Следующий ты. Глава 2. Маньяк

Глава 2. Хронометр

17 октября, 20:45

Глеб сидел в машине и тупо смотрел на приборную панель.

Прошло тридцать шесть часов с того момента, как он увидел свое имя на мониторе мертвого программиста. Тридцать шесть часов бессонницы, бесконечных звонков, бесполезных экспертиз и ментовского юмора, которым коллеги пытались скрыть собственную тревогу.

— Да брось, Глеб, — хлопал его по плечу опер Олег Рыбин. — Это понты. Хакер взломал комп, написал страшилку, а мужик реально от сердечного приступа склеился. Совпадение.

— А фамилия моя откуда?

— Из базы. Ты же дело завел, ввел данные. Комп же включен был, все видел.

Логично. Слишком логично. Костров даже почти поверил.

Почти.

Потому что патологоанатом, старый циник Семен Маркович, позвонил сегодня утром и сказал только одну фразу: «Глеб, у парня адреналин зашкаливал так, будто он слона увидел. За пять секунд до смерти. Сердце здоровое, как у быка. Он не умер — его убили страхом».

И вот теперь Костров курил в машине, слушая вой ветра за стеклом, и ждал.

Чего именно — он не знал. Приказа отстраниться от дела? Нового сообщения? Смерти?

Телефон завибрировал. Рыбин.

— Глеб, ты где?

— В машине.

— Дуй в «Лазурный берег». Трупов нашумело.

— Что за труп?

— Блогерша местная. Вика Ветрова. Триста тысяч подписчиков, грудь четвертого размера и мозг размером с...

— Когда умерла?

— С час назад. Только нашли. Поехали, там уже пресса вьется, как мухи.

Костров взглянул на часы. 20:47.

— Еду.

Он выжал сцепление и вписался в поток, молясь только об одном: чтобы это было обычное убийство. Бытовуха. Ревность. Ограбление. Что угодно, только не...

Не то же самое.

«Лазурный берег» оказался элитным жилым комплексом в центре города. Охрана на входе, шлагбаум, подземный паркинг, дорогие машины и запах больших денег, смешанный с запахом свежего ремонта.

У подъезда уже толпились люди в форме, мелькали синие всполохи мигалок, а чуть поодаль маячили несколько человек с камерами и микрофонами. Рыбин был прав — пресса уже тут. Труп блогерши — это хайп, это рейтинги, это деньги.

Костров протиснулся сквозь толпу, показал удостоверение охраннику и вошел в подъезд. Лифт, зеркала, мягкий свет, кожаные панели. Семнадцатый этаж.

Дверь в квартиру была распахнута. Изнутри доносились голоса, вспышки фотоаппаратов, чьи-то приглушенные рыдания.

Костров вошел и замер на пороге.

Квартира была воплощением инстаграмной мечты. Белые стены, дизайнерская мебель, огромные окна в пол, на стене — неоновая надпись «LOVE». Везде цветы, свечи, мягкие игрушки. Идеальный интерьер для идеальных фото.

А посреди этого великолепия, на белом пушистом ковре, лежала девушка.

Она была красива даже сейчас. Длинные светлые волосы разметались по ворсу, идеальный макияж, платье в пол, босоножки на шпильках. Руки сложены на груди. Будто позировала для фото.

Глаза открыты. В них — тот же ужас, что и у программиста Максима.

— Кто нашел? — спросил Костров, проходя в комнату.

— Помощница, — ответил Рыбин, кивая на заплаканную девушку в углу, которую успокаивала женщина-психолог. — Пришла в восемь вечера, как обычно. А Вика... Вика уже не дышала. Она сразу вызвала скорую и нас.

— Во сколько нашли?

— Примерно в 20:20. Скорая приехала через семь минут, констатировали смерть. Примерно час-полтора назад.

Костров посмотрел на часы. 21:03.

— То есть между 19:30 и 20:00.

— Где-то так.

Костров подошел к телу, присел на корточки. Те же серые кожные покровы, те же остекленевшие глаза. Ни ран, ни следов борьбы. Платье не смято, волосы в порядке. Даже босоножки на месте.

— Эксперт здесь?

— Здесь я, — из соседней комнаты вышел Вадим. Увидев Кострова, он помрачнел. — Глеб... тут такое дело.

— Что?

— Иди сюда.

Костров прошел за ним в спальню. Там, на туалетном столике с огромным зеркалом в подсветке, стоял ноутбук. Раскрытый. Включенный.

На экране, поверх заставки с изображением самой Вики в купальнике на Мальдивах, висело белое сообщение на черном фоне:

ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ. 17.10

Костров похолодел.

Сегодня семнадцатое.

— То же самое, — тихо сказал Вадим. — Я проверил. Висит поверх всего, не закрывается. И дата совпадает.

— Когда она умерла?

— Точно скажет вскрытие, но... Глеб, смотри.

Вадим подошел к окну и показал на подоконник. Там стоял айфон на зарядке. Экран телефона горел.

Костров нагнулся.

