Наши в городе!

  Когда Б. был ещё мальчишкой, однажды ему дорогу перегородил странный мужчина в сером костюме и расстёгнутым воротом белой рубашки.
- Мальчик! – сказал он Б., - Ты – из наших. Вырастешь и придёт время, когда узнаешь, что «Наши – в городе!» И обрадуешься. Тогда ты вспомнишь мои слова!
Перепуганный Б. застыл, не зная, что делать, но его спасла мама, дёрнув на себя за руку и уведя оттуда.
Они отошли достаточно далеко, когда мальчик решился спросить:
- О чём говорил этот дядя?
- Он – сумасшедший! – ответила мама, ничего не пояснив.

  Прошло немало лет с тех пор, Б. давно был чиновником средней руки в своём городе, где дела шли из рук вон, и, случалось, он вспоминал тот случай из детства, про себя задавая с усмешкой вопрос: «Где эти наши? Почему их нет в городе? Ведь в городе мало кто доволен течением дел». И не находил ответа. Как, возможно, и многие горожане.

Но в один летний день, добираясь в трамвае на работу, он услышал обрывок разговора:
- Думаешь? Ведь их так ждём.
- Убеждён. Они уже в городе.
Собеседники вышли на этой остановке, а Б. нужно было проехать ещё две. Он соображал.
Если правильно их понял, то один из них знал или слышал, что те, кого так ждут… уже в городе. Неужели…
Его глаза блеснули, он улыбнулся. «Они уже в городе». Наши в городе!

Когда он вышел из трамвая, направившись к работе, его было не узнать. Очень высокий, Б. обычно сутулился, словно стесняясь своего роста перед начальством, но теперь он распрямился, расправил широкие плечи и… улыбался. В его улыбке было нечто победительное, она явно что-то знала, не показывая, и, словно не узнав его, часовой у входа отдал ему честь, а Б. ему кивнул.

Б. шёл по коридорам, всё так же распрямившись, с улыбкой на лице, сообщая знакомым: «Слышали? Наши в городе». И не останавливался для разъяснений.
Весь день он трудился с улыбкой, вызывая различные предположения у коллег.
«Женится», - шептались одни, «наследство получил, не иначе», - говорили другие, «ждёт перевода с повышением» - утверждали третьи.
Б. ни с кем никогда не откровенничал, поэтому спрашивать его было бесполезно.
Сразу несколько «ушей начальства» доложили своим шефам о слухе: Б. идёт на повышение.
Однако… - озадаченно произнесли получившие эту информацию, и потребовали подробностей, как только появятся. 

После рабочего дня, поскольку день был тёплым, а настроение у Б. – прекрасным, он решил пройтись пешком.
Навстречу ему попадались разные люди. Тем из них, кто улыбался, он улыбался тоже и приветствовал. Они явно знали про наших в городе и радовались этому.

Вскоре по городу пополз слух… Слух в разных передачах видоизменялся от того, что грядут большие перемены до назначения нового головы, благосклонного к жалобам простого люда.

Б. стало приглашать к себе руководство, ведя с ним странные разговоры ни о чём, но и спрашивая его мнение по некоторым вопросам.
Б. вел себя загадочно и солидно, лишнего не говорил, сам убеждаясь: «Они знают про наших».

По местному телевидению ведущий намекнул в новостях, что из не названных источников стало известно… нечто грядёт.
Город гудел, обсуждая. Говорили даже, что вот-вот это случится и некто явится на главную площадь, чтобы заявить свои права на власть…
Всем, конечно, было интересно на это посмотреть, и когда кем-то была названа дата, то люди потянулись туда со всего города.
Новость эта достигла слуха Б. в полдень, и он торжествующе усмехнулся.
Он поднялся со своего рабочего места и, застегнув пиджак, направился к выходу. За ним потянулись остальные сотрудники. Внизу начальство ждали машины и охрана.
Оставшись одним в здании, руководство решило тоже отправиться на площадь.
По пути оно догнало Б., возглавлявшего колонну, любезно пригласив в машину. Тот помахал своей колонне, к которой примкнуло уже много прохожих и зевак.
И сел в машину.

Кавалькада из тёмных авто въехала на площадь, когда та была наполовину заполнена народом. «Вот оно… начинается!» - прошелестело по площади.
Б. вылез первым из машины и поприветствовал народ. Рядом оказался телерепортёр, сунувший Б. микрофон, чем тот воспользовался, поднявшись на ступеньки здания. Оттуда он произнёс: «Вы не зря пришли сюда! Наши в городе! Выбирайте депутатов с пожеланиями! Власть должна услышать вас! Выборные потом зайдут в здание!»
Площадь взорвалась криками.

В здании не знали, как на это реагировать. Если это было санкционировано, то с самого верха. Промежуточные инстанции, куда удалось дозвониться, не были в курсе.
Тогда навстречу приехавшей делегации был выслан человек на разведку. Он как раз вышел из здания, когда Б. вернул микрофон и отчитывал четырёх автоматчиков, не понимавших как себя вести.
- Почему честь не отдаёте?!
Ниже Б. жалось на ступенях начальство, охрана. Площадь гудела, выдвигая выборных.
Мгновенно сориентировавшись, посланный на разведку, подскочил к Б.. махнув автоматчикам: «Брысь!» и тихо спросил: «Это согласовано?» показав головой наверх.
На что Б. уверенно ответил:
- Разумеется. Наши в городе. Вы, кстати, пригодитесь для передачи дел.
Он повернулся к автоматчикам:
- После пустите выборных.
Автоматчики отдали ему честь.
Б. повернулся к посланцу от начальства, поймав ужас в его глазах. Посланец вжал голову в плечи, став меньше ростом и кинулся открыть дверь перед Большим Человеком.
- Идёмте! – махнул Б. рукой стоявшим за ним, и сначала сам исчез в двери здания, а потом за ним туда втянулись остальные. 
- К лифту, пожалуйте! Сюда! – показал посланец Важной Персоне, и Персона проследовала к лифту.
В этот момент у посланного зазвонил телефон. Он на ходу ответил: «Мы идём. Принимать дела». И дал отбой.
Услышав это, Б. усмехнулся. Он вспомнил встречу с мужчиной в детстве, сказавшим ему:
- Ты – из наших. Вырастешь и придёт время, когда узнаешь, что «Наши – в городе!» И обрадуешься. Тогда ты вспомнишь мои слова!
Б. подумал: «Зря говорят, что нет пророков в своём отечестве. Просто их считают сумасшедшими».
И вошёл в лифт.

В кабинетах наверху царила паника.