Посмертная маска А. С. Пушкина

Десятого февраля т.г. исполнилось 189 лет со дня смерти на 2-й день после получения тяжелого ранения в живот на дуэли 27 января с французом на русской службе Ж. Дантесом, великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина. Наш замечательный виленский поэт Сергей Смирнов прислал в редакцию интересную заметку связанную с именем Великого поэта. Которую публикуем ниже.
иллюстрацмм здесь: https://cloud.mail.ru/public/9Yk5/cgTah776E
Не знаю, сколько в нашем городе посмертных масок Пушкина, но одна из них - у меня. Подарили мне ее друзья, когда уезжали из Литвы, а им, в свою очередь, тоже кто-т подарил.
Слепок с лица Пушкина в день его смерти снял искусный литейщик-самоучка Полиэвкт Балин, наблюдал за процессом скульптор Самуил Гольберг. Со слепка лица (негатива) было изготовлено около пятнадцати масок (позитивов), которые раздали родственникам и ближайшим друзьям поэта. Изготавливать больше пятнадцати масок со слепка не принято, начинают исчезать мелкие детали - морщинки, бугорочки, складочки, которые и определяют сходство. Черты лица на масках начинают искажаться. Эти пятнадцать масок считают оригиналами, а слепок уничтожают. Пушкинских оригиналов почти не осталось.
 
Но на маски известных людей есть спрос, а он рождает предложение. С одной из масок можно снова снять слепок-негатив, а с него сделать еще десяток масок, и так без конца. С тем, что при этом мелкие детали лица теряются, а дефекты накапливаются - приходится мириться. Производство таких "подделок" началось сразу после похорон Пушкина. Занялся этим сам Балин - он приделал к маске Пушкина густые кудри и бакенбарды, и через знакомого антиквара стал продавать по пятнадцати рублей за штуку.
Конечно, "моя" маска - тоже подделка. Поверхность сглажена от многочисленных копирований, появились царапины и каверны, но все-таки сохранилось главное - общие черты и пропорции лица великого поэта. И первая мысль, когда видишь маску - как похож Пушкин на свой портрет работы Ореста Кипренского, хотя Кипренский писал поэта за десять лет до его смерти. И еще - как не правы авторы, утверждающие, что Пушкин был очень некрасив.
 
Вот уста, которые только что выдохнули свои последние земные слова "Жизнь кончена...", да так и остались приоткрытыми. Доктор Андреевский закрыл покойному глаза, а сомкнуть уста упустил. А Балин с Гольбергом так и сняли слепок, их дело - как можно точнее передать черты покойного и ни во что не вмешиваться. И нам открылась маленькая интимная подробность - у Пушкина не было переднего зуба, возможно, что и двух. Потом, видимо, спохватились и уста сомкнули. Пушкина в гробу рисовали три художника и два писателя: А.Н. Мокрицкий, Ф.А.Бруни, А.А.Козлов, В.А.Жуковский, А.И.Струговщиков - и на всех рисунках и полотнах рот Пушкина плотно закрыт. Впрочем, беззубость для девятнадцатого века - дело обычное. Лев Толстой, например, смолоду был беззуб.
А в целом лицо исполнено достоинства и величия, которые, как последнюю милость, дарит человеческому лицу смерть. Незадолго до кончины Пушкина посетила его подруга Е.А.Карамзина, она вспоминала: "Он был бледен, как полотно, но очень хорош; спокойствие выражалось на его прекрасном лице". Таким он остался и после смерти, таким его образ дошел и до нас.
Однажды я подумал было, что неплохо бы передать маску в какую-нибудь хорошую русскую школу, пусть детишки увидят настоящий образ "солнца русской поэзии". Но уважаемая преподавательница одной гимназии отговорила меня: у нынешнего "поколения, которое выбирает пепси", ценностные критерии искажены, могут обойтись неуважительно. Я представил себе маску со вставленной ей в рот сигаретой - и от своего намерения отказался.
Помню, читал я однажды пушкинскую озорную поэму "Гавриилиада", и взгляд словно споткнулся о строку "Нога любви, жемчужный ряд зубов..." - так автор описывал красоту юной девы. Нога любви! Можно тысячу слов потратить на описание прелестной девичьей ножки, а можно одним словом сказать все! Но для этого надо быть гением. И я написал стихотворение по поводу этого эпитета - сумбурное, беспорядочное, но исполненное восхищения и доброй зависти...
***
Нога любви! Какой эпитет, боже!
Мне б и вовек не выдумать такой.
В калашный ряд с моей суконной рожей
чего и лезть! Завидую с тоской.
А ведь глядел и я на ножки - грешен!
Горел и я от страсти, как костер!
Да мой язык, увы, не так подвешен,
мой серый глаз, увы, не так остер...
Порой сказать - куда трудней, чем сделать:
поймать пером заветное словцо,
что день и ночь под темечком зудело -
тут надо быть отъявленным ловцом!
А ведь в любви, любезные, все то же:
то ловишь вздох, то взгляд лукавых глаз...
Поэт всегда - ловец и слов, и ножек,
да только вот - везет не всякий раз.
Наш глупый век всеяденьем болеет,
ему милей словесная труха.
И все ж - Нога Любви еще белеет
сквозь легкий флёр старинного стиха!
Как не вздохнуть под этим теплым светом,
о чем и плакать, если не о ней?
О чем и помнить, если не об этом –
делах любви давно минувших дней...
……………………………………………….
 
Сергей Смирнов
Член СРЛХ «РАРОГ»
…………………………………………………………………………………