Семь шагов до ада

Мне давно казалось, что что-то здесь не так. Здесь - это наша жизнь. Человека, животных, природы.
Есть люди, которые борются за выживание редких видов. Когда как подавляющее большинство уничтожает их. По мне - так это все сказки. Ну, умрет какое нибудь животное, так на его место встанет другое, более сильная особь. Ведь не так нас учили старые, обшарпанные учебники? Сплошное противоречие. Во всем. Так уж устроен человек, тут ничего уже не поделаешь. Это так же, как уничтожать себе подобных. Еще с давних времен существования человека, в мире царила война. Всего триста лет за всю историю человечества - мирные. Триста лет. Когда-то меня это число пугало, это
ведь ничтожно мало, но теперь я понял, что человечество погибнет не от метеорита, не от каких либо катаклизмов. Человечество погибнет от самого страшного, что есть на земле. От человека.

Шаг третий.

Сегодня у меня улов на такие мысли. Как раз под стать настроению. Сплав пессимизма и состояния, когда тебе на всё глубоко плевать.
Люди. Глупые люди вечно, куда то спешат. Орут друг на друга. Не видят куда летят. Мужчины сбивают женщин и детей. Старики орут матом, подовая "хороший" пример подрастающему поколению. Из которого потом вырастут убийцы, наркоманы или же простые люди с "мохнатыми лапами". Да, скорее всего так и будет. Вот стоит маленький малыш. Говорить, наверное, только научился. Прижал к себе маленьких синий совочек. Возможно потом, вместо совка он будет так же сжимать в своих руках автомат. И будет палить в толпу. Определенно я сегодня странно настроен. Хотя я не приемник, что бы меня настраивать. Я - человек. И я сам у себя вызываю отвращение, от того, что я человек. Ничтожная и бездушная тварь. Мясо.

Шаг первый.

Не всегда я так думал. Конечно не всегда.
Мне было пятнадцать лет. Мы ехали с родителями из магазина. Как всегда я о чем-то поспорил с ними. Началась перебранка.
- Ты только о себе думаешь! Ведешь себя хамски! Я твоя мать, ты не смеешь орать на меня!
Да, да, началось. Думает мне будет стыдно. Но мне не стыдно. Можешь хоть лопнуть, мне не станет стыдно. Может это возраст, может еще что. Может это просто я. Но проблемы ведь только с родителями. У меня много друзей и знакомых. С ними все гладко. Значит проблема не во мне, а родителях.
- Ты мне обязан! - кричала мать.
- Интересно чем же? - не выдержал я.
Она резко повернулась и стала кричать, что-то о том, что несколько часов рожала меня, мучилась, чуть не умерла. И теперь я должен ей жизнью. Ничего звучит да? Вот будет мне восемнадцать, посмотрим как она заговорит. Да и я буду разговаривать уже по-другому.
- Ты должен меня уважать! Обязан! - снова кричала она.
- Я никому, ничего не обязан, и мне плевать на тебя! - возможно слишком грубо. Но достали, тут еще и отец подключился. Как ты смеешь так разговаривать со своей матерью?! Бла-бла-бла.
И тут я увидел машину. Она поворачивала, и водитель, судя по всему, не видел нас. Сильный удар.
Хлопок, треск, тишина. Нет, тишина была не долго. Крики. Ругать. Сигналы проезжающих машин. Почему они сигналят? Надеются на то, что у нас двигатель заглох, и мы сейчас отъедем? Идиоты, две машины всмятку, а они сигналят. Я понял, что родители молчат. Наверное, в отключке. Через некоторое время, кто-то стал распиливать машину. Потом меня вытащили из груды обломков. Наша машина была
искорежена, так, что ее уже точно не восстановить. Отец наверняка будет винить в произошедшем меня.
Вторая машина тоже была изрядно потрепана, да и еще перевернулась несколько раз и вылетела на тротуар. Удар был сильный. Я видел, чьи то торчащие ноги под машиной. Водитель, похоже, выжил и особо не пострадал. Про меня сразу же забыли, все занимались спасением моих родителей. Только зеваки смотрели на меня и что-то обсуждали. Они ругали нас. Уроды. Мне тут же захотелось их всех убить. Жестоко. Медленно, что бы они все мучились в агонии.
Вот ко мне идет человек из второй машины. Наверное, сейчас будет ругать меня за свой джип. Я не вольно сгруппировался, но он подошел ко мне и сел на корточки.
Только в американских фильмах аварии происходят ночью и виноват пьяный водитель. У нас же все наоборот. Ясный день. Погода отличная. Водитель трезв как стеклышко. Интересно, а американские режиссеры задумывались, что так тоже бывает? Наверное, нет. Нужно будет при случае подсказать.
- Я не видел вас, - я уже и забыл, что водитель сидит рядом со мной и смотрит на меня. - Вы появились как-то внезапно. Я не видел вашу машину.
Я не отвечаю. Смотрю, как к нам подходит спасатель.
- Твои родители, - говорит он, когда подходит, - они умерли.
Молчание. Потом он разворачивается и уходит. Вот так. Без церемоний. Хотя он не обязан оправдываться. Он сделал свою работу. Остальное не его дело.
Водитель резко встал, схватил меня за руки и стал сильно трясти.
- Я не видел слышишь?! Это они виноваты! Они! Я ехал правильно! Это они виноваты! Вы выскочили на красный! Вы!
Мне было больно, но я не мог вырваться. У меня просто не было сил. Всё во круг уже не имело значение. Еще тридцать минут назад всё было хорошо. Как так случилось? Почему? Наконец он отпустил меня.
Я сел на асфальт. Водитель что-то буркнул себе под нос, достал кошелек и кинул мне пачку денег. Потом он ушел. Деньги валялись на дороге, передо мной. Я поклялся их не брать, но потом взял.
Через несколько лет, на эти деньги, я купил себе пистолет. Но так и никогда не выстрелил. Никогда.

