючих потрохов монстров за один раз устранить невозможно. Когда вдоволь насмотрелся на городскую суету чужого мира, то пришёл к выводу, что самостоятельно добраться до резиденции Котовых не смогу. В этих краях Люба не бывала, поэтому и я легко потерялся в переплетении однообразных улиц. Дважды пробовал остановить проезжающую мимо машину, но они лишь сбавляли скорость и ехали дальше. Я уже начинал злиться и посматривать по сторонам в поисках жертвы, то есть вынужденного проводника, как рядом скрипнули тормоза. Чей-то знакомый голос радостно произнёс:
  - Вот так встреча, здравствуй Любовь Андреевна.
 На меня смотрели весёлые глаза гильдейца Михея, а на его простоватой физиономии расцвела радостная улыбка. Сразу было видно, что мужик абсолютно искренен и эта встреча произошла случайно. Он ловко выпрыгнул из авто на тротуар и стал внимательно осматривать меня. Я сразу определил его в проводника, надеюсь принуждать не придётся, и постарался доброжелательно улыбнуться.
  - Здравствуй Михей, а я иду и думаю, где же бродит мой знакомый охотник. Вот бы он мне сейчас пригодился, а то босой не дойду до дома. Эта придурковатая врачиха выкинула все мои походные шмотки, видите ли воняют они дюже мерзко. Пришлось надевать её платье и босиком топать во свояси – пока говорил, я успел похлопать охотника по плечу и юркнуть на заднее сиденье багги.
 Михей в этот раз тупить не стал и уже разворачивал машину, я всё-таки двигался в правильном направлении, и без вопросов повёз меня по однообразным улочкам города Кряж. Мы проболтали весь путь до резиденции рода Котовых и словоохотливый Михей выложил мне, что докладная о гибели отряда сборщиков растительных кристаллов сдана руководству и не вызвала дополнительных вопросов. Правда мне придётся ещё и самой описать случившую трагедию, но это не к спеху и подождёт до моего полного выздоровления. На вопрос об общаге для охотников получил ожидаемый отказ, за не имением таковой. Местные гильдейцы поголовно жили на собственных квартирах, а приезжие снимали жильё внаём. Ещё я узнал, что стать охотником в Кряже проще простого, достаточно принести десяток правых ушей монстров и дело в шляпе. Правда к женскому полу существует предубеждение и их не особо берут в напарники, но всё-таки местные воительницы существуют и даже есть чисто дамские отряды. В Кряже тоже есть такой под руководством приезжей дворянки, но они настолько склочные и нелюдимые, что с ними мало кто общается. Михей как-то попробовал подкатить к одной из них, так был послан столь далеко, что и за всю жизнь не дойти. Я сразу просёк намёк и пообещал проставиться за оказанную мне помощь, как только определюсь с местом жительства. Мы оба остались довольны случайной встречей и распрощались крепким рукопожатием. Причём, Михей удивлённо хмыкнул, когда я чисто по-мужски сдавил его мозолистую ладонь. Охотник недобро покосился на вышедшего из ворот охранника и уехал по своим делам. Я же осмотрелся вокруг и реально впечатлился увиденным. Практически на протяжении всей улицы тянулся трёхметровый кирпичный забор с периодически возвышающимися башенками с бойницами. Это малые крепости какие-то, расположенные прямо в центре города и Люба точно знала, что таких защищённых улиц с пару десятков. Здесь проживают в основном благородные семейства, а поэтому беспокоятся о своём здоровье и предусмотрительно прячут свои драгоценные тушки за высоким забором.
  - Любовь Андреевна, ты ли это? – удивлённо спросил охранник.
 На нём была чёрная форма с родовым логотипом Котовых, а на боку висела пистолетная кобура. В его поведении не было агрессии, но вот удивление отобразилось на конопатом лице. В памяти Любы этот парень всегда разговаривал с ней уважительно и ни разу не сделал пошлых намёков на интим за деньги. Хотя его коллеги грешили этим делом и позволяли себе презрительно общаться с дворянкой. Я приветливо улыбнулся и ответил спокойным голосом:
  - С утра была ей, а как сложится после разговора с главой рода, то мне неведомо. Кстати, меня тут случайно не потеряли?
  - Так нам ещё вечером сообщили, что ты ночуешь из-за ранения в гильдейской больнице. Кстати, как твоё здоровье? – искренне поинтересовался охранник.
