42. Октябрь 1475-февраль 1476 гг, Иван Васильевич

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

За остальными заботами великий князь никогда не забывал о Новгороде. Гордую республику мало было победить оружием. Сколько уже раз она склонялась перед силой владимиро-московских правителей, но неизменно возвращала самостоятельность от них. Иван подметил эту закономерность задолго до вступления на престол. Подметил — и со свойственной натуре вдумчивостью размышлял над тем, как её переломить и окончательно привести Новгород к подчинению. Очень не хотелось, чтобы каждый из преемников начинал сначала, вновь и вновь покоряя город на Волхове.

В Новгороде всегда имелись московские сторонники, также как и пролитовски настроенные группировки. Ни те, ни другие стратегически ничего не решали, их усилия нивелировались умением населения балансировать между ними в своих интересах. Когда в городе укреплялись позиции Москвы, жители начинали обращаться за литовской поддержкой. И наоборот: литовскому усилению противопоставляли сближение с Москвой. Поэтому старыми методами Ивану действовать было нельзя.

Великий князь нашёл другой способ. Являясь более-менее сплочёнными к внешним угрозам, новгородцы внутри своего сообщества имели массу противоречий. Раскол создавали социальное расслоение на господ и «меньших», а также борьба городских «концов» и боярских родов между собой. Туда и следовало вбивать клинья.

Иван приказывал своим представителям при Новгороде фиксировать распри, привечать обиженных знатными и враждебно относящимися к Москве силами, убеждать «меньших» обращаться за правосудием к великому князю, который имел право исполнять судебные функции на новгородской земле. Когда челобитных на его имя накопилось достаточно, господарь отправился в Новгород для их разбора.

В столице республики его поездка вызвала огромный переполох. По условиям договора 1471 года торжественные делегации начали встречать великого князя сразу по вступлении его на Новгородчину. Кланялись посадники и тысяцкие, житые и совсем худые, московский наместник и его двор. Просили принять дары и жалобы, оказать защиту и милость. А за 90 вёрст от Новгорода Ивану устроили торжественный пир первые лица республики. Новгородская верхушка чувствовала, что господарь явился по души многих из них вне зависимости от того, справедливо это или нет.

Ночевал Иван в Рюриковом городище. В Новгород он вступил 23 ноября, отправившись перво-наперво в храм Святой Софии. Состоялся пир и принятие подарков от архиепископа Феофила. Со следующего дня начались судебные разбирательства. По приказу великого князя впускали всех, кто молил о правосудии. «Меньшой» люд имел претензии почти ко всем своим руководителям.

Господарем были признаны вины посадника Ананьина, отца и сына из боярского рода Афанасьевых, бояр: Фёдора Борецкого, Ивана Лошинского, Богдана. Их и ещё некоторых взяли под стражу и окованных отправили в Москву для казни. Иван отказал архиепископу и посадникам в их просьбе взять осужденных на поруки, впрочем, отпустив для вида нескольких, обвинённых не по политическим причинам.

Ослабив антимосковские партию и настроения, господарь продолжил пировать и принимать подарки. Между потехами он заключил мир со шведами и разобрал спор псковичей с их посадником в пользу последнего. В Москву Иван Васильевич вернулся 8 февраля.