Россияночка Кн. 3 Школа выживания Часть II Главы 1

Держи, держи меня земля,
На заре тебе поклонюсь.
Обжигай небо заря,
А я за своих помолюсь.
И сорвусь босиком в туман,
По следам моих праотцов 
В белый храм, там там за рекой,
Открою небо правой рукой.
 
                Александр Эгромжан (песня)

Часть II
Родословная - как смысл жизни…
Новый взгляд





Глава 1 Борискино-Игар
 Борискино-Игар большое село, вытянувшееся вдоль тракта на семь километров. Оно в Клявлинском районе Самарской области. Село протянулось параллельно железной дороге, что пролегает выше села и это была станция Пронино. В историях села, а их несколько, говорится о происхождении села и многие относят это к 1703г. Анализируя документы и рассказы своих родителей, у меня своя версия, не догма, о появлении предков Астафьевых в селе.
О ней я писала в первой книге. Они, мои предки, могли быть приписаны как  священники для окормления местного населения. Отец мой не говорил и не знал чувашского языка и писал по-русски грамотно, почти без ошибок, каллиграфия его была особой - мелкие, угловато - округлые буквы, быстро стремительно ложащиеся слова…
Надо сказать, что почерк брата, его жены и их детей, тоже своеобразный, не обычный, отрывистый , буквы Н с разными по высоте палочками, перевитыми пояском, Р, Д - прописные не с хвостиком, а с палочкой, подобно латинской q…почти без наклона. Папа повторял, что не любитель писать, но приходится. И если хвалили его почерк, он удовлетворенно усмехался. А сын брата Вячеслав служил в Афгане писарем полка.
Село Борискино - Игар было довольно зажиточное. В нём числилось 200 с лишним домохозяйств, из них два домохозяйства священнослужителей, девять военных. Видимо, семья Астафьева  Парфёна входила в это количество военных домохозяйств, так как он воевал в Русско -Японской и Первой мировой войнах. Парфён, сын Прокопия, и женившись на Василисе Григорьене жили с его отцом. Прокопий был старшим из пяти сыновей Александра Астафьева. Ну давайте примерно опишем хозяйство этого дома. Поживём некоторое время  вместе с семейством. Дом зажиточного крестьянина, по обычаю, был пятистенный, то есть состоящий из двух помещений передней комнаты и светлицы, горницы, Построен или  из сосны или другого прочного дерева. Горница была светлая и  у зажиточных крестьян, конечно, как у любого крестьянина был красный угол - это восточный угол комнаты. Слева красовалась русская печь, справа был угол с божницей, украшенный  или полотенцем, вышитым с голубями, символ святого духа с  иконами, которые у зажиточных крестьян  были в серебряном окладе. В правом же углу под иконами стояла лавка, или она была прикреплена к стене. Первым садился хозяин и по порядку - гости или старший сын, младший сын,  далее к двери сидели женщины. Но хозяйка иногда даже стояла за столом и ела стоя, потому что подавала блюда и убирала со стола. Так описывается в условиях традиций в этих домах, но я так помню: мама у нас ела всегда последняя, пекла блины, пирожки с пылу жару подавая на стол, сама не садилась. Мы с папой кушали А мама садилась потом. Мне это казалось всегда странным, а, видимо, это вошло в привычку.  Семья считалась зажиточной, если в доме был самовар, были картины на стенах книги, охотничьи ружья, что и считалось достатком. В начале 20 века полы были дощатые,  застеленные половиками самоткаными. Дом снаружи был добротный, иногда даже со ставнями на окнах, а окна уже были стеклянные в тридцатых годах двадцатого века.  А крыша могла быть или деревянная настеленная или жестяная. Двор состоял из овина, где содержались животные: лошади, коровы. Амбар был во дворе, с  погребом и холодником. Мама рассказывала, что в амбаре  в зимнее время стояли кадки. Скорее всего, у них амбар был крытый как сенцы. Мама говорила: там висели копчёные окорока мясные, там висели колбасы. В бочках  было  топлёное масло с варёными яйцами, то есть, варёные яйца заливали  маслом топлёным, а также были бочки, в которых яйца заливались мёдом и они хранились всю зиму. Ведь  куры-то зимой не неслись  в те времена. Мама рассказывала: амбар был крытый при доме  утеплённый, так я понимала.  Была Маслобойка, купленная Парфёном за проданные Георгиевские Кресты (по свидетельству Евг.Кошкина. Б-Иг.). Было гумно на котором,  трепали лён, коноплю. У деда была Мельница мукомольная. Вот такое было хозяйство.
