Таверна Чёрная вдова

Готическая/хоррор-баллада. 18+


Таверна «Чёрная вдова»

В таверну «Чёрная вдова» вошёл усталый путник.
Плащ чёрный был на нём, от грязи сер.
Из-под полей высоких чёрной треуголки
На пол стекла вода холодными ручьями.
Он снял с себя её, стряхнув остатки брызг,
И сел в углу большого зала на скамью,
Небрежно бросив на край стола свой арбалет.
 
В ногах его дирхаунд* серый, страшнее чёрта,
Грязный, как свинья, улёгся у сапог хозяйских.

Хозяйка, видя гостя непростого, взяв полотенце,
Зашелестела юбками, спеша к нему для услужения:

— Месье, что Вам подать угодно?

Он поднял на неё глаза, ресницы — крылья ворона,
Под ними словно море плескалась синева.
От голоса его невольно вздрогнула она:
Он словно звуком по металлу слух ей резал.
Всё сочеталось в нём: и мужество его в лице,
И смуглость кожи, и цвет каштановых волос.
И профиль горбоносый греческого божества.

— Я за постой плачу вдвойне, и позаботьтесь о коне.
Да, кубок «Чёрного вина», свиного окорока мне.

И пышная хозяйка уже бежала исполнять заказ.
Он вслед смотрел ей удивлённо, размышляя:

— При полноте её она бледна была, как смерть,
Глаза — два красных уголька, горящих в полумраке…
Скорей всего, мерцание свечей
Виновно в искажении их цвета.
И тут же он забыл про это.

Таверна в полночь была забита до отказа:
Дождь зазевавшихся гуляк загнал под крышу.
Галдёж, звонкий смех и ругань пьяных,
И в воздухе повис затхлый спиртной запах.
И вот уж звон монет манит бесстыжих дев.
Встревоженно бурчит четвероногий друг.

— Но полно, чем ты недоволен?
Уж сыт и обогрет давно, ворчание твоё не к месту.

Но пёс ещё сильнее скалится и смотрит на гуляк запойных.

Господь — Пастырь мой!

Видит в полумраке постоялец: перед ним сама хозяйка —
Чёрная вдова стоит, в руках её блестят длинные кинжалы,
И вот уже со всех сторон не смех, а вопли жуткие слышны.

— Свининка свежая у нас сегодня будет про запас, —
Поёт весёлая вдова.
На порционной фарфоровой тарелке
Подам я голову красивую твою гостям,
Язык твой съем сама под маринадом.
Глаза чудесной синевы
На шпажку тонкую надену
Для украшения коктейля


Пёс яростно одним рывком зубами за ногу твари ухватился.
Хозяин, схватив свой арбалет, нажал на спусковой крючок.
Стрела коротким звуком просвистела.
Пролетела мимо смеющейся вдовы,
И ведьма растворилась дымкою в тени.
Прошила насквозь стрела другую тварь —
Та завизжала, от боли корчась.
Спасённый удачным выстрелом бугай
Вспорол чудовищу живот своим ножом.

И до утра стояли крики — резня в аду кромешном
Залила пол весь вязкой жижей, и мерзкий запах
Бил в нос дерьмом и сладкой кровью.
И в этой поножовщине противники друг друга рвали,
Как бешеные псы, почуяв кровь соперника, сжирали.

Рассвет застал в живых двоих:
Хозяйский пёс, искусанный зубами,
И сам хозяин — весь в крови.

И снова слышит пение зловещее мужчина:

— Ты мой желанный, любимый, сладкий мой десерт…

— Так вот какой свининки ели мы с тобой, мой друг, —
Хозяин, трепля пса за морду, цедит сквозь зубы.

И тут весёлая вдова, задравши юбки, прошмыгнула мимо,
Сверкая кружевными панталонами, продолжила забег.

— Как грациозно пышка удирает… — подумал он
И, сплюнув слово «коза», произнёс ей вслед.

Поднял свой арбалет и выпустил стрелу — вдогонку.
Нам каннибалов и извращенцев всякой масти
Бить предстоит теперь с тобой серьёзно, друг.

И с этими словами обезглавил вдовы весёлой труп.


*Дирхаунд — шотландская порода борзых собак.