 Я небрежно отмахнулся, не рассказывать же ему, что Любу за задницу укусил сварк, и прошёл на территорию резиденции. Внутри располагалось несколько трёхэтажных зданий для членов рода и недалеко от входа четыре двухэтажных строения для прислуги. Род Котовых заслуженно считался древним и имел авторитет не только на границе с пустошью, но и в столице империи Руссов. Мама Любы жила в предместьях столицы и была довольно ветреной особой, по-крайней мере так отзывались о ней все представители Котовых. После залёта от какого-то крутого перца, её спрятали на окраине государства, чтобы родить ребёнка и иметь возможность для шантажа родовитого папаши. Правда все коварные замыслы пошли прахом, «неизвестный» отец угодил в немилость императору и пропал без вести в пустоши намного севернее Кряжа. Мать сгорела от чахотки, когда девочке не было и пяти лет. Сама же Люба росла с умственными отклонениями и манипулировать таким ребёнком стало бессмысленно, высокопоставленная родня по отцу категорически отказалась от неё. Потом от неё и вовсе все отвернулись и она существовала вроде бы имея дворянский титул, но жила на уровне слуг, а временами и того хуже. Я злобно зыркнул глазами по сторонам и пошёл к небольшому флигельку, в котором и жила Люба последние годы по соседству с ключницей. Эта злобная тётка была простолюдинкой, но относилась к потомственным слугам старшей ветви и поэтому осмеливалась наказывать девушку даже физически, а попросту отвешивала ей крепкие затрещины. Я мысленно пожелал себе терпения, хотя бы до того момента, как заберу документы у главы рода. Вот потом можно будет и бушлат скинуть, если не уймутся, а пока терпим. Я ещё несколько раз попросил себя держаться, как можно тише и незаметнее, но ….
  - Ух ты ж, не к ночи будь упомянута. Любка, прости господи, ты у кого платье стащила, лахудра ты безмозглая. Оно ж на твою жопу едва-едва налезло, разве ж можно в таком наряде пред честными людьми позориться. Ох, придётся Константину Антоновичу пожаловаться на тебя, а он уж задаст жару, что мало не покажется – рядом противно повизгивала здоровенная бабища, в которой память девушки распознала управляющую слугами всего поместья Котовых. Я уже протягивал руку к двери, но беспардонность этой женщины выбесила до скрипа в сжатых зубах. Мне захотелось врезать ей по заплывшей жиром морде, чтобы прикусила свой поганый язык, но благодаря троекратного повторения мантры спокойствия сдержался. Это визгливое чудо на коротких ногах удивлённо хрюкнула, обычно Люба испуганно вжимала голову и заискивающе просила прощения, а тут зыркнула волком и что-то бормочет себе под нос. Мы внимательно осмотрели друг друга и я захотел посоветовать ей сесть на трёхмесячную голодовку, как у управительницы снова прорезался голос:
  - Ты чего это стервь, совсем страх потеряла, забыла с чьих рук ешь? Сейчас быстро Васятку кликну, чтобы мозги тебе вправить. Иль давно розог не получала по бесстыжей заднице?
 Я смотрел на эту тварь в человеческом обличие и не понимал, за что она так ненавидит Любу. Ведь девочка была сиротой и должна только этим фактом вызывать жалость у нормальных женщин. Я напряг память донора тела и убедился, что практически вся дворня вела себя подобным образом. Они старались унизить Любу при каждой встрече и испытывали от этого наслаждение. Возможно её подвергали унижению, а иногда даже насилию из-за того, что могли безнаказанно поглумиться над дворянкой, каковой она являлась по родовым документам. Сложно разобраться в потёмках чужих душ, поэтому сужу о людях тупо по поступкам и соответственно отвечаю им взаимностью. Этой «фуете» по-хорошему уже надо челюсть ломать, а я лишь молча смотрю на неё и удивляюсь глубине человеческой мерзости. В какой-то момент смог оторвать взгляд от будущей жертвы и войти внутрь флигеля, но и здесь меня ждал «радушный» приём от ключницы. Она словно ждала возле двери моего прихода и заголосила не менее визгливо своей товарки:
  - Ты где шлялась дармоедка? Небось опять по кобелям бегала, сучка бесстыжая? Всё, моё терпение кончилось и буду просить главу рода, чтобы тебя выселили отсюда. Да чего там ждать, прямо сейчас собирай манатки и переселяйся в барак к слугам.
