После Варда. Часть 5

***

— Ну что? Готов ехать, глюки стряхнул, всё знаю, всё помню... А сам накосячил! Хотя знаешь, спасибо, что хвост не привел! Ах да, это не ты, это ребята следы заметали... Ты понимаешь, что натворил?
— Так точно, Третий! Но это было необходимо!
— Что? Глупости творить? Нет, не было такой необходимости, солдат! Если бы ты не был ранен, ты был бы наказан. У меня слов не хватает для описания твоих действий. Ты хоть что-то понял?
— Да понял я! Оправдаю доверие! Но сейчас мне нужна помощь: нужно съездить к Нику и привезти сервер... Вот список. Могу я вас попросить?
— Ну, если ты понял и не повторишь... Хорошо. Заодно заедем к моему древнему другу. Моё согласие — не повод тебе расслабляться. У тебя мозги забиты какой-то фигнёй, до тебя сложно достучаться, но я попробую. Ты — очень умный идиот. Увлёкся какой-то своей идеей, что-то выясняешь, в то же время делая элементарные ошибки, которых можно было избежать, просто оглянувшись! Нет, ты упрямо бежишь на растяжку, тебе взрывом отрывает ногу, ковыляешь обратно и говоришь: «У меня что-то не срастается, почините, пожалуйста».
— Понял, понял. Постараюсь оправдать, — Гор выпрямил спину, вытянулся в струнку и тут же немного ссутулился из-за боли и положил руку на живот.
На следующий день он сам ждал Третьего, Летяга, Хромого и Гарда на электрокаре. Сначала довёз до ворот, потом ждал несколько часов.
Добытчики привезли не только сервер, но и кабель, штекеры и инструменты, чтобы самому сделать сетевой шнурок нужной длины и соединить компьютеры. Ещё они заехали к знакомому Петра Епифановича и привезли от него много сала. Что это такое, Гор не знал или не помнил. Ничего, в обед попробует. Он вспомнил другое и это его тревожило. Да, он накосячил, но:
— Хромой, нас по твоим правам не найдут? Ты же дал их в журнал записать...
— Вот и полиция при проверке документов верит, — Хромой хохотнул, — это фотография, сделанная искусственным интеллектом «как я мог выглядеть в молодости» из моего нынешнего облика. Вклеена она в реальные документы умершего... человека. Не важно. Вот и права мои. Пусть ищут.
— Хорошо, — задумчиво не в тему ответил водитель Егор, чуть не протаранив стену электрокаром.

***
Можно вставить только шесть жёстких дисков одновременно. Нужно сделать патч-корд и собрать локальную сеть, чтобы ИИнтериКон мог анализировать данные с сервера.
— Как сделать сетевой шнур? — новичок смотрел на непонятные инструменты и штекеры.
— Глянем, — Антон вышел в Сеть, хотя явно зал, что и как делать, — зачистите оплётку кабеля на рисунке один...
— А, понял. Мне нужна последовательность цветов в штекере.
— Ну, не знаю... можно ли открывать тебе этот секрет... Ладно. По барабану как, просто одинаково с двух сторон.
— Что ж, попробуем, — Егор старательно зачистил изоляцию, перерезав половину проводов в кабеле.
Данные на дисках были вразброс и содержали ссылки на документы, отчёты, графики, статистику... Самих документов не было.
Были и отдельные графики для военных объектов. Но он сейчас искал не это. Переставляя диски в «горячем режиме», он искал взрыв семнадцатого августа, который в исторических документах был то ли пятнадцатого, то ли девятнадцатого, то ли не был вообще. Здесь он был восемнадцатого августа, ущерб составил полтора миллиона, деньги на покрытие ущерба (миллион девятьсот тысяч) сняты со счёта Фонда ЧС пятнадцатого августа и отправлены в страховой банк недалеко от места взрыва для обналичивания и выдачи пострадавшим. Но то отчёт, а сам документ... есть номер. Движение денег указывало, что взрыв подстроен. Иначе, как определить, куда средства отправлять? Интуиция подсказывала, что всё не так просто. Переводы заранее можно было объяснить чуть сложнее: расчётом вероятности. Чем больше у тебя данных, тем точнее можно высчитать результат. Если известно, что тебе нужно перепрыгнуть яму, ты не можешь сказать, получится или нет. Если известно, что ветер дует навстречу, край ямы — лёд, а ширина ямы — три метра, ты можешь точно рассчитать, что яму перепрыгивать тебе не нужно. Так же ИИ, собрав достаточно сведений, может предсказать взрыв, пожар, наводнение... Никакой магии, мести или мракобесия. Просто расчёт.

