В Пихтовку, Королёвку на Баксу

Рассказ-воспоминание
   
   Попросила как-то моя знакомая Татьяна свозить её к родному брату в Пихтовку.
— Сёстры мои периодически с ним общаются, а я давно, — говорит, — с ним не виделась. — Дорога не очень дальняя, всего километров сто, часа за два на машине доедем.
— Хорошо, — отвечаю. — Поехали если не далеко, и вспоминаю: «Когда в Томске учился, то добирался домой на каникулы в Кемерово на самолёте АН-2, местных авиалиний, или на самолёте АН-24, то в зале ожидания на табло с расписанием вылетов самолётов видел и пункт назначения — Пихтовка». Что же это за поселение? Интересно. Поедем, посмотрим. Тем более, что, по словам Татьяны, рядом с Пихтовкой протекает речка Бакса. Тоже интересно на речке побывать. Но всё же были сомнения: туда самолёты летают, а мы на машине…

   У меня машина — Москвич 2141, переднеприводная, с шестёрошным движком. Скорость набирает быстро. Максимально, что я мог выжать из своей машины — это 140 км/час, но такая скорость не к чему. Сотка, как крейсерская, вполне достаточная. Москвич 2141 с родным москвичёвским мотором так же может развивать 140 км/час. Однако, выходит на такую скорость долго. Как бы это сказать — тупит. Хотя все Москвичи 2141 называют Зубилами, но дорогу они держат отлично, не болтаются из стороны в сторону, по сравнению с Жигулями.

   Выехали из Краснообска, далее: Советское шоссе, ул. Ватутина, Широкая, Станиславского, Станционная, Большая, Колыванское кольцо, и затем, почти строго на север, по Колыванскому шоссе. По этой дороге, проезжали мимо села Марусино, Приобского, вспоминаю, что я, до сокращения будучи научным сотрудником, ставил опыты на капустных полях этого совхоза, купался в старице, расположенной рядом с трассой (спуск с дороги к старице крутой и большой). Проехали Кудряшовский. Рядом с ним Кудряшовский бор. Как-то ездил в этот лес по грибы — много не нашёл.

   Вот и Колывань, женский монастырь. Город Колывань особого впечатления не оставил — большая деревня, в ведь когда-то решался вопрос о проведении через него железной дороги, но провели её через Новониколаевск (ныне Новосибирск), Если бы железная дорога (ныне Транссиб) прошла через Колывань, то всё было бы иначе. Проехали Колывань. Дорога при выезде из него пошла в горку, свернули несколько вправо и… Асфальтовое покрытие трассы закончилось, пошла обычная грунтовка: где покрытая галькой, где песком, иногда просто земляная насыпь. Ещё хорошо, что лето, стоит сушь. Тем не менее встречаются большие и глубокие лужи в низинных участках дороги. Есть места с глубокими колеями и вдрызг разбитые тяжёлым лесовозным транспортом. Короче, дорога до Пихтовки, где хорошая, а где и с заморочками. Уточню: эта поездка была почти 25 лет назад. Возможно, сейчас всё по-другому. Едем мимо свёртков в пос. Скала, Амба, Боярка.

   В одном из мест переезжаем через рельсы узкоколейки. Чувствуется, что эта железная дорога не используется, заброшена. Наконец въезжаем в Пихтовку. Это тоже большая деревня, но есть, где на всякий случай, пополнить запас топлива для машины, и цена на бензин меньше, чем в Краснообске и Новосибирске.

   С 1925 по 1930 год Пихтовка относилась к Сибирскому краю РСФСР. В конце 1920-х годов здесь, а также севернее и северо-восточнее территория стала относиться к системе ГУЛАГа формируемого  — к обширной Шегарской спецкомендатуре Сиблага ОГПУ/НКВД СССР. Отсюда и далее на просторах к северу до самого Нарымского края в 1930-х — 1950-х годах были созданы многочисленные лагерные пункты и местные спецкомендатуры. Из интернета.