 Ключница была немного худее управительницы, да и лицом намного симпатичнее, но обе вызывали у меня бездонное чувство омерзения. Они только ядом не брызгали и были уверены в своём праве подобного поведения, но тут у меня всё же сорвало тормоза. Я сделал два быстрых шага и ухватил визгливую стерву за нос, а одновременно с этим ударил ступором. Ключница застыла с выпученными от удивления глазами, а я медленно свернул её шнобель на бок. Я удовлетворённо поцокал языком и небрежно опустил парализованное тело на пол, а потом доверительно сказал:
  - Я тебе сейчас напарницу притащу, надеюсь вам вдвоём скучно не будет.
 Как и ожидал, управительница стояла под дверью и даже не успела пикнуть, как я схватил мегеру за волосы и затащил внутрь флигеля. Сначала две хлёстких пощёчины для лучшего понимания обновлённой реальности, а потом удар малым ступором и хруст свёрнутого носа, только в другую сторону. Вроде бы и наказывал откровенных мерзавок, а на душе не было должного удовлетворения. Всё же они были женщинами и воевать с ними не доставляло положительных эмоций от совершённого возмездия. Впрочем, рефлексировал я всего несколько секунд, а потом также небрежно свалил толстуху на пол и закрыл входную дверь на внутренний засов. Теперь у меня обратной дороги не было, дворянства конечно лишить не смогут, а вот из рода выпрут однозначно. Эти гадюки, каждая в своё время, были любовницами главы рода и находились под его личной защитой. А нас рать, даже если тело Любы погибнет, то обязательно отомщу убийцам и вовремя вернусь к портальной станции Ушедших. Девушку конечно жалко, но терпеть такие издевательства просто не в моих силах. Я поднялся на второй этаж и зашёл в маленькую комнату, где ютилась последние годы бедная девочка. Быстро переоделся в самое приличное платье Любы и стал готовить рюкзак для эвакуации из родового гнезда Котовых. Сборы закончились за пару минут, так как кроме двух сменных комплектов одежды и брать больше нечего. Дворянка жила в нищете, но при этом имела солидную сумму денег на личном счету в банке. Чековая книжка хранилась в тайнике под подоконником, а вместе с ней лежали сто рублей мелкими купюрами. Люба реально планировала сбежать из рода, вот только она стремилась в столицу, чтобы найти блудного отца, который по её информации был из княжеского рода. Незатейливая мечта простоватой девочки непременно бы разрушилась о грубую действительность жестоких нравов в высших эшелонах дворянского сословия. Впрочем, может быть я и ошибаюсь, но попробую пойти совершенно другим путём. Надеяться буду только на себя и свои собственные силы. Под эти размышления я спустился к выходу из флигеля и перед тем, как покинуть его навсегда, конфисковал связку ключей у ключницы. Звучит, как каламбур, но в хозяйстве всё может пригодиться. Кстати, мне не помешает заглянуть в оружейку, ведь боевого топора меня лишили, вернув его семье погибшего охотника. Во дворе суетились слуги, но на меня внимания никто не обратил, значит моя расправа над мегерами осталась незамеченной. Дверь флигеля закрыл на ключ и неспешной походкой пошёл к среднему из трёхэтажных зданий. В нём находилась резиденция главы рода Котовых, а также проживал его первый наследник, который целенаправленно унижал Любу с каким-то маниакальным упорством. Ему почему-то доставляло удовольствие оскорблять девушку по поводу и без, а когда она униженно кланялась и просила прощения, то на его лице появлялась торжествующая улыбка. Я бы понял, если бы таким образом он принуждал её к сексу или чему-то подобному, но нет, этот напыщенный индюк просто тупо гнобил Любу и буквально тащился от этого. По-большому счёту, лично мне от этого не холодно, не жарко, но если сейчас попытается борзеть в отношении меня, то получит оборотку. Вспомнишь говно, как оно тут же завоняет где-нибудь поблизости.
  - Ага, вот и пропажа нашлась. А ну-ка подь сюда, у меня есть до тебя вопросы – сбоку прозвучал самоуверенный голос Константина Антоновича Котова, первого наследника рода в городе Кряж.
 Я мысленно послал говнюка на три буквы и пошёл дальше, даже не повернув головы в его сторону. Мне хотелось сначала попытаться мирно поговорить с его папашей, а уж потом раздать гостинца всем своим недоброжелателям.