Шаг четвертый.

Говорят, что когда человек падает с высокого обрыва или здания. То он умирает не от мягкого приземления, а от остановки сердца. Эдакая самозащита. Скоро я это проверю. На самом деле, когда я это узнал, мне стало легче. Всегда я боялся боли. Это мое слабое место. Да, страх до сих пор живет в моем разуме, хотя пора бы от него избавиться. Но это не в моих силах. Не в моих руках. Единственное, что в моих руках - это мой пистолет. Серебряный, длинный и он готов выстрелить.
Место куда я направляюсь всегда полно народу. Та бездушная масса, о которой я говорил раньше, тут предстала во всей красе.
Я подошел к палатке и купил сигареты. Самые дорогие, которые были. Вообще то я не курю, но сейчас уже все равно, да и всегда было любопытно попробовать. Положив пачку отравы в карман плаща, и не взяв сдачу, я направился в метро.
На платформе я ждал поезд. Сегодня выходной. Людей мало и хорошо, иначе я бы не удержался и устроил бы тут бойню. Рядом тихо спала собака. Как она сюда попала можно только догадываться, но меня это не тревожит. Несколько инвалидов без ног тоже ждут поезда, что бы потом сделать то, что они больше всего ненавидят - просить милостыню. Люди проходят мимо, как бы не замечая их. Но каждый посмотрит и брезгливо отвернется. Я подошел к одному и дал ему свой кошелек. Там не много, но я думаю, это его избавит от необходимости просить деньги ближайшие месяца два.
Я пошел к прибывшему поезду, и чувствовал на себе ошарашенный взгляд старика. Ему сегодня несомненно, повезло.
Двери закрылись, но поезд не ехал. Я видел, как кто-то решил напугать собаку и замахнулся ногой. Но собака не убежала, она лежала и от удара ноги, как-то не естественно вывернулась. Она была мертва. Поезд, наконец, тронулся.

Шаг пятый.