   До Пихтовки от Краснообска мы проехали 140 километров. Но, оказывается, Татьяна слукавила, брат живёт не в Пихтовке, а в Королёвке, а это ещё почти 25 километров, и дорога туда тоже не самая лучшая, насыпная, а слева и справа от неё болотистые места, озерки, заросшие камышом и рогосом, на некоторых озерках с открытой воде стайки чирков, уток. По бережкам бегают кулики. Вот бы ружьё было, можно было бы дичи добыть. Если не думать о дороге, то местность по-своему хорошая, романтичная. Итого в один конец мы проехали 165 км. С учётом обратной дороги 330 км.

   Подъезжаем к Королёвке, она почти на границе с Бакчарским и Шегарским районами Томской области. Ездят самосвалы, улучшают дорогу, что-то ссыпают на неё. По одной из границ села мелиораторы прорыли водоотводной канал. Местные жители рассказали, что в нём водилось много больших карасей. Когда, однажды, вода из канала ушла, то люди просто руками собирали рыбу, и никаких снастей не надо было.
   Дом брата. Возле него и сам хозяин с прутом в руке, пасущий стайку утят во главе с мамой уткой, щипавших травку. Поздоровались. Как бы в оправдание своего пастушества сказал, что коршун повадился, уже одного утёнка утащил. Он загнал утят, в огороженную металлической сеткой просторную клетку. Пригласил нас в дом. Хозяйки не было, ушла на работу в коровник, а работы в Королёвке мало, поэтому Татьянин брат занимался своим подсобным хозяйством. Куры, утки, корова. Он сходил в магазин, принёс что-то вроде Зубровки (не помню конкретно что), чтобы вечером посидеть за столом, выпить за встречу. Показал своё хозяйство, баню, строение, что-то вроде летней кухни, где находились: сепаратор, ручная маслобойка, вёдра и другое… Возле тёплой печки стояла гудящая, чуть не прыгающая фляга с зреющей брагой. А как же! Почти во всех деревенских домах, уважающий себя хозяин, ставил бражку для последующей выгонки самогона. Прошли времена, когда боролись с самогоноварением.

   Я попросил показать речку. Да, и искупаться было бы не плохо, смыть с себя дорожную пыль и пот, охладиться от дневной жары.  Пошли с Татьяной на Баксу, так называлась речушка, протекающая совсем недалеко от дома. Пошли по тропке, которая шла мимо поля с посадкой цветущей картошки, пропалываемая и окучиваемая старушкой. Поздоровались, пожелали хорошего урожая. Три, пять минут, и мы на Баксе. Речка небольшая, переплюнуть можно, но есть места, где она расширяется. Местами мелкая, можно в брод перейти. Есть и омуты, образующиеся в местах изгиба речки. К такому омуту, только без водоворота, и привела нас тропинка.  Здесь можно было окунуться-искупнуться.
   Сразу прыгать в воду я остерёгся. Был опыт ныряния в омут на речке Кисловка в Томской области. Нырнул, да ещё с крутого берега (хотел свою удалость показать перед подружкой) и чуть не утонул. Температура воздуха была под 30 градусов С, в воде около 4 градусов. От такого перепада температур перехватило дыхание, ноги начало сводить судорогой. Еле выполз на берег. Этот эпизод своей жизни я записал как стихотворение:
                Омут
Таёжная речка не прямо течёт,
Имеет изгибы, крутой поворот.
На резких изгибах река глубока,
В ней водится нечто… немеет рука.
Здесь рыба не плещет, вода не рябит,
Над всем этим кажется Леший стоит.
И Леший не друг, и Водяной злой,
Прячутся где-то со ржавой косой.
Здесь омут обжился, здесь тайна вокруг,
Если надо идти… иди с опасеньем друг.
Про омута козни наслышан любой,
Своей лишний раз не рискуй головой.
Над омутом высится кручи обрыв,
Который ждёт твой спешный порыв.
Возможно, споткнёшься и упадешь,
Свергнешься с кручи и пропадёшь.
Поглотит холодный, бездонный провал,
Найдёшь там приют, твоей жизни финал.
Много не надо гордиться отвагой своей,
Мол, мне всё ни по чём, здесь не топь.
Напрасно. В омуте кануло много людей
И вьётся, по сгинувшим в омуте, скорбь.
***
Я как-то прыгнул в омут с головой,
Покрасоваться я тогда хотел собой.
В меня как тысячи иголок впилось,
И сердце едва не остановилось.
Дыханье хомутом перехватило
И ноги жуткой судорогой схватило.
К подножию обрыва я едва доплыл,
Колотун напал, в кому чуть не впал.