  - Да ты и впрямь из ума выжила, немедленно остановись. Стой говорю, иначе прикажу прописать тебе десяток розог – голос Константина сорвался на крик, а его лицо исказилось удивлённо-возмущённой гримасой.
 Я молча дошёл до двери, когда сзади раздались торопливые шаги. Мне понадобилась всего одна секунда, чтобы закрепить на ручке слабую аномалию электричества, а потом прикрыть за собой дверь. Первый наследник испуганно взвизгнул и упав на крыльцо забился в судорогах. Он пытался кричать, но вместо этого раздавались лишь неразборчивые хрипы. Я удовлетворённо кивнул сам себе и стал подниматься на второй этаж по массивной лестнице. В кабинет главы рода вошёл без стука и увидел уже привычную картину. Антон Семёнович Котов поставил служанку в позу, как мама пол моет, и активно двигал упитанным задом, опираясь одной рукой на свой рабочий стол. Я не стал оригинальничать и громко произнёс:
  - Бог вам в помощь.
 Пока перевозбудившийся глава рода смог сообразить и порывисто отстраниться от служанки, я уже сидел в гостевом кресле и сказал покровительственным голосом:
  - Да чего уж теперь, продолжайте, мне не к спеху, могу и подождать.
 Служанка торопливо одёрнула пышную юбку и пулей выскочила из кабинета, а глава рода  продолжал стоять со спущенными до колен штанами и злобно посверкивать выцветшими глазами. Его потная лысина пустила солнечного зайца, отчего у меня появилось огромное желание рассмеяться, но я всё-таки сдержался и продолжил прикалываться:
  - Я конечно девушка не стеснительная, но главе рода не пристало общаться с роднёй в таком вульгарном виде. Впрочем, поговорить можно и так, мне как-то побоку.
 Антон Семёнович побагровел лицом, но штаны натянул молча. Потом налил себе в бокал коньяка и залпом осушил его до дна.
  - Чего припёрлась? Да ещё посмела ворваться в мой кабинет без стука, по розгам соскучилась. Как же я от тебя устал, кобыла ты порченная. Говори чего надоть и убирайся с глаз моих, пока я окончательно не осерчал – Антон Семёнович распалялся с каждым произнесённым словом, а его пышные усы и бакенбарды воинственно встопорщились.
  - Я собственно тоже не в восторге от вашего гостеприимства, поэтому хочу забрать свои документы и покинуть эту юдоль безнравственности. Советую мне не препятствовать, так как я вступила в гильдию охотников и нахожусь под их протекцией. Если же посмеете применить ко мне репрессии, то буду жаловаться самому патриарху рода Котовых, пусть узнает в каких условиях содержится его родная внучка. Будет мало, то обращусь за помощью в …- я гнал откровенную пургу, а сам внимательно наблюдал за реакцией на мои слова, но был перебит.
  - Ха, ха, ха, вот же насмешила дурында бестолковая. Патриарху плевать на тебя и он палец о палец не ударит для твоей защиты, впрочем, как и всем остальным, к кому ты обратишься с жалобами. Та же гильдия не станет ссориться со старинным родом Котовых из-за какой-то малолетней потаскухи, которая сумела опозориться перед всей империей. Ты никому не нужна и лучше бы сдохла в пустоши, чем мозолить мои глаза лишний раз – Антон Семёнович презрительно усмехнулся после своей разгромной речи.
 Печально, но эта самка собаки уверен в своих силах и даже смеётся в глаза из-за произнесённых мною угроз. Попробую ещё раз предложить расстаться мирно, а там пойду напролом, пусть потом обижаются на себя. Терпеть рядом с собой эти гнусные морды не желаю и не буду, в крайнем случае подамся в бега. У меня есть возможность изменить до неузнаваемости, как саму внешность, так и фигуру Любы, да таким образом, что и мама родная не узнала бы. Ну что же, попытка не пытка.
  - Ну раз я всем так противна и никому не нужна, то и отпусти меня с миром. Выведи из рода, лиши меня фамилии, да и дело с концом. Вы избавитесь от позорящей род девки, а я начну более плотно изучать пустошь. При таком раскладе все остаются при своих интересах, и вам никаких хлопот, и у меня не останется повода рассылать жалобы по всем инстанциям. Предлагаю расстанься по-тихому и забыть о существовании друг друга – я говорил спокойным голосом и не отводил взгляда от главы рода.
