Омовение

Мамы нет уже оказывается двадцать лет" - подумала она удивившись. А  разговаривает она с ней каждый день, чувствует мамино присутствие ежедневно. Вот сейчас мама бы непременно  пошутила, назвав  ее бандиткой, а потом посетовала  бы на то, какие нынче времена.
А совсем недавно во сне мама  клубникой угощала, да такой сладкой, крупной. Много-много  клубники было, везде разложена, по всем столам, полочкам, тарелкам.
Со свекровью отношения никогда не ладились.  Мамина ровесница. Сыновья ее разъехались в разные стороны, звонят изредко, внуки по разным странам, только фотографии  присылают.
-Фу ты! Страсть овражья! – бурчит свекровь, глядя на обновки для детей. Не могла что ли посимпатичнее чего выбрать?
Сноха ждала одобрения и похвалы, а получила выговор. На что денег хватило, то и купила. Хорошие теплые курточки. Слезы близко, готовы прыснуть.
-Ну чего нюни то распустила? Артистка!
Двадцать лет прошло.
-Ох, никак я не умру, грехи видно не пускают.  – ноет свекровь залезая в ванну. -Спину мне потри! – уже строго приказывает она протягивая длинную мочалку.  – Да как ты держишь-то ее? Крепче держи и три сильнее! Воды, воды полей мне на руки!  Не видишь что ли, в мыле все!  А теперь на волосы лей! – сердится она, как бывало. Значит еще есть силы.
-Все! Выходи! Вылезать буду! Стой! Дверь-то не открывай, сквозняк устроишь!
Раньше сноха возразила бы, мол как же ей выйти из ванной, если дверь не открывать?  Теперь молчит, ждет новых приказаний.
- Ну все! Лечь хочу. Устала! – закуталась в халатик, опирается на предложенную руку и ковыляет в свою комнату.
-Пойдем, мама, приляжешь. – сноха обняла свекровь, впервые назвав ее мамой.
Чистая теплая свекровь как трепещущий мокрый осенний листик прижалась к ее гулко стучащему сердцу.
-Спасибо тебе, девочка! Спасибо.