***
Здравствуйте вам каждому! В этот торжественный момент жизни... Ладно, расслабьтесь. Сейчас всё расскажу. Это была проверка микрофона. Работает.
Я собрал вас всех сегодня, чтобы рассказать, что нарыл. Не один. Мне помогали. Все, кто сейчас в зале, мне помогли так или иначе. Мне нужно было выяснить, что творится с миром. Попытки узнать у людей проваливались по разным причинам, тем более что ни у кого не было полной картины. Тогда я обратился к историческим бумагам. Сложно найти истину, когда свидетели противоречат друг другу, а то и самим себе. Тогда я замахнулся на святое — на деньги. Точнее, на бухгалтерские отчёты. Конечно, их подделывают, но написать в таком документе отсебятину значит навлечь на себя проверку. Раз так, их подделывали аккуратно, максимально близко к реальности. Тогда я собрал наших славных добытчиков и нанёс визит в хранилище фискального учёта. Охрана состояла из одного старичка... Впрочем, это другая история.
Ник дал мне старый компьютер, в который можно было поставить древние жёсткие диски, вынесенные нами из хранилища.
Старинная нейронная сеть ИИнтериКон помогла мне собрать общую картину. «Склеить правду из осколков», Саныч. Спасибо тебе.
Выяснилось интересное: компьютеры, точнее, нейронные сети не захватывали власть!
Лет сорок назад стали массово появляться нейросети. Глупые, ни на что не годные, они быстро учились. Причина проста: их откармливали самым дорогим — деньгами. Поумнев, они стали способны решать рутинные задачи.
В одной крупной компании сократили сотрудников, которые занимались регистрацией купленных программ. Рукотворный интеллект справлялся с этим сам.
Освободившиеся деньги пустили на развитие технологий. Искусственный интеллект теперь мог решать больше задач. Показателен один тендер: нейросеть его выиграла, оказавшись эффективнее всех. Она предложила лучший проект при обоснованной самой низкой цене, хотя не располагала ресурсами для его реализации. Результат аннулировали, но прецедент остался. Круг повторился: ИИ решает задачи, вместо уволенных, например, колумнистов. Дальше — больше. Замена одного директора отдела закупок принесла компании баснословную выгоду: почти бесплатный «директор» успевал выслушать каждого, эффективно анализировал рынок и работал круглосуточно без выходных. Круг обязанностей компьютера расширялся. Ему даже поручали рассчёт кредитной политики банков. Тут начинается бешенная трата денег на изучение кризиса, который должен был похоронить мировую экономику. Тогда люди пошли к нейросетям и попросили помочь. Человекам объяснили, что для такой помощи, нужны широкие полномочия. Высшие приматы их добровольно дали. Кризис удалось сгладить за счёт сокращения рабочих мест, но и потребление сократилось. Время выиграно, но и голодных больше. Всё верно: зачем брать в компанию десять толковых программистов, если те же задачи решают двое новичков с нейронной сетью и небольшой зарплатой? Чуть позже, сетям дали право управлять компаниями от имени владельцев, как это было с ночным клубом «Брудершафт», владелец которого жил на курорте и понятия не имел, что у него делается, пока здание не сгорело из-за экономии на огнетушителях, оросителях и пр. Задача заработать как можно больше и обеспечить постоянный рост доходов, исполнялась буквально. Необходимость роста прибыли — требования системы: компании с постоянным доходом не в состоянии обслуживать свои кредиты или пережить инфляцию. Деньги в банках преумножались, реальные средства заканчивались, без толку копясь на счетах богатейших людей. Когда все механизмы вытягивания денег перестали улучшать производство, средств на развитие электронных мозгов также не осталось. Строительство новых хранилищ и вычислительные центров, без развития самой модели, приводило к увеличению количества глюков, ошибок. Управляющий отелем робот закупил копировальную бумагу вместо туалетной. И вот пришло время, когда деньги на счетах перестали расти. Это значило одно: нужно сокращать расходы. Теперь даже самым богатым ограничивали расходы и те попали в вырытую собой же яму. Все воистину стали в одной лодке, но отказываться от этой системы было уже слишком поздно, ведь большинство логистических и производственных цепочек управлялось и держалось компьютером. Не компьютеры захватили власть, а люди их, раз за разом, просили взять управление на себя, пока не утратили своих управленцев.
