Лесник

Никогда не понимал чудаков, именующих себя истовыми почитателями (проще говоря – фанатами) тех или иных известных личностей: писателей, художников, артистов… Поэтому отродясь не мотался по творческим вечерам знаменитостей. Не дежурил у концертных залов, в надежде сфоткаться со «звездой». Не следил пристально за личной жизнью кумиров в соцсетях…
Ни в коем случае не осуждаю вышеупомянутых звёздных фанатов. Если это приносит им хоть толику счастья, то почему нет. Да благословит их Заратустра!
Но лично мне вся эта фанатская чехарда совершенно безразлична. Лично меня абсолютно не интересует личность творца (уж простите за каламбур и тавтологию!). Мне дела нет до его личной жизни, стиля одежды и марки автомобиля, на котором он передвигается по планете Земля. Также мне совершенно фиолетово, что он, творец, предпочитает на завтрак! Меня, лично меня, интересует лишь РЕЗУЛЬТАТ его ТВОРЧЕСТВА!
Но, как известно, никогда не говори никогда! Однажды и сам сподобился.

Дело было так: увлёкся я помню, творчеством одной юной и, не побоюсь этого слова, гениальной певицы. Имя её, по понятным причинам, оглашать не буду. Условно назову её Анфисой. Творила Анфиса (а это было творчество в самом высоком понимании этого слова!) в стиле этно-фолк, куда элегантно вплетала элементы рока, кантри и блюза. Увидев однажды её выступление по телеку, я, что называется – ПРОНИКСЯ. Естественно, стал следить за её творчеством – покупал новые альбомы, смотрел концерты и ток-шоу с её участием и даже повесил на стенку плакат.
Голос Анфисы звучал в моём доме постоянно. Вдохновляясь им, я занимался спортом, грустил о не случившемся, мечтал о грядущих свершениях…
Да и сам я был не прочь исполнить её хиты: голосил их в голос утром, приплясывая под ледяным бодрящим душем. Потом намурлыкивал блаженно, наслаждаясь крепким горячим кофе. Напевал их по дороге на работу…
О моём музыкальном пристрастии знали все мои хорошие знакомые. Нехорошие, подозреваю, тоже!
Но, подчеркну, мне было интересно лишь творчество Анфисы, поэтому вышеупомянутые фанатские экзерсисы даже в голову не приходили.
Кстати, был у меня и ещё один так называемый «пунктик». А именно – любил я (да и по сей день люблю) гулять в окрестных лесах, коих у нас тут предостаточно.
Прошвырнуться в выходные по лесу – это для меня, в определенном смысле, святое! Идёшь себе, флорою любуешься, за фауной наблюдаешь, грёзам романтическим предаёшься… Красота!
Также необходимо заметить, что одеваюсь я в свои лесные «разгуляи» соответственно – старая донельзя застиранная толстовка, латаные-перелатанные джинсы, кроссовки… кроссовки если только каши не просят. Словом, не комильфо. Совсем не комильфо! А если учесть, что я несколько лысоват, а по выходным бываю и небрит – тот ещё «сценический образ» вырисовывается! Но я по этому поводу абсолютно не заморачиваюсь. В конце концов, не белок же мне в чащобе охмурять, не перед дятлами раскланиваться!

И вот в один прекрасный летний день, я по обыкновению отправился на традиционный воскресный променад. Не успел я углубиться в дебри лесные, приходит мне пространная, с долей ехидства, СМС-ка от одной моей хорошей знакомой: «Сегодня День молодежи. На стадике – концерт. Кроме прочих будет и твоя Анфиса гениальная. Уже приехала. Скоро петь начнёт. Хоть раз её в живую увидишь-услышишь. Так что поспешай, Дмитрий Евгеньевич, поспешай!»
На радостях я даже телефон поцеловал и, недолго думая, «поспешал». Да так поспешал, что не заметил какой-то притаившийся в траве пень. Споткнулся, упал, разодрал ладони и джинсы на коленях. Вскочил, отряхнулся и «поспешал» дальше.
Успел – благо вышеупомянутый «стадик» был «недалече».
Я не только успел к выходу Анфисы, но и имел «удовольствие» лицезреть выступления ещё пары-тройки так называемых звёзд и звёздочек многострадальной российской эстрады.
Не скажу, что публика встречала их на «ура». Так... народ вяло пританцовывал, неспешно посасывал пиво, снисходительно посвистывал… Но как-то без энтузиазма. Время, казалось, застыло…