P.S. Написано по воспоминаниям
посещения речки Кисловка. Томская область.

05 декабря 2022 года. Владимир Кривохижин

   К омуту на Баксе я спустился не торопясь, постепенно зашёл в воду. Она была не такая холодная, как в таёжной речке Кисловка, и позволяла купаться, не боясь охлаждения. Заплыв на середину водоёма я начал мерить глубину, стараясь ногами достать дна. Этого мне не удалось, и я прекратил это занятие, тем более что Татьяна говорила мне с берега, чтобы я не нырял. — Я боюсь, не ныряй — то ли со страхом, то ли с озабоченность, повторяла она. Я перестыл прыгать в воде, просто поплыл, и неожиданно попал ногой в притопленную рыбацкую сеть. Хотя я был в омуте, всё же слабое течение было и меня сносило в эту сеть. Кое как выбравшись из сети, решил для интереса приподнять её, вдруг там что-то есть. Там была щука сантиметров 40, 50.

   Сеть не моя, значит и щука не моя. Однако, халявная добыча соблазняла, поэтому мы с Татьяной решили присвоить щуку себе. А как? это с лодки сподручно: затянул часть сети в лодку и выпутывай рыбу из неё. Задача! И щука, живая или нет? А то прихватит руку и буду я рядом с ней болтаться в сети. На всякий случай попросил Татьяну бросить мне какую-нибудь палку. Нашла, бросила. С палкой, подплыв к щуке, борясь с течением, я как бы сделал контрольный выстрел ей в голову. С трудом высвободил зубастую и доставил на берег. Потом сварили из неё уху.

   Вечером посидели, слегка выпили, поговорили. Больше Татьяна беседовала со своими родственниками. Где-то, как-то разместились в доме на ночёвку. Переночевали. На следующий день, после завтрака, брат повёл нас к своему знакомому, у которого была лодка, чтобы Татьяна со мной поплавала по Баксе.
— Пожалуйста, берите, сказал знакомый брата, и выдал нам вёсла. Лодка, приткнутая к берегу, стояла ниже по течению от знакомого омута. Решили плыть против течения, через омут и дальше, дальше насколько хватит сил, терпения и интереса. А было интересно. Слева от нас поднимался правый покрытый лесом коренной берег Баксы. Справа — низкий левый берег без высоких деревьев, у которого причалены несколько лодок (одна из них почти сгнила). Дальше от берега видны деревянные дома Королёвки. Плывём, течение еле ощущается, поэтому продвигаемся относительно быстро. Подплываем к сужению речки, которая делает поворот на право, проходим этот поворот, и вдруг открывается знакомый нам омут. «Ага», думаю, здесь же сеть стоит, можно её ещё раз проверить, с лодки удобнее. Проверка показала отсутствие в сети рыбы. Ну что ж, не всё коту масленица.

   Плывём дальше против течения Баксы, которая отнюдь не однообразная,
Проходим плёс, местами по краям заросший водной растительностью. Здесь Бакса шире, течение вообще не ощущается. Размеренно, неторопливо взмахиваю вёслами, почти релаксирую, с удовольствием рассматриваю открывающиеся природные панорамы речки и её берегов. Неожиданно, левым веслом цепляюсь за что-то мягкое. Оказалось, что я зацепил ещё одну притопленную кем-то сеть. Поднимаю её немного над водой и о … ужас! Лучше бы я этого не делал. Вся сеть заилена, её, видимо, «сто лет» никто не проверял и не очищал. Недалеко от моей руки в сети рыба и не просто мёртвая, а конкретно дохлая и облезлая. Хорошо ещё не как у Николая Васильевича Гоголя: «Тятя, тятя, наши сети притащили мертвеца». Посовещавшись, мы решили: не нами сеть ставлена и не нам с ней разбираться. Так уж решили. Позднее, местные сказали, что так бывает, может хозяин этой сети, как и рыба в ней, тоже давным-давно того … да и вообще вся Бакса уставлена сетями, так что всякое может быть. Поплыли дальше.

