Свет для всеx народов. Свет среди готов

Свет среди готов: Ульфила и рождение письменности


Когда волны великих переселений народов сотрясали пределы империй, Господь не оставлял без свидетельства и те племена, которые доселе пребывали во мраке язычества. Одним из драгоценнейших даров, принесенных христианством варварским народам, была письменность, ибо только через слово, запечатленное на пергаменте, истина Откровения могла пустить глубокие корни в душах людских.

Не сами собой появляются сии орудия Провидения. История знает имена тех, кто, подобно древним пророкам, был избран свыше, чтобы стать мостом между угасающей античной мудростью и новыми народами, вступающими на арену истории. Одним из таких мужей был Ульфила, чья жизнь явила собой чудесное переплетение культур и вер, предначертанное для великой цели — даровать Слово Божье готскому народу.



Колыбель в Каппадокии
Земля Каппадокийская, расположенная в сердце Малой Азии, издревле была местом, где встречались Восток и Запад. Еще во времена апостольские сюда проникло семя Евангелия, и к IV веку эта область стала оплотом истинного благочестия и учености. Каппадокийские греки, пламенея ревностью по Боге, сохранили при этом любовь к эллинской образованности, не считая творения Гомера и Гесиода греховными, но видя в них ступени к постижению;;шей Премудрости. В этом сказывался тот мягкий, впитывающий дух Восточного христианства, который, в отличие от суровости Рима, не отметал все инородное, но стремился освятить его светом истины.

В среде сих благочестивых эллинов и родился тот, кому суждено было стать апостолом готов. Но промыслу Божьему было угодно, чтобы путь его начался не в покое, а в горниле испытаний. Воинственные готские племена, обитавшие за Дунаем, часто совершали набеги на цветущие провинции империи. Во время одного из таких набегов родители Ульфилы были уведены в плен.

Так, еще отроком, будущий просветитель оказался среди народа, которому впоследствии посвятил всю свою жизнь. Воспитанный как гот, он с молоком матери впитал греческий язык и культуру, а впоследствии изучил и латынь. Сие чудесное стечение обстоятельств подготовило его к той единственной миссии, для которой он был призван.

Миссия арианского епископа
Ульфила принял христианство в ту пору, когда империю сотрясали споры об арианской ереси. Не вдаваясь в глубины сих богословских распрей, заметим лишь, что приняв рукоположение от Евсевия Никомидийского, Ульфилла понес свет Христов готам в том виде, в каком сам его разумел. Около семи лет проповедовал он среди них, но «человек, будучи врагом Божиим по плоти своей», воздвиг гонение. Готский вождь Атанарих, усмотрев в деятельности миссионера не столько духовное влияние, сколько римское проникновение, изгнал Ульфилу и его паству.

Около 348 года от Рождества Христова, подобно древнему Израилю, ищущему землю обетованную, Ульфила перевел свою паству через Дунай. Император Констанций II даровал изгнанникам земли в Мёзии, близ Никополя, на территории нынешней Болгарии. Именно здесь, в тиши изгнания, вдали от военной угрозы, и созрел главный плод трудов Ульфилы.

«И нареку их Моими»: Создание готского письма
Проповедуя готам на их родном языке, Ульфила скоро осознал необходимость дать им Священное Писание в письменном виде. Ибо «вера — от слышания, а слышание — от слова Божия», но слово, записанное, становится твердым основанием для грядущих поколений. У готов уже существовало руническое письмо, которое они использовали для гаданий и магических надписей. Но Ульфила, ведомый Духом Святым, сознательно отверг его. Он видел, что руны неразрывно связаны с языческими суевериями и мрачными обрядами древности. Не мог сосуд, оскверненный идолослужением, стать вместилищем чистейшего золота Евангелия.

И тогда, подобно искусному строителю, взявшему лучшее от мастеров прошлого, Ульфила приступил к созданию нового алфавита. Он взял за основу стройное и ясное греческое уставное письмо — язык Церкви и Империи. К нему он добавил несколько знаков из латинского алфавита, дабы полнее передать звуки готской речи. И, наконец, движимый той же необходимостью, он ввел один совершенно новый знак для особого, гортанного звука, которого не знали ни греки, ни римляне.

Так, не из пустоты, но через мудрое заимствование и освящение его новым смыслом, родился готский алфавит. Это было не просто изобретение — это был акт веры, зримый знак того, что варварский народ приобщается к сонму народов христианских, входит в ограду Церкви Вселенской. Под руководством Ульфилы и при помощи его учеников начался перевод Библии. Слово Божье, облеченное в новые письмена, потекло в души готов, просвещая и преображая их.

Серебряный кодекс: Свидетельство веры и истории
Самым драгоценным свидетельством трудов Ульфилы является знаменитый «Серебряный кодекс» — роскошная рукопись VI века, содержащая перевод большей части Евангелий.

Созданная, как полагают, для могущественного короля остготов Теодориха Великого в его столице Равенне, эта книга была поистине царским даром. Текст ее написан на тончайшем пергаменте, окрашенном в драгоценный пурпур — цвет крови Христовой и императорского достоинства. Буквы же выведены серебряными и золотыми чернилами, отчего кодекс и получил свое название. Сия великолепная книга была не просто литургическим текстом, но символом: готы, вчерашние язычники и завоеватели, отныне обладали сокровищем, достойным стоять в одном ряду с величайшими святынями христианского мира.

Судьба кодекса полна превратностей, напоминающих о бренности земного величия. После смерти Теодориха рукопись исчезает на тысячу лет, чтобы вновь явиться миру в XVI веке. Ее находили в аббатствах, перевозили в императорские библиотеки Праги, похищали как военный трофей в ходе Тридцатилетней войны. Она побывала в Швеции, Нидерландах, а отдельные ее листы обнаруживались даже обернутыми вокруг деревянных посохов в немецких часовнях.

Ныне «Серебряный кодекс» покоится в библиотеке Уппсальского университета, включенный ЮНЕСКО в реестр «Память мира». Даже будучи фрагментом (сохранилось лишь 187 листов из 336), он остается бесценным свидетельством. Для лингвистов это — единственная полная сохранившаяся запись готского языка, позволившая ученым прикоснуться к миру германской древности. Для историков — памятник сложных взаимоотношений Рима и варваров. Для христиан — доказательство силы Слова, которое, будучи посеяно верным делателем, приносит плод, не истлевающий в веках.

Угасание языка и свет истины
Готский язык, как и сами готы, сошел с исторической сцены. Вестготы создали королевство в Испании, остготы — в Италии, но к концу VI века, приняв католичество, они утратили свой язык, вытесненный латынью богослужения и наречиями местных народов. Лишь в Крыму, в отдаленных поселениях, остатки готского языка теплились вплоть до XVI века, прежде чем исчезнуть навсегда.

Но свет, зажженный Ульфилой, не угас. Его алфавит, созданный для перевода Библии, выполнил свое предназначение. Он донес до нас, через тьму веков, звуки исчезнувшего мира и, главное, запечатлел в вечности факт, что и для этого народа были отверсты врата милосердия Божьего.

История готского письма — лишь один из примеров того, как распространение христианства, особенно его восточной, греческой ветви, становилось мощнейшим двигателем культурного творчества. Подобно тому, как Ульфила создал письмена для готов, в последующие века возникли алфавиты для армян, грузин, славян и многих других народов. Ибо где проповедуется Христос, там слово должно быть запечатлено не только на скрижалях сердца, но и на письменах, доступных каждому племени и языку.