35. Май-июль 1474 года, Никифор Басенков

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Он возглавлял отряд, двигавшийся всё равно что в волчью пасть. А именно — к ордынскому царю. Ахмат вот уже несколько лет жаждал увидеть перед собой распластавшегося князя Ивана, а получил в итоге лишь его слугу.

Но для хитрого и изворотливого Никифора могла быть страшна только первоначальная реакция царя. Стоило перетерпеть ярость — и русский дипломат ручался за успех предприятия. Басенкову вменялось в обязанности отстоять для великого князя возможность не ездить на поклон в Орду и избежать последствий в виде новых набегов царя на московские земли. Господарь не поскупился. Никифор прибыл к царю не с пустыми руками, а с огромным количеством монет, шуб и прочей рухляди, которые он должен был раздавать направо и налево ради выполнения своей миссии.

И он раздавал несметные богатства — Ахмату, его жёнам, беклярбеку Тимуру, остальным царским вельможам — с лёгкостью, до глубины души, поражающей даже ордынскую верхушку. Никифор буквально заваливал их подарками, а они всё не заканчивались. В конце концов Ахмат простил Ивана за отсутствие, выразив сожаление, что московский князь не приехал из-за напавшей на него хвори.

Никифор сумел выполнить и ещё одно задание, исходившее, как говорили, от великой княгини Софьи. В прошлом году она была неприятно шокирована, когда по прибытии ордынской делегации от Ахмата супруг по обычаю вместе со всеми знатными людьми выехал им навстречу из столицы, чтобы, сойдя с коня, поклониться царскому образу, а потом проводить делегацию на ордынское подворье, располагавшееся в пределах Кремля.

«В моих жилах течёт благородная кровь правителей Ромейской державы! - заявила Софья мужу, вернувшись во дворец. - Я не желаю быть рабыней каких-то степняков. Не желаю!»

Великий князь категорически отказался рвать со своими данническими обязательствами, так как большая война с Ахматом грозила Москве неисчислимыми бедами. Но он пообещал жене никогда больше не унижаться перед ордынцами. Также он позволил Софье как-нибудь удалить татар из Кремля.

Княгиня действовала в лучших традициях цареградского двора. Она написала старшей жене Ахмата, будто во сне голос свыше указал ей построить храм на месте ордынского подворья. В связи с этим Софья просила отдать ей это место и обещала выделить татарам другое, не хуже. Разумеется, за разрешение пришлось заплатить кругленькую сумму. Но дело того стоило. Теперь можно было вышвырнуть татар за пределы крепостных стен.

Ахмат отпустил Никифора домой, отправив с ним своего посла Карачука с шестью сотней служилых людей, и в сопровождении более трёх тысяч купцов для продажи на Руси 40000 коней. Перед вступлением в Москву Басенков отправил гонца для предупреждения об ордынской делегации. Иван Васильевич посольство не встретил, сказавшись, как и прежде, больным. После переговоров с Карачуком, ахматов представитель был отпущен назад с честью и подарками. Под его покровительством отправились великокняжеский посол Дмитрий Лазарев и венецианец Иван Тревизан.