Я сел на свободное место, которое вскоре окружили старушки. Они вечно тут, нету времени, когда бы их не было. Даже рано утром, когда мир еще спит, общественный транспорт забит ими. Но уступать я им не буду. Одна особо хамская "бабушка" стала бить мне сумкой по ногам и настойчиво кряхтеть надо мной. Пистолет врезался мне в ногу.
Я достал его и направил на старушку. Плавное движение пальца и мозги старушки стекают со спины стоящего сзади мужчины. Все кричат, бегают, топчут друг друга. Бабулька свое отжила. Красивый конец.
Однако наши мечты всегда красивы. Всегда мы в них непобедимы и храбры. Я не убил ее. Наверное, я не слишком смел для этого. Я просто встал и вышел на своей остановке...

Шаг второй.

Моя встреча с тем водителем была не последняя. Увы. Когда мне было девятнадцать лет, я до сих пор не смог смириться с потерей родителей. Точнее не с их потерей, а с тем как я с ними разговаривал последний раз. Этот разговор не выходил у меня из головы. Я пришел к бандитам. "Юридическая фирма" теперь это так называется. Ну что ж, такие времена. Я положил им фотографию того мужчины. Я украл его фотографию из архива в милиции. Мне это дорого стоило. Но все же, я ее достал. Да его посадили. Он был не виновен, и я свидетельствовал за него. Что бы потом достать и убить. Из того пистолета, что я купил на его деньги.
Они взяли его фотографию и пообещали его наказать. Я ждал. Через две недели ко мне ворвались двое неизвестных, они с ходу убили мою любимую и потом пустили шесть пуль в меня. Но я выжил. Лежал и слышал, как эти ублюдки потешались над моей любимой. А потом я узнал, что тот, кого я заказал... он был хозяином этой фирмы.
Но я выжил. Просто так из жизни не уходят.

Шаг шестой.

Большой дом. Раньше они обитали в маленьком, одноэтажном здании. Ну что сказать? Люди растут. Я вошел в здание, там меня встретил охранник. Я объяснил ему, что мне нужно, это было не очень легко. Объяснять незнакомому человеку, что хочешь кого-то убить, но, тем не менее, он указал, на какой этаж мне подняться. Когда я поднялся на этаж, меня повстречала секретарша. Как у них тут все работает, прямо как швейцарские часы. Наверное, ей уже сообщили, что я иду. Я начал рассказывать ей душе раздирающую историю и о том, что мне нужно попасть к их директору. Как не странно меня впустили. В кабинет я вошел со странным ощущением, что все слишком легко.
Вот он. Человек, который испортил всю мою жизнь, сидел в нескольких метрах от меня. Морщины покрывали его старое, потрепанное жизнью лицо. Я его даже не сразу узнал, но что узнал, это без сомнения.
И тут я вспомнил все. Последний разговор с родителями, как он кинул мне деньги, вспомнил мою любимую, вспомнил все, что думаю о людях. И тут палец сам спустил курок. Глаза мужчины округлились. Он сблевал кровь. Его глупое лицо, испачканное кровью, застыло. Выглядел он нелепо и даже смешно. Что ж, подходящая смерть для такого червяка.

Шаг седьмой. Заключительный.

Я поднялся на крышу. Секретарша услышала выстрел, но не вбежала в кабинет, как во всех фильмах, а наоборот спряталась. Я не стал ее искать. Мне это не нужно. Мне нужно всего несколько минут. Я встал на край крыши. Посмотрев вниз, я достал пачку сигарет и закурил. Остальные сигареты выбросил - они мне больше не нужны. Сладковатый привкус охватил меня. Наверное, стоило начать курить раньше.
Немного забавно получилось - человек, который получал деньги за смерть других людей, сам заплатил мне за свою смерть. Его деньги не пропали даром.
Докурив сигарету, я расправил руки, словно крылья. Ветер колыхал мой плащ, как будто хотел отговорить меня. Но я уже всё решил. Уже давно. Спланировать свою смерть и ждать ее - это странное ощущение. Но я дождался. Руки расправлены. Солнце бьется сквозь закрытые глаза. Невольно жмурюсь.
И все же я узнал, какого это... летать...