39. Тогда же, Ридольфо Фиорованти Аристотель

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

Уроженец Болоньи, он появился на свет в семье архитекторов в 1415 году и продолжил родовое дело, стремясь превзойти своих предков. К 60 годам Аристотель наработал огромный авторитет. Он занимался самыми разнообразными работами: реставрировал мосты, рыл каналы, выпрямлял здания, проектировал подъёмные устройства. Отметился в Венеции, Флоренции, Мантуе, Риме, Неаполе. Побывал даже за границей, возводя мосты через Дунай по заказу Матвея Венгерского. А за передвижение 24-метровой колокольни совет Болоньи присвоил Аристотелю звание старейшины ложи каменщиков и назначил пожизненный пенсион.

Пожилой архитектор в целом был доволен жизнью и деяниями. Лишь раз у него случилась откровенная неудача, когда в Венеции рухнула и придавила до смерти несколько человек выпрямляемая им башня. Аристотелю тогда пришлось бежать из города. А не так давно его подстерегла ещё одна неприятность. В родном городе старого Фиорованти арестовали по подозрению в фальшивомонетничестве. И хотя суд вынес оправдательный приговор, архитектор сильно обиделся на соотечественников и решил уехать из Болоньи, как только появится какой-нибудь богатый клиент.

На руках у него имелось два приглашения: от турецкого султана и от московского гранд-дукса. Фиорованти выбрал второй вариант, сторговавшись на ежемесячное жалование в два фунта серебра. Требовалось возвести кафедральный собор. Свою роль в выборе сыграл не только денежный вопрос, но и те обстоятельства, что Московия являлась христианской страной, в которой служило много итальянцев.

По маршруту Италия-Германия-Балтийское море-Псковщина-Новгородчина-Московия Аристотель отправился в составе посольства Семёна Толбузина вместе с сыном Андреа и слугой Пьетро. Виденные города Русии поразили обилием построек из дерева. При подъезде к столице Аристотель представил, какое сильное впечатление производили белокаменные стены Кремля, когда их только возвели, но ныне отметил, как они утратили свой блеск, обвалившись и износившись во многих местах, которые заменили деревянным частоколом.

При осмотре развалин Успенского собора Аристотель подтвердил, что «известь не клеевита, а камень не твёрд», но что он сумеет построить устойчивое к землетрясениям здание по образу и подобию Успенского собора во Владимире, показанного ему по дороге в Москву.

-Только следует ставить собор из кирпича, - предупредил итальянский зодчий. - За внешний вид не волнуйтесь. Я облицую здание белым камнем, поэтому оно будет сиять не хуже свежего снега. Кроме того, я бы предложил небольшие отличия от владимирского храма в пользу улучшения. Например, не разделять так тесно внутреннее пространство на секции. Это сделает храм визуально просторнее, шире и светлее.

Московский гранд-дукс дал добро и Фиорованти взялся за дело. Трудности подстерегали в самых неожиданных местах. Выяснилась непригодность качества местного кирпича. Пришлось строить завод по изготовлению настоящих кирпичей и устанавливать для них единый стандарт. Пока всё это устраивалось, Аристотель соорудил камнебитную машину, на которую москвичи ходили смотреть как на чудо, и избавился от оставшихся развалин. Работы предстояло непочатый край.