Синодальный перевод Дар русскому народу

Когда свет Евангелия, воссиявший некогда от святого града Киева, озарил просторы земли Русской, народ принял Слово Божье на языке славянском — языке святых Кирилла и Мефодия, языке, ставшем для наших предков вратами к вере и просвещению. Но время неумолимо: языки людские, подобно живым водам, текут и изменяются. И настал час, когда древнее славянское наречие, сохранившее всю красоту и глубину богослужебного текста, сделалось для многих малопонятным. Люди внимали чтению в храмах, но смысл божественных глаголов ускользал от их разумения, оставляя душу алчущей и жаждущей. Ибо написано: «Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих». Но как может слово напитать, если звучит оно на языке, ставшем чуждым слуху?

Так возникла в русском народе великая нужда — нужда слышать голос Творца на своем, живом, современном наречии. И Господь, видя это сердечное томление, не оставил Свой народ без ответа. Он воздвиг мужей веры и знания, дабы совершилось великое дело — перевод Священного Писания на русский язык, который вошел в историю под именем Синодального.

Глава 1. Рассвет надежды: Начало перевода
В начале XIX столетия, в царствование императора Александра I Благословенного, когда после грозы двенадцатого года Россия переживала духовный подъем, пробил первый час этого великого труда. По высочайшему повелению и при деятельном участии князя Александра Николаевича Голицына, обер-прокурора Святейшего Синода, было основано Российское библейское общество. Цель его была подобна цели апостольской — нести Слово Божье всем народам, населяющим империю, на языках, им понятных.

В 1816 году государь, вдохновленный европейскими примерами и видя духовную пользу, повелел Синоду: «доставить и россиянам способ читать слово Божие на природном своём российском языке, яко вразумительнейшем для них славянского наречия». Сие повеление было встречено с радостью теми, кто понимал нужды народного просвещения. Руководство переводом было возложено на вице-президента Общества, архимандрита Филарета (Дроздова), будущего митрополита Московского, мужа глубокого ума и пламенной веры. Труды закипели. Уже в 1819 году увидело свет Четвероевангелие, а в 1822 году — полный русский Новый Завет. Радость верующих была неописуема. Казалось, солнце правды восходит над русской землей.

Глава 2. Наступление тьмы: Годы гонений
Но, как всегда бывает в великой борьбе между светом и тьмой, враг рода человеческого не дремал. Успех Библейского общества вызвал зависть и опасения в стане тех, кто полагал, что Священное Писание должно оставаться достоянием лишь духовенства. Они видели в распространении Библии среди простого народа угрозу церковным устоям и собственной власти. «Не давайте святыни псам», — твердили они, истолковывая сии слова превратно. Начались интриги. Князь Голицын, верный покровитель Общества, был отстранен, а его место занял митрополит Серафим, человек иных воззрений.

В 1826 году, уже при императоре Николае I, деятельность Российского библейского общества была прекращена. Перевод Ветхого Завета, дошедший до книги Руфь, остановился. Наступили долгие годы молчания, когда даже мысль о русской Библии казалась крамольной. Но, как говорит Писание, «слово Божие не вяжется». Семя, посеянное в добрую почву, не могло погибнуть навсегда. Оно таилось под спудом, ожидая своего часа.

Глава 3. Второе дыхание: Труды профессоров
Час этот пробил после восшествия на престол императора Александра II, Освободителя, даровавшего свободу и крестьянам, и церковной мысли. В 1858 году Святейший Синод, по высочайшему утверждению, постановил: перевод на русский язык необходим и полезен, но не для богослужения, где славянский текст должен оставаться неприкосновенным, а для «пособия к разумению Священного Писания».

И вновь закипела работа, но уже с новой силой и на новом научном уровне. Перевод был поручен профессорам четырех духовных академий — Петербургской, Московской, Киевской и Казанской. То были мужи, испытанные в знании древних языков, подвижники науки и веры. Среди них особенно потрудились М.А. Голубев, Д.А. Хвольсон, Е.И. Ловягин, П.И. Савваитов и многие другие.