На айфоне, в приложении «Камера», был открыт последний снимок. Видимо, Вика хотела сделать фото — может, себя, может, закат за окном. Но снимок получился странным.

На нем была та же комната. Те же стены, тот же ковер, та же неоновая надпись. Но в отражении огромного зеркала, висящего напротив окна, виднелась фигура.

Человек в темном. Лица не разобрать. Стоит в дверях спальни и смотрит на Вику.

Время снимка — 19:57.

— Она сфотографировала убийцу, — выдохнул Костров. — Случайно. Он стоял сзади, а она снимала себя через зеркало...

— И не заметила, — кивнул Вадим. — Посмотри на ее лицо. Она улыбается. Делает селфи. А он стоит в двух метрах за спиной.

Костров всмотрелся. Действительно — Вика смотрит в телефон, поправляет волосы, улыбается. А за спиной — черный силуэт.

— Но как она его не увидела? В зеркале же видно!

— А ты посмотри, куда она смотрит. В телефон. Она кадрировала снимок, возможно, даже не глядя в зеркало. А когда подняла глаза... — Вадим замолчал.

Костров представил эту картину. Девушка делает селфи, любуется собой, потом поднимает взгляд на зеркало — и видит за спиной фигуру. Человек, который вошел бесшумно. Который стоит и просто смотрит.

Что она сделала? Закричала? Убежала?

Но на теле нет следов борьбы. Значит, не убежала. Значит, замерла от ужаса. А потом...

— Глеб! — крикнул из комнаты Рыбин. — Глеб, иди сюда, быстро!

Костров выбежал в гостиную. Рыбин стоял у окна и показывал на стену.

Там, на белой поверхности, висели старые механические часы. Массивные, явно антикварные, с римскими цифрами и длинным маятником.

Маятник не двигался.

Стрелки замерли на цифрах.

21:00 ровно.

— Они сломались? — спросил Рыбин.

Костров подошел ближе. Часы явно были дорогими, ухоженными. Рядом на столике лежала заводная головка.

— Их завели сегодня, — сказал он, трогая пружину. — Механизм рабочий. Они не могли просто так остановиться.

— Тогда почему?

Костров смотрел на замершие стрелки и чувствовал, как внутри нарастает холод.

— Потому что в 21:00 что-то произошло. Что-то, что остановило время для Вики.

Он резко развернулся к Вадиму.

— У программиста время смерти какое?

— Ночью. Часа два-три. А что?

— Точнее!

Вадим пожал плечами.

— Ну... экспертиза показала промежуток с 2:45 до 3:15. А что?

Костров достал телефон, пролистал фото с места преступления. На одном из снимков, сделанных криминалистами, в углу комнаты Максима виднелись настенные часы. Электронные. С цифровым табло.

Он приблизил снимок.

Табло показывало 03:00.

— Твою мать, — выдохнул он. — Ровно три ночи.

— Что? — не понял Рыбин.

— Время смерти. У программиста — 3:00. У Вики — 21:00. Ровно. Минута в минуту. Они умерли не просто в указанную дату — они умерли в конкретное время.

— Совпадение, — неуверенно сказал Рыбин. — Мало ли...

— Да? А часы? У программиста электронные часы показывали 03:00. У Вики механические остановились на 21:00. Оба прибора фиксируют точное время смерти. И оба... Где ноутбук Вики?

— В спальне.

— Неси.

Рыбин принес ноутбук. Костров уставился на экран. Сообщение висело все там же: «ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ. 17.10».

— Вадим, посмотри свойства файла. Когда оно появилось?

Вадим поколдовал с клавишами, что-то набрал.

— Файл создан семнадцатого октября. Сегодня. В 20:58.

Костров резко выдохнул.

— За две минуты до смерти. Он написал ей сообщение, и через две минуты она умерла. А часы показывают 21:00.

В комнате повисла тишина.

— Глеб, — тихо сказал Вадим, — я, конечно, не специалист по маньякам, но... это же невозможно. Сообщение приходит за две минуты. Как он успевает? Где он находится в этот момент?

Костров оглядел комнату. Входная дверь — закрыта изнутри на щеколду. Окна — семнадцатый этаж, не влезть. Балкон застеклен. Никаких следов.

— Он был здесь, — тихо сказал Костров. — Когда она делала последнее селфи, он стоял у нее за спиной. А потом... потом просто исчез.

— Но как?!

Костров покачал головой. Он не знал. Но одно он знал точно.

Завтра восемнадцатое.

И его имя уже в списке.

Телефон в кармане завибрировал. Костров достал его, глянул на экран и почувствовал, как сердце пропустило удар.

Новое сообщение.

Отправитель неизвестен.

Текст:

ТЫ ЗАМЕТИЛ ВРЕМЯ. ХОРОШО. ЗАВТРА В 21:00 НЕ ОПОЗДАЙ.

Он поднял глаза на часы на стене. Они по-прежнему показывали 21:00.

Но на его наручных часах было 21:01.

Минута прошла.

А стрелки не двигались.

Купить книгу можно на Литрес, автор Вячеслав Гот. Ссылка на странице автора.