Котелок. Бог молчит. Часть 65

Слова песни:

«…Радость полными застольями
И земными поклонами.
Встанем, выпьем.
Выпьем и за всех помолчим…
Месяц полон, мир шатается
Язык, ноги заплетаются…
…Вспомним, скажем брат брату нужные слова…».

- Эта песня звучала, а этой войны ещё не было. О ней я не знала и не думала. Сейчас, когда война уже полным ходом идёт, слушая эти слова, невольно думаю: «Как точны слова! Откуда человек уже знал, что впереди?.. Слова,словно о нынешнем дне, о сегодня!..

***

Сделала котелку ручку из проволоки, - нашла кусок в запасе владений мужа. Теперь всё приходится делать самой и учится мужскому ремеслу. Котелок… – видавший виды!.. Ему уже скоро полвека! Он со мной постоянно в тайге, приписан навсегда к рюкзаку. В наши студенческие годы мой супруг, будущий отец и будущий дед наших детей и внуков, после института, как лейтенант геологии, с однокурсниками находился лето на военных сборах, в военных лагерях. Там бывшие студенты, ныне молодые специалисты геологии, параллельно солдатики - лейтенанты, в форме ещё ВОВ учились стрелять с гаубиц, маршировать, подметать опавшую листву с дорожек гарнизона, осваивали военное дело. А в это время я готовилась к родам нашего первенца на родном Урале, уже как жена геофизика и лейтенанта артиллерии. Как истинный студент горного института, супруг с военки прихватил свой солдатский котелок: в те годы - особую ценность в таёжной жизни, без которой в тайге, куда мы уже распределились, жить немыслимо. И по рождению сына подарил мне – его юной супруге, геологине, в качестве ценнейшего в таёжном быте подарка. С тех пор котелок неизменно в моём станковом рюкзаке. Рюкзак тоже военный, рассчитан на перенос военного имущества в боевых условиях, но рассчитан на солдата мужика. И рюкзак не наш, а швейцарский. И рюкзаки отцу и матери любезно подогнал в подарок уже совсем взрослый сын.

За годы таёжной жизни армейский котелок изрядно поизносился, помялся, ибо частенько служил хозяйке и подушкой, и стульчиком. Временами пробовала его выпрямлять. А в этот раз за почти неделю пути сквозь осеннюю тайгу, древняя толстая ручка сломалась, оторвалась припайка, и дужку вырвало с мясом из тела моего спутника. Обратно приладить не выходило. Пришлось ухитриться и оторвать совсем, а приделать просто проволоку, прикрутив к появившимся с боков дыркам. Без котелка в тайге нельзя! – Немыслимо. В него помешается кружка с ходовым пакетиком чайной заварки, немного сахара, пара печенюшек или сухариков, в расчёте на одно чаепитие. Только обычно в пути мне хватает этого на всю дорогу. И здесь опять проявилась мистика!

– Котелок сломался именно сейчас, и в том месте, где на меня нападала медведица и спас Дружок, где от молнии сгорел древний тригопункт геодезический. …Там однажды в мороз мне помогли разжечь костёр. А этот раз там блуждала, сутки крутила, в итоге вернулась вечером к своему же биваку, в точку, где ночевала. И тому лишь обрадовалась, ибо там нас с Пулькой ждал пропавший Дымка. Он очень плохо выглядел, едва стоял на лапах, нас потерял и пса, вероятно подранил крупный зверь, сломав в центре бока ребро. И… - рядом два года назад погиб муж. Тут я его и нашла. Здесь последняя его лыжня навсегда оборвалась…

«А по небу бегут,видишь, - чьи то следы?!..
- Это, может, - ты. – Это, может быть, - я.
- Это, может, -нас ждут.
- Это, может, нам поют Свои…». – Лишь сейчас поняла смысл этих строк. Не понимала концовку, слушая, что «Свои» - это те, кто уже на Небе и ждёт нас там, наблюдая сверху, помогая, сопереживая. - Наше время ещё не пришло. Не всё нами решено, не всё исполнено, как поётся: «Нашла коса на камень…
Идёт война на память…».

***

Хлеб получился вкусным. Как всегда, устала за день. Жалко - глухаря отпустила. Опять же, - пусть живёт! Дымка крепко причитал, - и ему досадно. В охоте пёс проявляет азарт, лает хорошо, но и вязок лишку! Сильно расстроены все неудачей, - мои хвостики - охотник от Бога! Да я уже не та… - Нет прежнего азарта, да и необходимости в добыче прежней нет. -Без необходимости переводить живность грешно. Беспокоюсь! -до сих пор пса нет. - Далеко убежал.

Продолжение следует.

Фотографии Татьяны Немшановой разных лет. Осень таёжная, таёжная жизнь. Лайка Крайнего Севера Западной Сибири ХМАО Югра, лес северный таёжный. Северное солнце.