 Старший Котов смотрел на меня с подозрением, видимо до него наконец-то дошло, что Люба вдруг резко поумнела и говорит с ним на равных. Это его сильно насторожило и он не стал спешить с отказом, а наоборот стал обдумывать предложенный вариант избавления от неожиданно возникшей проблемы.
  - Я перехватил управление счетами почти всего рода, думаю нам пригодятся их средства для более комфортной жизни, чем здесь. Только надо определяться прямо сейчас, кто-то уже заметил блокировку и начал слать запросы в банки. Решай с этим Егор, а плешивого лучше замочить прямо здесь. Этот облезший мухомор стопроцентно будет мстить, а сил и власти у него вполне достаточно, чтобы испортить нам настроение на большую глубину – на связь вышел Зур и был как обычно непримирим.
  - Сними с них тридцать процентов в нашу пользу, а остальные переведи на какой-нибудь императорский счёт, который занимается благотворительностью. А с телефона этого перчика выложи в соцсеть кадр, как он дрючит служанку, но лица заретушируй. Попробую прощупать его с этой стороны, жена у него конечно полная дура, но имеет довольно крутых родственничков за жирной спиной. Занимайся – я отдал распоряжения симбионту и снова упёрся требовательным взглядом в главу рода Котовых.
 Тот продолжал отмалчиваться и усиленно хмурить лоб, видимо никак не мог определиться, как поступить с Любой. Нужно подтолкнуть тугодума в сторону правильного решения, поэтому я прервал затянувшееся молчание:
  - Мне вдруг стало интересно, как поживает твоя жена. Говорят она последнее время часто мучается головной болью и поэтому пребывает в сильно раздражённом состоянии. Наверное придётся навестить её и пожелать скорейшего выздоровления.
 Наши взгляды пересеклись и замерли в молчаливом противостоянии. Первым съехал Антон Семёнович и заёрзал морщинистым задом в своём шикарном кресле. Видимо уже начал понимать, что со мной нужно всё-таки договариваться или тупо убивать. Хитрые глазёнки главы рода вновь пробежались по моему телу и он выдавил из себя одобрительную улыбку. Потом скребанул по встопорщившимся бакенбардам и начал говорить:
  - Я тебя услышал, Любушка. Мой род кормил, поил и одевал тебя с самого детства, поэтому тебе придётся в знак благодарности принять на себя долговое обязательство в размере тридцати тысяч рублей. Думается мне, что это самая минимальная сумма, которую требуют за выход из рода, без порочащей огласки среди благородного общества. Как бы там ни было, но ты урождённая дворянка и поэтому должна неукоснительно придерживаться правил приличия благородного сословия. Ты же не хочешь остаться изгоем в нашей среде и прожить остаток жизни среди черни?
 Посыл его был понятен, пытается манипулировать чувствами молодой и неопытной девушки. Но здесь вам, не там, со мной подобная шняга не пролезет. Как раз от Зура пришёл доклад, что практически все деньги рода, которыми можно было управлять в банках через магофон, вдруг таинственно испарились в неизвестном направлении. А фотография с голой задницей Антона Семёновича появилась не только на его персональной странице, но и на нескольких форумах в молодёжной соцсети. Там сразу поднялся ажиотаж до небес и народ начал активно выдвигать версии, кто же такой этот таинственный герой, что осмелился выставить себя в столь непотребном виде. Что его партнёрша является служанкой, здесь мнения спорщиков были единодушны, а вот по личности мужчины разбег был от а до я. Среди этого хаоса проскользнула и фамилия Котовых, видимо кто-то хорошо был знаком с задницей главы рода, но эта информация не прижилась и затерялась в ворохе других предположений. Столь активное обсуждение объяснялось практически непорочной девственностью местных соцсетей, ведь все пользователи имели личный идентификационный номер и вычислялись на раз, а значит рисковать своей репутацией дураков не было. Здесь же фото выставлено с неизвестного номера, то есть вообще непонятно каким образом. Более продвинутые юзеры стали авторитетно заявлять, что в сеть слили фото неугодного дворянина и теперь будут шантажировать его разоблачением, а сделать такое могла только императорская служба безопасности. Страсти кипели нешуточные, а я мысленно усмехнулся и продолжил общаться с виновником торжества:
  - Ваш род должен мне гораздо больше, но я буду покладистой и требовать с вас виру за четырнадцать лет беспрестанных унижений не стану. Разойдёмся каждый при своих, а там жизнь покажет чья дырка уже, а уд длиннее и толще. Но чтобы тебе легче думалось, советую зайти в магонет и поискать самую обсуждаемую тему в молодёжной соцсети.
