Последний звонок

Последний звонок

Утро начиналось с гудка.

Павел Григорьевич не включал радио и не смотрел телевизор. Телефон лежал на тумбочке у кровати, поверх стопки старых газет, которые он давно не выписывал. Ровно в семь, когда за окном еще было серо и пусто, он протягивал руку, снимал трубку и набирал номер.

— Гидрометцентр города. Прогноз погоды на сегодняшнее число, — говорил механический голос, а следом за ним вступала она.

— В Ульяновске и области ожидается переменная облачность, без существенных осадков. Ветер юго-западный, три-семь метров в секунду.

Он закрывал глаза и слушал. Не слова. Голос.

Этот голос знал про него всё. Он знал, что нужно надеть шарф, если она говорила про «местами гололедицу». Знал, что можно не спешить с зонтом, если обещала «без осадков». Но главное — он знал, как звучит утро, когда ты не один.

Анна Петровна, его жена, умерла четыре года назад. И все эти четыре года Павел Григорьевич каждое утро здоровался с ней. Ее голос никуда не делся. Он просто переехал в трубку старого дискового телефона, который они купили еще в восемьдесят пятом. Она не говорила ему «Доброе утро» и не спрашивала, что ему снилось. Она сообщала температуру воздуха и скорость ветра. Но он научился слышать между этих слов то, что хотел слышать: что она рядом, что она есть, что утро наступило.

Сегодняшнее утро было особенным. Он проснулся за минуту до звонка, как всегда. Снял трубку, набрал номер. Гудок. Еще гудок.

— Гидрометцентр города. Прогноз погоды на сегодняшнее число предоставлен автоматической службой информирования.

Павел Григорьевич нахмурился. Раньше такого не было. Он прижал трубку плотнее к уху.

— В Ульяновске и области переменная облачность...

Он вздрогнул. Это был не ее голос.

Молодой, звонкий, чужой. Он выговаривал слова правильно, но между ними не было того, зачем он звонил. Не было воздуха. Не было утра. Был просто текст.

— Ветер юго-западный...

Павел Григорьевич положил трубку. Не дослушал.

Он посидел на кровати, глядя в стену. В комнате было тихо. Так тихо, что слышно было, как в холодильнике на кухне гудит мотор. Этот гул был громче, чем обычно. Или просто раньше его заглушал голос из трубки.

Он набрал номер снова. Тот же автоответчик, тот же чужой голос.

— В Ульяновске и области...

Он положил трубку.

День выпал. Он сварил кофе, но не выпил. Посидел на кухне, глядя, как остывает темный напиток. Вышел на балкон — там было пасмурно, «переменная облачность», как сказала та, чужая. Ветер был. Но шарф он не надел.

К вечеру он понял, что не сможет так жить. Что завтра утром он снова поднимет трубку, а там будет молодая чужая женщина, которая не знает, что он любит, когда она говорит про «без осадков». И послезавтра. И послепослезавтра.

Он достал телефонный справочник. Тонкая, пыльная книжка, которую не открывали лет десять. Нашел: «Гидрометцентр». Адрес: улица Ленина, 24.

Утром он оделся и вышел. Выходил он редко — в магазин пару раз в неделю, в поликлинику раз в месяц. Город изменился, но он не удивился. Он шел и считал шаги, чтобы не думать о том, что он скажет.

В приемной Гидрометцентра пахло старыми обоями. За стеклянной перегородкой сидела девушка, молодая, с длинными волосами, собранными в хвост. Она что-то печатала.

— Здравствуйте, — сказал Павел Григорьевич. Голос сел. — Мне нужно... поговорить.

Девушка подняла глаза.

— Вы по поводу прогноза? Мы даем справки только по телефону.

— Я по телефону и звоню, — сказал он. — Каждое утро. В семь часов.

Девушка улыбнулась вежливо, но вопросительно.

— И?

— Там голос сменили, — сказал Павел Григорьевич. — Вчера.

— А, ну да, — кивнула она. — У нас обновление системы. Раньше была запись, теперь автоматический синтезатор. Удобно, не надо нанимать дикторов.

Он смотрел на нее и не понимал. Каких дикторов?

— А та... — он запнулся. — Которая раньше говорила. Она...

— Анна Петровна? — вдруг сказала девушка. — Она у нас работала. Давно, еще при старом начальнике. Начитывала прогнозы на магнитофон. Пленки оцифровали, потом их крутили. Но оборудование устарело, теперь всё по-новому.

Павел Григорьевич молчал.

— Вы ее знали? — спросила девушка.

— Это моя жена, — сказал он тихо.

Девушка перестала улыбаться.

— Она...

— Четыре года назад, — кивнул он. — Я каждое утро слушал. Я думал... так будет всегда.

В приемной стало очень тихо. Где-то в глубине здания шуршал принтер, но здесь, за стеклом, тишина была ватной.

— Подождите, — сказала девушка.

Она встала и ушла куда-то в коридор. Павел Григорьевич остался стоять. Он смотрел на свои ботинки — он давно их не чистил, стерлись на сгибах.

Девушка вернулась не одна. С ней был мужчина в очках, с бейджиком «Начальник отдела».

— Здравствуйте, — сказал он. — Мы... понимаете, пленки уже утилизировали. Оборудование списано. Даже если бы мы хотели...

— Я понимаю, — перебил Павел Григорьевич.

Он действительно понимал. Он не знал, зачем пришел. Просить, чтобы вернули? Чтобы оставили? Чтобы каждый день он слышал жену, сообщающую про ветер?

— Но у меня есть кое-что, — вдруг сказала девушка.

Она порылась в ящике стола и достала старую аудиокассету, пыльную, без коробки.

— Мы когда систему меняли, я все скидывала на диск. А эту кассету оставила — на память. Там старые записи. Может быть... та самая?

Павел Григорьевич взял кассету. Пальцы дрожали.

— Спасибо, — сказал он.

Он шел обратно через весь город. Кассета лежала во внутреннем кармане пальто, близко к сердцу. Он не слышал шума машин, не видел людей. Он видел только телефон на тумбочке.

Дома он поставил кассету в старый магнитофон, который стоял в углу еще с тех времен, когда они с Аней слушали Высоцкого по вечерам. Нажал «Play».

Шипение. Потом щелчок.

— В Ульяновске и области ожидается переменная облачность...

Это была она.

Павел Григорьевич сел на стул и закрыл глаза. Он слушал. Она говорила про ветер, про осадки, про температуру воздуха днем и ночью. Она говорила долго, потому что на кассете был целый месяц, день за днем.

Он просидел так до утра.

А в семь часов, когда за окном снова стало серо и пусто, он снял трубку и набрал номер Гидрометцентра.

— Гидрометцентр города. Прогноз погоды на сегодняшнее число предоставлен автоматической службой информирования.

Он слушал чужой голос. Молодой, звонкий, правильный.

— В Ульяновске и области переменная облачность...

Потом он положил трубку, встал и пошел на кухню. Включил магнитофон. Отмотал кассету назад. Нажал «Play».

— ...без существенных осадков. Ветер юго-западный...

Он налил себе кофе. Сел у окна. По щеке скользила слеза радости. Он снова ее слышит.

За окном была переменная облачность. Ветер юго-западный, три-семь метров в секунду. Она сказала.