29. 13 ноября 1472-5 апреля 1473 гг, Иван Васильев

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

На церемонии присутствовал и племянник Иван Фрязина Тревизан. Увидев его, латиняне поинтересовались у великого князя:

-Господин, почто ты держишь венецианского посла при себе вместо того, чтобы помочь с проездом в Орду, куда его отправили для переговоров с царём Ахматом?
Поняв, что его обманывали, Иван велел учинить Тревизану с Фрязиным допрос. Открылся сговор между ними. Разгневанный князь приказал заковать негодяев в кандалы и выслать в коломенские застенки. За измену и шпионаж их ожидала смертная казнь.

Латиняне во главе с настоящим племянником Фрязина, Антоном, умоляли смягчить или вовсе отменить наказание в честь вчерашнего венчания. К их челобитным присоединила голос и Софья. Крепко гневался Иван. Он не хотел ссориться с латинянами по причине нужды в их мастерах, которых рассчитывал привлекать на службу, но и позволять обманывать себя он тоже не мог.

-Иван Фрязин — мой холоп! - ответил, поразмыслив, московский князь. - Что хочу, то с ним и сделаю! Не докучайте мне им более! Тревизана оставлю пока здесь, в столице. Пускай венецианский князь пришлёт мне о нём своё мнение. Если признает его своим послом, то я снаряжу Тревизана в Орду. Если не признает — отрублю ему голову. Вот моё слово!

Митрополит Филипп решал свои проблемы с латинянами, ведь для залучения Софьи на Московию было обещано Риму признать его духовную власть. Обещать-то обещали, да выполнять не собирались. Однако же для отказа требовались серьёзные доводы. Решили устроить богословский диспут. От Москвы на нём выступил откопанный где-то митрополитом самородок-златоуст попович Никита. Он в два счёта доказал папскому легату Банумбру истинность православного христианства перед латинянским. Тот признал поражение, сославшись на отсутствие с ним церковных книг.

Проводив римское посольство, Иван Васильевич занялся снаряжением в путь своего, тайного. Несмотря на победу над Новгородом, мира с Казимиром и Казанью, покорения Перми и отражение ордынской агрессии, Москву со всех сторон окружали враги. Внешнеполитическая ситуация ухудшилась ещё больше, когда стало известно о ратификации коронным сеймом Кракова дружеского договора с крымским царём Менгли-Гиреем.

-У Казимира хорошие слуги, - мрачно констатировал великий князь. - Они умеют найти ему друзей.

-Но тройственный союз Казимира, Менгли и Ахмата вряд ли возможен! - ответил один из советников. - Неразрешимые противоречия заключаются в том, что Гиреи не признают над собой власти Сарая, а ордынские цари стремятся лишить крымских татар самостоятельности. Хорошо бы сыграть на этом, подтолкнув крымчаков к соглашению с нами против Ахмата.

Иван Васильевич план одобрил и через русских купцов был найден неофициальный канал связи с правителем крымских татар. Уже осенью в Москву явился человек от этого посредника с разрешением Менгли на предварительные переговоры. Ранней весной великий князь отправил с ним своего толмача Иванчу. А 5 апреля скончался митрополит Киевский и всея Руси Филипп.