   Вскоре плёс стал заканчиваться, сужаться, появился небольшой порог, на котором течение реки заметно усилилось, и мне пришлось уже прикладывать силу рук, чтобы идти в верх по Баксе. Продвигаемся по чуть-чуть, но всё-таки движемся. Вода прозрачная, видно дно: где песчаное, где с камушками, а где с растениями. Пройдя порог остановились перевести дух, осмотреться. Вот он правый высокий берег Баксы и совсем недалеко видны сосны, ели — в общем лес, в котором можно поискать что-нибудь таёжное и съедобное. Заманчиво с болотистой равнины сразу оказаться в тайге, она в каких-то десятков метров, и я пошёл.
   Перейдя в брод Баксу по перекату, я «на карачках» стал подниматься в верх по обрывистому берегу, цепляясь руками за что придётся. Поднялся, встал, пошёл, но не всё так просто. Я попал как бы в девственно-дремучий лес. Здесь не чистый сосновый бор, а темнохвойная тайга с поваленными стволами деревьев, лежащих как попало. Некоторые ещё были с отслаивающейся корой, под которой виделась работа короедов. Некоторые уже почти истлели, если я их задевал, то тронутое место рассыпалось. На точащих комлях топорщились корни с многочисленными паутинами. Идти было очень не просто: спотыкался, перелазил через упавшие стволы, отмахивался от мошки и комаров. Искать тут что-то типа съедобных грибов — занятие бесполезное. Как бы ноги не переломать, не грохнуться, потому что каждый шаг вперёд давался не просто — везде препятствия. И этот эпизод посещения берега Баксы я описал в стихотворении:
Лесная чаща
Томская область

Там, за Пихтовкой, Бакса протекает,
Где водится щука и мелочь мелькает.
   За речкой равнинной темнеют леса,
   Где можно увидеть тайги чудеса.
Однако, желательно туда не ходить!
Хуже всего в одиночку бродить.
   Там, за Баксой, тайги бурелом,
   Прогулка с релаксом? Будет облом!
Вам предстоит не просто гулять! —
Городские газоны легко топтать.
   Сумрак, как вечер, тени вокруг.
   Скрип, подозрительный звук.
Воздух обычный? Нет, не привычный.
Может быть он неприличный?
   Запах листвы, ободранной коры,
   Гниющих стволов, потёков смолы.
Но всё равно охота вдыхать,
Полной грудью место познать.
   Но не зевай, — кругом завал.
   Здесь настоящий ветровал!
Лежат деревья, — мхом уж обросли,
От некоторых остались только пни.
   Влево шагнёшь, в ямку попадёшь,
   Вправо, — споткнёшься, упадёшь.
Прямо в путь идти бы надо,
Но нельзя, опять преграда.
   Поперёк бревно лежит,
   И сучками, — как манит.
Мачете тоже не поможет, —
Бревно срубить никто не сможет.
   Бензопилу с собой носить?
   Мухоморов насмешить.
Если смелый, то шагнёшь.
Все брючины оборвёшь.
   Там коряжины, там топь
   Присосать желает плоть.
Паутины — пруд пруди,
Ты туда только зайди.
   Паутина всё облепит:
   В рот, глаза, за шиворот залезет.
Комары, звонцы, клещи кругом.
Бурелом для них родимый дом.
   И в количестве огромном,
   Может даже миллионном.
                ***
Я как-то влез в чащу однажды.
Больше не испытываю жажды
По лесным трущобам шастать,
И клещами под рубахой хвастать.

Февраль — Март 2020 года
       Владимир Кривохижин

   Конечно, в этом стихотворении я намеренно несколько сгустил все краски, но это было сделано для придания более яркого представления о не гостеприимстве места, в которое я попал. Я не хочу сказать, что все берега Баксы такие не дружелюбные. Если бы я высадился в другом месте, то там, возможно, было бы очень даже комфортно. Ну, да ладно! Это всё равно, как маленькое, но запоминающееся приключение. Стряхнув с себя несколько клещей, сажусь за вёсла, и мы уже вниз по течению поплыли по речке через плёс, через омут к селу, к месту, где брали лодку. Ближе к вечеру собрались домой, поехали по уже знакомой дороге в Краснообск.

   Фото из интернета

   23 февраля 2026 года.                Владимир Кривохижин