Летучий голландец

Мыкола не мечтал с детства стать шахтёром. Ему не снились  терриконы с вагонетками, и он не испытывал  трепетного экстаза от  фильмов Тарковского с их сиростью и обречённостью. Но кроме как под землёй заработать в Антраците было негде. Мыкола отпахал на Крепинской шахте пятнадцать лет до самого её закрытия в 2011 году. Антракоз и крохотная халупа от шахтоуправления были скорбным итогом за прожитую жизнь. Народ вокруг уверенно спивался, не видя ни малейших перспектив. Мыкола без колебаний плюнул на всё и укатил в Польшу попытать счастья. Тремя годами позже Луганская область попадёт в зону боевых действий на почве этнического конфликта и политических разногласий. Украинским снарядом разнесёт в хлам подъезд его пятиэтажки, нанизав на искарёженную арматуру дедов китель и дочкиного плюшевого медведя. Под завалами погибнет старушка мать. В тот день он напился до беспамятства и очнулся в номере у лысого, толстого голландца с внушительной пачкой евро на прикроватной тумбочке. За эти деньги ему неделю пахать на верфи, обдирая с корпуса старую краску. Мыкола плеснул из холодильника виски без льда и залпом опрокинул стакан. Перед глазами поплыли выцветшие картинки прошлого и неясного будущего. Вечером появился Йоханнес  с кучей коробок, заявив, что это всё для него. Поверх лежали два билета на дневной рейс до Санторини. "Да хер с ним! - подумал Мыкола. - Где наша не пропадала. Сколько той жизни?" И напялил новые кроссовки. Греция встретила солнцем, тёплым морем и стадами педерастов, шатающихся по прибрежным барам.
А в сухом остатке - полный треш. Жена Мыколы свалила в Канаду с  его другом детства, дочь закрутила шашни с ополченцем. Хату разбомбили. Так из шахтёров Мыкола неожиданно перепрофилировался в аниматора для переспелого голландца. Йоханнес в прошлом моряк, исколесил полмира, знал несколько языков и болтал без умолку. Мыкола молчал, изредка констатируя: "Да похер!" Издали могло показаться, что они старые приятели, с той лишь разницей, что один платит за двоих. Мыкола привёл в порядок ногти, занялся фитнесом и за несколько лет тесной дружбы отложил круглую сумму в евро. И всё бы ничего, если бы в один прекрасный день Йоханнес не сказал, что встретил другого.