В 1860 году вышел новый перевод Четвероевангелия, в 1862 — остальных книг Нового Завета. Одновременно началась многотрудная работа над Ветхим Заветом. Переводчикам предстояло разрешить сложнейшую задачу: как соотнести древнееврейский (масоретский) текст, положенный в основу, с греческим переводом семидесяти толковников (Септуагинтой), на котором зиждилась славянская Библия. Митрополит Филарет, несмотря на преклонные годы, до самой своей кончины в 1867 году лично вникал в каждую деталь, составляя наставления для переводчиков в случае расхождений между текстами. Окончательная редакция легла на плечи Святейшего Синода и, в особенности, протопресвитера Василия Бажанова.

Часть за частью выходили ветхозаветные книги: Пятикнижие в 1868-м, исторические книги в 1869-м, учительные в 1872-м, пророческие в 1875-м. И наконец, в 1876 году свершилось событие, которого ждали десятилетиями: из печати вышла полная русская Библия. Труд, начатый в начале века, был завершен.

Глава 4. Значение и судьба перевода
Сей перевод, нареченный Синодальным, ибо он был издан по благословению и под руководством Святейшего Синода, стал поистине краеугольным камнем русской духовной культуры. Он не был лишен недостатков — критики указывали на тяжеловесность языка, на излишнюю близость к греческим и еврейским конструкциям, на некоторые неточности. Уже тогда, в XIX веке, он казался кому-то устаревшим. Но главное было совершено: Слово Божье заговорило с русским человеком на его родном языке.

В огненные годы гонений XX века, когда церковнославянский язык был почти забыт, а вера подвергалась жесточайшим испытаниям, Синодальный перевод стал для миллионов той самой скалой, на которой они устояли. Митрополит Иларион (Алфеев) назвал его «Библией новомучеников». Именно по нему исповедники веры черпали силы, по нему учили детей, по нему утешались в застенках и ссылках.

Для инославных христиан России — баптистов, евангелистов, пятидесятников и других — Синодальный перевод стал тем самым светом, который привел их к познанию истины. Они читали Евангелие на понятном языке и, подобно первым христианам, сверяли с ним свою жизнь. Не случайно именно после выхода Синодального перевода в России началось массовое пробуждение, приведшее к рождению протестантских общин. Люди, получив возможность читать Слово Божье сами, находили в нем ответы на вопросы, которых не находили в обрядовой стороне традиционного благочестия.

Глава 5. Сквозь бури века
Судьба Синодального перевода в XX веке была подобна судьбе самого христианства в России. После революции его издание было прекращено. Лишь в 1926 году, благодаря усилиям Ивана Проханова, лидера евангельских христиан, удалось выпустить Новый Завет, а в 1928 — канонические книги Ветхого Завета в новой орфографии. Но вскоре наступили годы мрака, когда любое упоминание о Библии могло стоить жизни.

И только после Великой Отечественной войны, когда государство несколько смягчило свою политику по отношению к церкви, в 1956 году в Москве вышло первое советское издание Синодальной Библии. Оно было подготовлено под редакцией профессора А.А. Осипова и положило начало новому этапу в жизни перевода. Затем были издания 1968, 1976, 1983, 1988 годов. Тысячи и тысячи экземпляров, распространявшиеся сначала с великими трудами, а после тысячелетия Крещения Руси и вовсе свободно, несли свет истины в миллионы домов.

И ныне, в XXI веке, Синодальный перевод остается основным и самым авторитетным русским переводом Библии. Несмотря на появление новых, более современных переводов, он по-прежнему звучит на богослужениях, на домашних чтениях, в сердцах верующих. Ибо есть в его строках та особая, веками выверенная сила и благодать, которая питает душу и наставляет на путь истины. Как написано: «Слово Твое — светильник ноге моей и свет стезе моей». И свет этот, зажженный трудами праведников, не угаснет вовек.