И вот наконец Анфиса! Выпорхнула на сцену… Сияет-светится! Шутками шутит! Смехом смеётся! Прибаутками… повизгивает!
Тут народ уши-то и навострил.
Помню – первые гитарные аккорды… захватывающий ритм живых многоголосых барабанов! Голос! Переливы голоса! То низкие, то высокие! То глубокие… грустные! То звонкие, дерзкие, почти вызывающие! И вот она – МИСТИКА, вот оно – ВОЛШЕБСТВО – дамы позабыли про кавалеров, кавалеры позабыли про пиво! Все моментом позабыли обо всём! Что тут началось!
То, что творила Анфиса на сцене было сродни сверхъестественному шаманскому камланию! Казалось, она сама впала в некий мистический транс.
То, что творилось в толпе зрителей, иначе, как вокально-инструментальным трансом тоже не назовёшь – публика буквально неистовствовала!
Да и я не отставал – пел, плясал, в ладоши хлопал громче всех. Аж вспотел!
Но, увы, всё хорошее когда-нибудь кончается. Закончилось и невероятное выступление Анфисы. Но магия её голоса ещё долго не рассеивалась, она буквально витала в воздухе.
Народ стал подходить к Звезде за автографом. Предлагали расписаться кто на чём: на футболках, на купюрах, на бейсболках…
Ну, думаю, чем я хуже – подойду. Тем более, что блокнот и ручка у меня всегда с собой. Правда, человек я архи-стеснительный, почти робкий. Для меня на улице подойти к девушке и познакомиться – сюжет почти фантастический. А тут, шутка ли, у знаменитости автограф взять! Но всё-таки решился… подошёл.
При виде меня Звезда русского фольклора вздрогнула и сделала непроизвольный шаг назад.
«Ой, ужас какой!» - читалось в её округлившихся глазах. И её можно понять – стоит она, лицом прекрасная, вся в шедевры дизайнерского искусства упакованная, нежной фиалкой благоухает… И тут вдруг я – потный, лысый, с драными коленками… С харизматичной недельной щетиной. Тут не только глаза округлятся, когда к тебе чудо такое подкатит с блокнотом и ручкою наперевес!
- Не смотрите Вы на меня так, Анфиса… - ужасно смущаясь, чувствуя, что краснею, пролепетал я. – Просто я только что из леса прибежал…
- Откуда?! – округлившиеся было глаза звезды русского фолка стали почти квадратными. – Простите, откуда прибежали?!
- Из леса… - понимая, что несу абсолютную чушь, продублировал я.
Ответом мне было неловкое молчание.
Сообразив, что ситуация складывается крайне нелепая и необходимо из неё как-то выруливать, я взял себя в руки и уже достаточно внятно произнёс:
- Вы знаете, Анфиса, я, наверное – Ваш самый горячий поклонник! У меня даже все ваши альбомы есть. Я вас… Ваши альбомы… Я Вас почти каждый день слушаю! А сегодня… понимаете… Я по выходным в лесу гулять люблю. Поэтому попроще оделся и пошёл. А тут мне СМС, что Вы приехали и выступать будете. Вот я и прибежал… из леса…
 По мере того, как я рассказывал, лицо девушки смягчилось, посветлело, подобрело, стало даже приветливым.
- Не могли бы Вы мне автограф дать?.. - робко подытожил я.
- Ну, и как же Вас звать-величать, лесник?! – расхохоталась Анфиса.
- Я – Дмитрий…
- Давайте, Дмитрий, ваш блокнот!


P.S. Год спустя, в День молодежи, я намылся, набрился, богатым одеколоном облился и отправился на стадион, где намечался концерт в честь праздника. Взял с собой последний альбом Анфисы и маркер для автографа. А она… не приехала.