Воскрешение

   Не предвещало то утро ничего интересного. Отперев дверной замок сельского отделения милиции, я прошёл в свой кабинет участкового-уполномоченного и принялся вдумчиво и монотонно разгребать текущие материалы проверок. Жалобы на соседей, родственников, бездомных собак и инопланетян. Работа невесёлая, но необходимая. И как писал классик: - «Не шалю, никого не трогаю, починяю примус». И вдруг слышу, открывается дверь отделения - шаги, взволнованные, но настойчивые. В дверном проёме кабинета появляется Валентина Федоровна. Хорошая женщина, в нашем ЖЭКе дворником работает. Знаем мы друг друга давно, раньше у неё возлюбленный частенько безобразничал. Приходилось выходить, усмирять, объяснять взрослому на вид человеку элементарные правила поведения в обществе и в семье. Но ведь расстались они уж больше года назад, неужто вернулся. Нет, по глазам её вижу - случилось страшное!
     - Дмитрий Юрич, - прямо с порога, без приветствий, ну, что ж, я понимаю, не на чай пришла, - там, это... Я к Галке зашла, а она того, не дышит!
        -  Здравствуй, Валя. Присядь, расскажи по порядку, с чувством, с толком, с расстановкой, что за Галка, куда ты зашла, почему не дышит?
         Отдышавшись и собрав волю в кулак и мысли в кучу, Валентина Федоровна поведала уже более подробно. Оказалось, что не далее как час назад она решила навестить свою подругу Галину, на стук дверь в квартиру никто не открыл. Но дверь оказалась не заперта. В квартире тихо, зайдя в комнату она увидела подругу лежащую на диване мёртвой.
       - А как ты определила, что она мертва?
       - Не знаю, лежит, не отзывается, вся синяя какая-то, мне страшно стало я бегом к тебе.
       - Что ж, поедем проверим твою подругу.
       Поднялись на пятый этаж, дверь действительно не заперта и на первый взгляд, следов взлома не имеет. Толкнул дверь, вошёл в квартиру, и тут же хотел выйти. Смрад - невыносимый. Воняло перегаром, дешёвым куревом, биологическими выделениями и слежавшейся грязной одеждой. Однако характерного трупного запаха я не услышал. Хотя свежеупокоившиеся почти не пахнут. Обстановка, как вы понимаете, соответствовала амбре. Пустые и битые бутылки из под спиртного, нещадно раздавленные окурки. Липкие лужи невесть чего на полу и прочее непотребство. Но опять, как пишут, в протоколах следов борьбы и волочения нет. Прохожу в комнату. Пейзаж тот же, но дополнен стоящим у дивана журнальным столиком грязной посудой и остатками закуски, вперемешку с теми же, но уже заплёванными окурками.
       На диване, уперевшись лицом в спинку, лежит некогда бывшее женским тело. Открытые участки кожи имеют цвет от жёлтого до фиолетового. Глаза открыты, но признаков жизни не подаёт. Я включаю карманный фонарик и со словами:
        - Труп, человеческий, обыкновенный. - наклоняюсь на ним, с целью проверить реакцию зрачка на свет.
       В этот самый момент «покойница» поворачивает голову в мою сторону, взгляд её становится осмысленным, и спрашивает:
        - Ты кто? Чё надо?!
        - Аллилуйя! Я Иисус Христос - супер звезда!
        Валентина Федоровна, наблюдавшая до сего момента с проёма комнатной двери, почему то моей радости по поводу чудесного воскрешения не разделила и покинула нехорошую квартиру со сверхзвуковой скоростью. Долго она потом мне на глаза не попадалась. Может, просто так совпало.
      Обменявшись для порядка с воскресшей парой фраз, я вернулся в отделение. Но утро уже играло совершенно другими красками.