 Я с удовольствием наблюдал, как лицо Антона Семёновича перекосилось от ужаса, как только он увидел из-за чего кипит магонет по всей империи. У меня даже сложилось впечатление, что Антошку навестит инфаркт, но подобные твари так просто не умирают. Впрочем, он нужен мне пока живым.
  - А знаешь что, глубоко неуважаемый глава рода Котовых, я просто горю желанием просветить восторженную публику, а кто же этот смельчак, что не побоялся выставить свой зад на всеобщее обозрение.
  - Но как, как ты смогла это сделать? – потрясённо спросил Антон Семёнович.
  - Каком к верху, собака ты сутулая. Отдавай документы по-хорошему или твоя морда останется без ретуши, а то и ещё что-нибудь появится в подобном стиле. Даю на размышление минуту, а потом … - договаривать угрозу не стал, пусть сам себе придумывает и показательно стал смотреть на настенные часы.
 Надо отдать должное Антону Семёновичу, паниковать он не стал, а лишь злобно смотрел на меня и просчитывал более выгодный путь решения возникшей проблемы. Пока глава рода Котовых выбирал между убийством и позорным изгнанием, опять проявился Зур:
  - Как ты уже знаешь, я теперь могу любое воспоминание, которое ты видел своими глазами, перевести в видеоряд и выложить в магонет. Поэтому, сейчас дожмём эту «фуету» на лапах и нужно серьёзно взяться за Соколовых. Мне особо понравился кадр, где Прошенька украшает клумбу своей задницей. Я уже представляю сколько лайков соберёт этот шедевр постмодернизма, ну а мы получим с этого, если не выгоду, то удовольствие. По-крайней мере лично мне будет глубоко приятно, о чём нижайше прошу своего собрата по разуму.
  - Не говори гоп, брат. Наш клиент ещё не созрел для правильного решения и даже возможно придётся … - моё мысленное общение с симбионтом прервал хриплый голос главы рода.
  - Так и быть, из рода тебя вышвырну с превеликим удовольствием, но придавать публичной огласке сиё действие не стану. Всё одно от тебя никакого прока нет, только одна морока. Замуж тебя выгодно не продать, наследство твоё находится в плачевном состоянии и приносит скорее убытки, чем прибыль. С какой стороны не погляди, нет нашему роду от тебя никакой пользы. А после сегодняшней выходки, я тебя, Любушка, вообще видеть больше не желаю – мрачно произнёс Антон Семёнович и с вызовом посмотрел на меня.
 Оказывается у Любы даже наследство какое-то есть, эта новость меня порадовала. В кусочке её памяти за последний год жизни, информации о наследстве не было, возможно она даже не подозревала об имеющемся бонусе, а то бы попыталась продать его. При её патологической любви к деньгам, этот ресурс неминуемо был бы утерян, а так ещё посмотрим, глядишь и пригодится, чем чёрт не шутит. Я постарался не показывать радость и как можно безразличным голосом сказал:
  - Меня тоже всё устраивает, но хотелось бы получить мои документы прямо сейчас, а процедуру выхода из рода начать с завтрашнего утра. И учти Антон Семёнович, таких кадров у меня воз и маленькая тележка, давно за тобой слежу и делаю записи на магофон. Лучше бы нам разойтись по-тихому, мне ,знаешь ли, излишняя огласка тоже не нужна.
  - Перестань мне угрожать, Любаша, на подобный шантаж у меня всегда есть надёжный ответ. Пуля в голову, а тело на дно Вьюшки и ищи свищи Любушку. Так что сильно не хорохорься, уж на тебя-то управу всегда найду – Котов только слюной не плевался, а уж какую угрожающую гримасу состроил, так любо-дорого посмотреть.
  - Ты только не лопни от натуги, а пугать будешь свою жену, когда она придёт к тебе на разборки. Кстати, пока ты тут пускаешь пузыри, одно лицо на том замечательном кадре, который сейчас обсуждает вся империя, потеряла неузнаваемость на пятьдесят процентов. Продолжишь и дальше моросить не по теме, то наша мирная договорённость перерастёт в прямую конфронтацию. И ещё одно, у меня появился могущественный покровитель и в случае моей смерти, он вырежет всё твоё семя под корень. Это я тебе гарантирую, но лучше от этого никому не будет. Как-то так, Антоша, теперь решение за тобой – я тоже состроил угрожающую маску на девичьем лице и приготовил аномалию малой молнии на всякий случай.
