Роза в каблуке

Моё знакомство с литературным обществом УФЛИ началось, как и полагается всякой приличной истории, на Международной книжной ярмарке «Китап-байрам» в конце мая 2023 года. Я тогда впервые «проявилась на свет» как поэт, примерно так же неловко и трогательно, как новорождённый жеребёнок на льду.
К моему стенду подошла женщина в возрасте с тем выражением лица, которое бывает только у людей, уже написавших несколько книг и переживших несколько литературных катастроф.
— А вы знаете Айдара Хусаинова? Это газета «Истоки».
— Нет, — честно призналась я, ещё не подозревая, что этим «нет» подписываю себе эпопею.
— Он руководит обществом литераторов. УФЛИ называется.
Слово «руководит» прозвучало внушительно. Почти как «возглавляет тайный орден». А я в тот момент была начинающим литератором без прописки, не зная, куда приткнуться, чтобы меня заметили, оценили, желательно ещё и слегка восхитились.
— Айдар Хусаинов — своеобразный человек. К нему нужен подход. Запишите себе на заметку.
Вот так я получила первый профессиональный контакт, с предупреждением, как к лекарству: «Перед применением проконсультируйтесь».
Через некоторое время я решила разыскать Айдара Гайдаровича во «ВКонтакте». Но, разумеется, не напрямую — я же человек культурный. Я зашла через редакцию газеты «Истоки», как будто абитуриент, поступающий в университет. Секретарь дала ориентир, и я написала.
Ответ был получен. Приглашение — тоже. Первое заседание в парке «Олимпик», потому что рабочий сезон (с сентября по май включительно) уже был закончен. Литература, видимо, как школа, летом на каникулах.
Мои представления о литературном обществе были возвышенно-салонные. Я ожидала нечто среднее между светским раутом и заседанием тайного академического клуба. Поэтому к первой встрече я подготовилась соответствующе.
Чёрное маленькое платье в стиле Коко Шанель. Прозрачные чёрные колготки в мелкий горошек. Мейк-ап. Причёска. Всё как будто меня вот-вот примут в союз бессмертных.
Но главным акцентом стали туфли от Pierre Cardin. Лодочки. Алые. Замшевые. С каблуком из эпоксидной смолы, внутри которого бутоны роз. Настоящая метафора поэзии: красота, заключённая в прозрачной боли. Надела я их впервые.
Приезжаю в парк «Олимпик». Никого. Ни одного человека с томиком стихов под мышкой. Ни одного подозрительно задумчивого взгляда вдаль.
Я начала подходить к прохожим:
— Вы литератор?
Люди смотрели на меня с осторожностью. Видимо, сочетание алых туфель с выражением ожидания судьбы на лице выглядело тревожно.
Я написала Айдару Гайдаровичу: «Сижу в "Олимпике". Никого не вижу». Ответ не приходил.
Я походила по территории парка, постепенно превращая литературный дебют в балет на лезвии ножа. Новые туфли методично стирали мои щиколотки до крови. Каждый шаг был как рецензия — строгий и безжалостный.
В какой-то момент я вызвала такси. В голове звучала мысль, достойная эпиграфа: «Литература требует жертв».
Такси подъехало. Я села, бережно сложив в сумке остатки романтических иллюзий: «Кажется где-то у меня был пластырь».
Айдар Гайдарович вышел на связь только на следующий день. И, как ни в чём не бывало включил меня в чат УФЛИйцев. Без фанфар. Без посвящения. Просто добавил.
Вот так, через стертые щиколотки, красные розы в каблуках и допросы случайных прохожих, мне и был освещён путь в литературу.
Не луч прожектора, не аплодисменты, а лёгкая ирония судьбы, и уведомление о добавлении в чат.
И знаете, я до сих пор улыбаюсь, вспоминая это, потому что, если литература не умеет начинаться с комедии, она вряд ли выдержит драму.