 Ещё  об обычаях. За трапезу, за стол садились  спокойно, молча. Посуда у зажиточный крестьян была уже медная были чугунки, миски, тазы из меди и чугунные.  Пищу подавать могли в общей кастрюле на стол, у каждого могла быть «своя» ложка уже. Оловянная или деревянная ложка в центре стола. Как родители говорили,  в будние дни ели серый хлеб ржаной, а  белый хлеб подавали только в праздники. Нарезал хлеб сам старейшина семьи,  Прокопий,  читал молитву. Если это были будни, то «Отче наш Господи, прости Господи, помилуй, и воздаст нам Господи Хлеб насущный» А если праздники, то читали уже более длительные молитвы. После молитвы дед брал нож (раньше хлеб ломали), но в нашей семье дед  резал. Каждому подавал ломать хлеба, по старшинству: старшему сыну или гостю,  далее,  взяв ложку, он  окунал или в общую миску или в свою, и семейство принималось за еду. Так вот тихо трапезничали, соблюдая такие традиции. В будни вечерами освещали дом лучиной, а в праздники ставили большую керосиновую лампу с фитилём в дутом фигурном стекле, бывало стекло и цветное.
     Во дворе стояли телеги рабочие и на выезд в гости, украшенные сбруей. Любили охотничать. Было целое охотничье хозяйство. Держали собак русской гончей, борзых  пород. Выходили на охоту всем  большим семейством, часто с дядьками, с братьями. Это была целая процессия охотничья. Охотились на кабанов, зайцев,  лис  и дикую птицу, в зависимости от сезона года.
Надо добавить к этому, что держали  не много скота.  В двадцатые годы все домовладения Астафьевых, три Саврюковых и ещё четыре семьи составляли Артель «Доваево», по названию улицы, на которой жили. Занимались выделкой кож. Стояли пошивочные мастерские, значит стояли дополнительные здания или какие -то помещения. Все Астафьевы  жили отдельными хозяйствами - домовладениями. Василий, Кузьма, Лукиян, Мардарий,   Александровичи, Филипп и Парфён Прокопьевич. У каждого было своё домохозяйство из семнадцати репрессированных раскулаченных! Скорее всего было девять домохозяйств, потому что Василия Васильевича раскулачили самого и двоих детей сына и дочь. Мардарий раскулачен  и сын его. У Парфёна раскулачены его сыновья Сергей, Иван и сноха Ксения, жена Ивана. (По словам Четыркиной Надежды Алексеевны (без описи имущества), что раскулаченные дома иногда отдавали под школы, иногда заселяли бедных жителей села, иногда их разбирали по брёвнам и  строили церкви или колхозные помещения). Что случилось с домом Парфёна? Узнаю ли  я  когда?
 Мама ещё жила в селе в доме у своего отца. Дома Астафьевых раскулачили. Всех их  вывезли из села Борискино- Игар. Маму оставили и её взял домой к себе её родной отец Никифоров Андрей. Она  с младенцем  Веней жила  в  доме родном  со своей сестрой Еленой. Мама уехала из села в 1939 году, папа был освобождён из ГУЛАГа и направлен на Украину отбывать ещё 2 года своего срока.
Они работали на Славянском содовом заводе в городе Славянск. Папа письмом вызвал маму, до этого мама не знала «ни сном ни духом» где находится муж. В 1934 году  его схватили в Москве, она осталась с двумя детьми в Москве без жилья, без пропитания. И уехала снова к отцу  в Бор-Игар с двумя детьми. А в Москве остался  Тимофей Парфёнович, младший брат папы. Он женился на москвичке. Проживал в Малаховке Подмосковье. Тимофей Парфёнович ушёл на войну в сорок первом году. Он дошёл до Берлина. Вернулся с войны в сорок шестом году перед Новым годом  в Башкирию. Там у моих родителей жила его жена Мария Астафьева в эвакуации. Она туда приехала, потому что немец близко подходил к Москве.
***И вот только уже в 2025 году  внук Тимофея Парфёновича гуляляя с семьёй на 9 Мая в парке Зарядье,  увидели фамилию деда на стене...