Пётр подошёл и встал рядом, одёрнув свой френч.
— Что ж, раз у нас вечер открытий, вставлю свои пять копеек. Ань, думаю, уже можно, — Анна посмотрела своим «прошивающим» взглядом на молодого человека, поджала губы, пожала плечами и кивнула — Егор, ты при жизни был порядочной сволочью. Вернее, очень непорядочной. Ты служил в подразделении «Антитеррор». Мог войти в захваченный самолёт без оружия и выйти оттуда через пятнадцать минут, уложив террористов их же пулями. У тебя на счету две таких операции.
— При жизни? — молодой человек был ошеломлён.
— За заслуги тебя повысили и перевели в офис в городе. Тут начался второй этап твоей жизни, — Третий ненадолго замолчал, будто собираясь с силами, — Тебе стало скучно и ты находил террор везде: митинги, акции протеста, ограбление магазина... Ты научился пользоваться компьютером с одной целью — вскрывать переписки и телефонные звонки граждан. Неделями пропадал у вашего компьютерщика. Однажды, когда тебе не удалось найти ни одного «профильного преступления», ты запустил дрон с гранатой на площадь. Граната взорвалась, заодно уничтожив летательный аппарат, её нёсший. Девять человек погибло. Ты раскрыл это преступление за неделю, застрелив «виновного при попытке к бегству». Да, ты автор этой схемы. Всё бы ничего, но ты стал искать террористов среди коллег. Вскрыв переписку и слегка дополнив её, ты «справедливо» застрелил детектива и оперативника. Детектива ты убил у неё дома, заглянув к ней в гости с тортиком. В отчёте написал, что пытался её переубедить. На тебя объявили негласную охоту. В твой выходной, по твоей схеме, запустили дрон с авиабомбой на площадь, где ты гулял. Взрывом выбило стёкла в округе и снесло все камеры в прямой видимости. Ты вовремя понял, что дело пахнет керосином и это «ж-ж-ж» неспроста. Прикрылся тем, что под руку попалось — женщиной. Шрамы у тебя на животе — это следы её костей, — Пётр молча прошёлся по импровизированной сцене, — Мы в тот день приехали за лекарствами и были неподалёку. Аня тебя узнала и упросила меня забрать тело и дать тебе шанс. Или похоронить по-человечески. Да, Аня работала у вас некоторое время, но не вынесла давления. Она и тебя лечила, когда тебя подстрелили настоящие террористы.
— Епифаныч! Третий, это не моя жизнь! — крикнул Гор.
— Больше — нет. Мы достали из твоего телефона несколько фотографий. У простого человека таких быть не может, — спокойно продолжил командир, — ты умер там… Мы забрали труп, оставив куртку, порванный паспорт и удостоверение сотрудника. В ошмётках никто бы не стал тебя выискивать, — Пётр замолчал, в наступившей гробовой тишине, казалось, были слышны его мысли, — Мы не знали, кто воскреснет здесь, поэтому месяц я таскаю в кармане оружие, — Третий достал маленький пистолет и поднял его над головой, — для защиты от тебя. Поверь, если бы что-то пошло не так... да... рука бы не дрогнула! Но восстал из мёртвых не господин Вард, а Гор. Ты прошёл испытание и это мне больше не нужно, — Пётр разрядил оружие и положил магазин в другой карман, — и, раз ты разобрался в системе, говори, что нам теперь делать.
Тишина длилась вечность. Наконец, Гор заговорил:
— Честно, не знаю. Рассказываю я это затем, что в одиночку не могу не только план разработать, но и конкретную задачу осознать. Вы помогли мне дойти до правды, теперь я снова надеюсь на вашу помощь...
Моя жизнь... Я её не помню, но, видимо смог умереть и стать другим... Значит, и система может измениться... Забыл сказать: вся схема современной жизни себя изжила, ресурсов не осталось. Мир, который доживает сейчас построен на деньгах, деньгами, ради денег. Люди здесь лишние, и компьютер это прекрасно просчитывает, выполняя поручение двуногих.
Пока не знаю, что и как нужно менять, но чувствую, что ваша помощь нужна не мне, а нам. До сих пор не верю, что моя жизнь была такой, но и фотографии из телефона видеть не хочу. Моя жизнь привела меня сюда, к замечательным людям... у которых должна быть другая судьба.