Жан-Жак Бенекс 37, 2 по утрам 37, 2 Le Matin

«Ваш стиль невыносим, вы намеренно написали антикнигу. Ваша писанина содержит в себе все признаки спида. Тошнотворный цветок. Оставьте эту вещь там, где она должна находиться, в омуте вашего мозга».

Существует две версии этого фильма. Для проката в США картина была переименована в «Бетти Блю» или же грустную Бетти, а режиссерская трехчасовая версия была урезана до полутора часов со всеми вытекающими смысловыми потерями.

Поскольку я всегда пишу не в рекомендательном ключе, а скорее анализирую и делюсь тем, что решила оставить в своем сознании навсегда, в этом тексте будет озвучена информация и спойлерного характера. Тем не менее, за читателями всегда остается свобода выбора – смотреть до или после ознакомления. А говорить я буду о режиссерской версии.

Это кино о трагической судьбе и любви молоденькой Бетти, постепенно впадающей в безумие, и начинающего писателя Зорга, жизнь которого кардинально меняется с приходом в неё этой девушки.

Начнем с того, что у фильма отличное название. И есть разные мнения о его смысле, почитав которые, я выделила основные: одни считают, что оно обозначает «температуру тел во время занятий любовью», другие понимают его, как жизнь в накале страстей. Лично я восприняла его как субфебрильную температуру тела, так как это часто признак каких-либо патологических процессов. В случае с главной героиней – развивающегося психоэмоционального расстройства.

Зорг - спокойствие, Бетти - нервный импульс. Она до ужаса боится стагнации и этого беззвучного однообразия, из которого состоит его жизнь, ей она претит, а Зорг за неё держится. У нее сложный, яростный и взрывной характер, который служит возникновению конфликтов с окружающими. Бетти склонна к тому, чтобы растворяться и ставить другого на пьедестал, забывая себя. Будущая трагедия берет начало в момент прочтения ею рукописи Зорга, которой не суждено было увидеть свет. Бетти убеждается, что его жизнь недостойна масштаба его личности, его гения. Она насильно вырывает его из привычной жизни. Её идея фикс - сделать его знаменитым, тем, кем будут восхищаться, а не шпынять. Потому, даже ценой собственного эмоционального состояния, она так рьяно и защищает его от всех: он для неё больше, чем просто человек, она не согласна с его социальной ролью.

После совместного бегства в Париж Бетти перепечатывает рукопись на машинке и посылает ее в издательства. А Зорг, в свою очередь, довольно легко становится ведомым ее безумной энергией и всё позволяет, лишь бы ей было хорошо и интересно. И, действительно, по тому, как он с ней обращается, как реагирует на ее проявления, как успокаивает, как боится потерять, видно силу его любви. Но он несерьезно относится к ее идее, ведь сам не считает себя гением. Для него все эти телодвижения и мысли о том, что он может быть писателем - абсурд.

По мере того, как безумие Бетти прогрессирует, возбужденное сознание заставляет ее совершать страшные поступки. «Безумна», «ты сошла с ума», «странная» - все эти слова, как предзнаменования её судьбы.

Издательства присылают злые отказы, которые Зорг, получая, начинает от нее прятать, зная, как это для неё болезненно. Затем у Бетти случается ложная беременность: «Жизнь против меня, чего бы я ни хотела, у меня не получается, я даже не способна родить ребенка», - говорит она. И вот Бетти начинает слышать голоса в голове.

Дело с рукописью, конечно, наиболее важно именно для Бетти. Однажды она даже спросила у Зорга: «Ты веришь, что у МЕНЯ что-нибудь получится, или нет?». И от того, как она себя этим изматывает и как её губит крах слишком сильных надежд и стремлений, заставляя во всем видеть издевательство жизни, при просмотре ощущаются тяжесть и необратимость происходящего.

Но испытываемое зрителем крайне слабо по сравнению с трансформацией, претерпеваемой Зоргом. Измученный этими несвойственными ему зигзагообразными эмоциями, он начинает внутренне меняться. Не понимающий ни чувств, ни желаний сходящей с ума Бетти, Зорг даже переодевается в женщину и едет грабить, надеясь, что их сложный период закончится с выходом из бедности. В момент ограбления он как бы забывает себя и становится Бетти, приобретая ее черты, и ведет себя так же живо, уверенно и резко, как она.

И всё же их непохожесть уже невозможно было нивелировать. Бетти не любила полумер, а Зорг жил ими. Потому именно она сгорает, не дожив до счастливого, такого желанного финала. И очень жаль, что ее предрасположенности к сумасшествию не было вовремя предано должного значения со стороны любящих её людей. Но любовь слепа. Может, поэтому бедная Бетти и выколола себе глаз, обеспечив свой скорый, но освободительный конец.