Глава 2  История церкви в Бор-Игар
Историю церкви и села я переписывать повторять не буду она есть в открытом доступе, и в селе и в Клявлинском районе. Она искажена, не достоверна, в ней указано, что в селе всегда была одна школа и одна церковь. От родителей я слышала, что родители мои папа и мама друг друга в селе не знали до свадьбы, так как село большое длинное, папа жил в начале села, а мама жила в самом конце села Борискина -Игар. Но рассказывали они о том, что они учились в разных школах и ходили в разные церкви. Если мои родители родились мама в 1907 году, папа в 1908 году, то в школу они должны были пойти ну 1915-1916 годах.  Это говорили мои родители и это факт.  В истории села было что церковь была одна и школа была одна, я не верила.  По словам родителей, что они учились в разных школах и ходили в разные церкви. Сто нам с Н.А. и хотелось доказать документами. И ею написана новая документально правильная история церкви и села. Вот когда Четыркина Надежда Алексеевна начала исследования, я ей рассказала об этом и она послала запрос  в архив об истории Космодемьянской церкви в селе Борискино - Игар. Надежда Алексеевна прислала документы из архива, по этим документам ясно что в 1995 году была построена была  церковь при ней была школа, писали сельчане, что мест в школе не хватало в этой школе .
 Преподавал первый священник, который был учителем, Дмитриев. Он был священником и учителем в трёх в сёлах Борискино-Игар, Степное Дурасово и  ещё какой-то деревне.
 В истории села написано, что школа была одна. Но в комментариях у Романова пишет Матвеева что она училась в Борискин- Игар в четырёхклассной русской школе ,что там было много предметов, а  преподавание велось на русском языке, и ей было трудно учиться, поэтому после второго класса она перешла в чувашскую школу. Таким образом это было ещё одним  доказательством, документальным со слов очевидца. Не  верить ей мы не можем. Так,  путём наших поисков мы всё-таки подтвердили что в селе Борискино - Игар работали две школы. Так же,  когда  все документы пришли, подтвердилось существование двух церквей.  Но старая церковь  горела и тоже не вмещала желающих молиться прихожан. Было составлено прошение жителей села, оно приводится в документах (все подписи стоят по фамильно), о строительстве новой церкви. Вот в 1911 году новая церковь начала строиться. На её  строительство выделили деньги четыре брата Евстафьевы. Они  выделили из личных средств 3. 000 руб на постройку церкви. Прислали из Синода  им Грамоту за такой большой вклад. Например, Самарская епархия  внёсла только 1. 000 рублей и  1. 000 рублей собрали селяне. Строительство новой церкви  Космы и  Домиана обошлась в 6. 000 рублей (по смете). Новая церковь стояла без ограды. Решением собрания сельчанс  подписями и с подписью старосты церкви Лукияна Александровича Астафьева составили документ о продаже старой церкви в частные руки ( архивная копия получена и находится у Ч.Н.А.)  А эту 1. 000 руб  предполагалось вложить в строительство церковной ограды. А вот документов  о том что стало со старой церковью  и дальнейшая её судьба не документирована.  Я так предполагаю, что  Лукьян Астафьев Александрович выкупил её или кто-то  из Астафьевых. И две школы работали, как написано И.Купряевым , были частные школы по80 учеников, в домах зажиточных крестьян. Да и Прокопий Астафьев был священником( со слов родителей), возможно в частных школах он и учил слову божьему. На время венчания родителей моих в 1926 году ещё действовали обе  церкви (с их же слов). Мог  выкупить старую школу и Кузьма, который постоянно был в церкви и его жена была  при церкви. Дочь их Пелагея (1882 г.р.)   вышла замуж за священника. У Кузьмы приёмный сын Чернов, Кузьма выдал дочь Чернова за священника. Сам Чернов погиб в Великую Отечественную войну в 1942 году, таким образом, Кузьма воспитывал двух удочерённых, но уже получается  внучек. Я очень рада, что со слов моих родителей, а я, не будучи жителем села Борискино-Игара, очень хотела восстановить истину, внести поправки в предыдущую историю. И сейчас есть  новая история церкви и новая история школы, поправки к истории села Борискино - Игар составленна, согласно архивным документам, Четыркиной Надеждой Алексеевной. Она всё оставит в правлении села и  церкви Борискино-Игар и церкви Степное Дурасово.
Все сельчане  были заинтересованы в строительстве новой церкви.
В двадцатые годы, возможно, осталось одна школа в ней преподавал Владимир Лукьянович Астафьев и Елена Саврюкова это  прямые наши родственники. Владимир Лукьянович сын Лукьяна Александровича Астафьева, родного прадедушки Прокопия. Истории церкви и история школы  переплетаются, потому что именно в церкви велось преподавание. А в школах велит слово Божье священники.  Были разные в каком году уничтожали церкви. Мама говорила что это было в 1928 году. Убирали церкви и весь народ стоял и  плакал