Рецензия на книгу Волчицы

ЗАПИСКИ ИЗ ДУШНОГО ДОМА

Перед нами триллер французских писателей Пьера Буало и Тома Нарсежака, объединившихся под фамилией Буало-Нарсежак, написанный в 1955 году.
Многие рецензенты отметили явную принадлежность "Волчиц" к французской детективной школе. Я пока слабо с ней знаком, но начинаю догадываться об особенностях галльского детектива. Вспомнился советский мультик для взрослых "Ограбление по...". Французское ограбление в нём декорировано в самые мрачные, нуарные тона, пропитано отравленной, нездоровой атмосферой. Вероятно, режиссёр читал книги упомянутого писательского тандема.
Теперь - к сюжету «Волчиц».

В квартире, в оккупированном немцами Лионе (время действия - 40-е годы ХХ века), живут трое. Молодой человек по имени Жерве (ввиду почти непреодолимых обстоятельств - авантюрист) и две сестры - Аньес и Элен. Жерве, добравшийся до лионского прибежища едва живой, вольно или невольно становится заложником тайн, интриг и недоразумений. Впрочем, интриги "душного дома" кажутся мне несколько надуманными, искусственно созданными. Вспоминая ВОВ и Россию тех лет, хочется бросить в лицо героиням: "Заелись".
Да и герою тоже. Вот она, природа человеческая: сначала мечтаешь лишь о том, чтобы поесть и согреться, а вскоре, избалованный сытостью и теплом, жаждешь утянуть в постель хотя бы одну из сестёр (каков выбор!). Это человек. И это правила игры, придуманные писателями.
А среди них, как мне известно, Буало отвечал за сюжет, а Нарсежак - за копания в грязном белье, рефлексии и паранойи.
Внешний мир в романе появляется лишь эпизодически. Всё остальное время мы наблюдаем загадки, сплетни и пикировки в стенах странной квартиры.
На мой взгляд, диалоги не совсем убедительно живописуют её атмосферу - чересчур деликатны. О тяжёлой обстановке мы узнаём в основном из мыслей Жерве. Даже грубая и вульгарная (по описанию беглеца) Жюлия не производит своими репликами впечатления хабалки. Так задумано? Не знаю.
Тема яда - буквального и небуквального - пронизывает повествование. Я совершенно случайно выдумал название данного отзыва. Просто по ходу размышлений о "Волчицах", пришло на ум сопоставление каторжной жизни Достоевского, автора «Записок из мёртвого дома», и его последующего творчества. В котором он очень немного внимания уделял злодеям грубого пошиба, коих на каторге повидал немало, и почти все свои силы ополчил против негодяев тонкого, культурного типа.
Так и в рецензируемом мною романе суровые будни оккупированного города, стрельба и немецкие патрули соседствуют с параллельным миром сытости и внешнего благополучия. Но... Это то место, где тебя способны зарезать без ножа. Впрочем, повторюсь: нездоровый воздух мы ощутим скорее из возможности читать мысли героя, нежели из-за разговоров героинь.
Вообще, всех обитателей нехорошей квартирки следовало бы одеть в гимнастёрки, усадить за самовар и порядком встряхнуть - прекратить всё то наваждение, которое мы, по воле авторов, вынуждены наблюдать. Впрочем, я понимаю: рассказы о стандартных, бытовых преступлениях мало кому интересны...

И, тем не менее, благодаря моих милых французских друзей за интригу и пару бессонных ночей, отмечу, что всё... до невозможности нудно. Ну-у-у-д-но... Правда, "Волчицы" невелики объёмом, но, честное слово, я сократил бы книгу ещё в два раза.
Это невыносимое растягивание рожек в спагетти заметил ещё при чтении "Той, которой не стало". И там главный герой без конца сходил с ума, и мне, ближе к концу, приходилось пропускать целые абзацы. Будь у этих двух романов светлый финал, я бы не ворчал, но...


Март 2024, Москва