Жизнь Из коротких рассказов

    Однажды я подслушал двух старичков, встретившихся случайно и, торопившихся обменяться новостями перед тем, как разойтись, чтобы увидеться не скоро или не увидеться уже никогда.

     Даже не пытаясь угадать их возраст, я видел две сгорбленные фигуры и лица со следами прожитых лет. Давно прошло то время, когда их головы украшали волосы, теперь они были лысы, а рты беззубы. Оба дрожащими руками опирались на палки, и было видно, что лучше бы им присесть на скамейку, но они почему-то не делали этого, продолжая разговаривать о жизни, внуках и здоровье. И, вдруг, один из них поделился новостью, которая поразила не только его собеседника, но и меня, невольного свидетеля этого разговора.

     -  А ты знаешь, что Иван Иванович, наш доктор, умер? - вдруг сообщил один.

     -  Не может быть! - воскликнул другой. - Он же был такой молодой!

     -  Да, да! Умер, едва дожив до пятидесяти лет! - продолжил первый.

     -  Как несправедливо! - не скрыл сожаления второй, - Он был единственный в отделении, кто относился к нам по-человечески. Помнишь тех брехучих медсестёр, которые любили шутить, что нам помирать пора, а не лечиться!

     После этого старички ещё поговорили о том, о сём, и разошлись.

     А я остался. И ясно представил больничную палату с больными, страдающими от своих хворей, нуждающихся в заботе и добром слове, но получающими от тёток в больничном халате лишь оскорбления и пожелания скорейшей смерти!
 
     И неважно, что я не знал этого доктора. Я видел двух его пациентов, которых он лечил, вылечил к радости их родных, вопреки пожеланиям стервозных медсестёр, и неважно, сколько им ещё суждено прожить, он свою жизнь посвятил тому, чтобы жили они, и ещё многие другие.

     С недавних пор я стал замечать, что становлюсь чувствительным. Ребёнок, не способный постоять за себя или беспомощный старик; бездомный пёс в холодной подворотне, брошенный котёнок, голодные птицы в зимнюю стужу, стали вызывать у меня острую жалость и желание им помочь, но при этом моя вера в способность многих людей к милосердию и состраданию сильно пошатнулась.