 Антон Семёнович сразу заглянул в магонет и облегчённо выдохнул. Его личина по-прежнему была скрыта ретушью, а у служанки хорошо просматривалось только левое ухо, поди узнай по такой малозначимой примете. Он ещё раз злобно зыркнул на Любу и довольно шустро вышел в соседнюю комнату. Через пару минут он бросил на стол коричневую папку и указал пухлой рукой на дверь.
  - А теперь убирайся с глаз долой, с этого мгновения я лишаю тебя нашей фамилии, а так же защиты рода Котовых. Теперь ты стала вольной дворянкой без рода и племени, живи дальше по собственному разумению. Мою резиденцию покинешь в течении часа и если эта вакханалия в магонете не прекратится, то лишу тебя жизни. В этом клянусь тотемом рода, а теперь вон с моих глаз – Антон Семёнович был крайне возбуждён и мог в любой момент сорваться на «бедной» мне.
 Я сунул папку в рюкзак и спиной вперёд вышел из кабинета главы рода Котовых. Зур предупредил, что в кармане Антона Семёновича появился какой-то предмет, что сильно фонил энергией, очень похожей на ту, которая содержалась в кристаллах из пустоши. Любина память и здесь оказалась бесполезной, ну не интересовалась девочка ничем, кроме накопления денег для побега. Сам я видел амулеты на охотниках, которые фонили такой же энергией, но расспросить не успел, голова была забита совсем другими мыслями. Эту оплошность нужно исправить в самое ближайшее время, а то вдруг смогут неприятно удивить. По-большому счёту, я ещё ничего толком не знаю об этом мире, а уже полез бодаться с обладателями власти. Из описания моего поведения между беспросветной глупостью и самонадеянной дерзостью, я больше склонен к второму определению. Как ни крути, во всём виновата моя бунтарская натура, которая и в другом мире сделала меня изгоем. А нас рать, буду жить и дальше согласно только моему личному кодексу. С этим настроем я вышел во двор и сразу включил покрытие тела на полную мощность. В десяти шагах расположилась группа хмурых мужчин, во главе с Константином Антоновичем, который плотоядно усмехнулся при моём появлении.
  - У всех имеются в наличие такие же энергетические приблуды, как у главы рода, только заметно слабее по мощности. Есть уверенное предположение, что это какое-то оружие, но пока не ясна его эффективность поражения и способ применения. Может быть сделаем ноги, пока не началось? – Зур заметно волновался и даже был готов включить заднюю, чего раньше за ним никогда не замечалось.
 Я ещё раз взглянул на хмурые лица десятка мужиков и …, рванул за угол дома, пока народ хлопал удивлёнными глазами. С этим телом я уже освоился полностью и поэтому бежал довольно быстро, напрягая модифицированные мышцы на все сто процентов. Сзади истошно завизжал первый наследник, но было уже поздно. Я беспрепятственно выскочил на улицу, охрана почему-то не стала меня задерживать и предусмотрительно открыла калитку, а знакомый боец даже лукаво подморгнул. Если продолжу тупо бежать по улице, то меня непременно догонят на машине, а это совсем не гут. Я покрутил головой и вот те на, в нужном мне направлении ехала знакомая багги. Может быть и не та же самая, но точно того же племени. Мне не составило труда перебежать на другую сторону дороги и встать на пути неспешно едущего автомобиля. Водитель ударил по тормозам и высунул в боковое окно разъярённое лицо, но по мере узнаваемости, оно стало удивлённо-испуганным.
  - Опять ты – только и смог выдавить из себя охотник Пётр. 
  - Здравствуй Пётр, ты как всегда вовремя. У меня тут срочная эвакуация наметилась, так что выручай беззащитную девушку, а то злая родня упрячет её в темницу каменную. Если не поможешь, то я буду являться к тебе во снах с окровавленной косой в руках, до самого твоего смертного часа – я говорил с широкой улыбкой во всё лицо, но холодным взглядом буравил глаза охотника.
 Пётр тряхнул кудлатой головой, словно отгоняя морок и смачно выругался. Потом молча открыл переднюю пассажирскую дверь и воровато оглянулся назад. Погони ещё не было видно, а значит и претензий к нему особых не будет.
  - Куда тебе на этот раз приспичило, Любовь Андреевна? – почти спокойно спросил Пётр.
  - Да ты поезжай пока прямо и не забудь газку поддать. А так-то мне срочно захотелось гильдию охотников посетить, да с начальством вашим поговорить. Знаешь ли, неожиданно появилась взаимовыгодная тема, а когда хорошо обоим, то мир становится светлее – я нёс откровенную пургу, стараясь отвлечь охотника от дурных мыслей, так-то с него и спросить смогут за помощь родовитой беглянки.
 У Петра немного отлегло от заднего места и он уверено гнал машину на пределе разрешённого скоростного режима в черте города. Ему явно хотелось задать кучу вопросов, но он благоразумно сдерживался. Цеплять на себя чужие тайны ему совсем не хотелось, тем более когда это касается благородного сословия. Он человек простой, пусть и имеет авторитет в гильдейской среде, но влезать в разборки дворян, это точно не его путь. Так мы и ехали до самой конторы, где обосновалось руководство гильдии, я болтал без остановки, а Пётр молчал, как рыба об лёд.
  - Всё, дальше сама, даже не благодари – облегчённо проворчал Пётр и сразу уехал, как только я вылез из машины.
 Я помахал ему вслед и всё же мысленно поблагодарил от всей души, ведь он мог спокойно проехать мимо, а то и вовсе попытаться задержать беглянку, чтобы выслужиться перед родом Котовых. Потом накрою поляну при случае, добро всегда надо поощрять, чтобы люди отметили сие событие, а заодно хоть немного отогрели закосневшие души.
 К начальнику пробился только через час, им оказался седоволосый мужчина, с огромными чёрными усищами, которые свисали едва ли не до груди. Взгляд карих глаз был пронзительным и одновременно требовательным, сразу было видно, что человек сидит на своём месте и знает себе цену. Крупный нос, кустистые брови и прямоугольный подбородок в купе с обвисшими усами делали лицо начальника чрезмерно волевым, отчего впору было заробеть от одного грозного вида чиновника, но это не про меня. Я с подобными личностями легко находил общий язык, потому что и сам был по характеру больше прагматиком, чем пустомелей и безнадёжным романтиком. Колыван Сидорович выслушал мой короткий рассказ и прежде чем дать окончательный ответ, доходчиво поведал о многочисленных рисках свободных охотников, которым и захотел стать я. Что это дело совсем не девичье, тоже было упомянуто, но прозвучало не категорично, а как бы в общей массе предупреждений. Потом он нервно дёрнул себя за ус и наконец-то вынес вердикт:
  - Получается меж нами такая дилемма, что отказать тебе как бы не могу, но и дать разрешение на верную смерть тоже рука не поднимается. Вот и что мне скажешь на это, дорогая ты моя, Любовь Андреевна?
  - На данном этапе, я бы удовлетворилась временным разрешением на посещение пустоши, но обязательно под эгидой гильдии охотников. Если за это время не закрою годовую норму по убою монстров, то ты сможешь отказать мне на основании невыполненного договора. Я же, в случае выполнения договора, уже официально вступаю в гильдию и лишь тогда получаю все положенные льготы для охотников. Как по мне, так и вам морального ущерба не будет, и я смогу убедиться в правильности выбранного пути – я выложил заранее приготовленную речь и твёрдо посмотрел в глаза начальника гильдии охотников.
 Колыван Сидорович Нехтин долго обдумывал моё предложение, а потом махнул рукой, словно хотел сломать кирпич, и всё-таки дал добро:
  - Ну что же, Любовь Андреевна, раз сама не жалеешь живота своего, то и я больше противиться не стану. Договор составим сроком на полгода, но имей в виду, ни один охотник не продаст тебе уши монстров, так и знай. Гильдейский значок и защитный амулет можешь получить на складе уже завтра с утра, а вот оружие доставай сама. Впрочем, огнестрел тебе всё равно пока не положен, а холодняк все охотники заказывают себе сами. На этом желаю тебе удачи, Любовь Андреевна, и не поминай меня лихом, если что было не так.
  Колыван Сидорович грузно приподнялся из массивного кресла и крепко пожал протянутую мной руку. Я задорно ему улыбнулся, да отправился добывать оружие, благо нужный магазин располагался всего-то через пару домов.