Звёздочка

Это был один из самых спокойных ночей блокады. На небосводе не было ни единого облака, а пространство потемнело до самого красивого тёмно-синего цвета, который я видел. казалось, ничего не угрожает самолёту - бери и лети, но наше небо над головами было защищено сегодня.

Мишутка, мой близкий друг среди всех незнакомцев, с которыми мы жили, существовали, вернулся от дяди, работающего механиком у вояк. Сестре моей к началу блокады исполнилось 18 лет, и в сентября она пошла служить санитаром-добровольцем на фронт. На мой вопрос о сестре товарищ мне ничего внятного не говорил, зато поведал, что днём в перемену между бомбёжками в конце концов установили новые прожектора, а старые улучшили. Небо так сияло, что даже в дальних просторах стаю воробьёв было видно. не знаю, подходил ли к нему приятный дядечка или теточка, пока он плутал по снежным тропам домой, но налётов за всю ночь не происходило.

От этих нападений я не мог ни в один день поспать более пяти часов, и этот день не был исключением. Однако сегодня ранее пробуждение шло мне на руку. Пару тройку минут я пролёживался и вглядывался в звёзды, которые не видал 4 месяца. Они были такие яркие и болючие. Потом привстал и пошёл обычными шажками, не спеша, на площадь.

Площадью мы называли пространство за убежищем, в который никогда не попадала бомба, но в первый раз, именно сегодня, там что-то взорвалось, притом что-то большое. Грохот, из-за которого я пробудился, оказалось, вызван падением самолёта, влетевшего в стоящее на площади здание. Оно непоколебимо продолжало стоять.

Один глупец нашёлся, всё-таки, - подумал про себя.
Подойдя поближе, я посмотрел на горящие обломки металла, также сверкающего, как те звёзды. Пока они тлели и догорали, пришлось присесть у самого большого из них. На него смотреть было практически невозможно. такой свет вспоминается только с самого первого дня мучений, когда на нас падали самые первые бомбы, которые разрушили все мои любимые дома в Ленинграде. Мы слушали, кто-то видел взрывы, покрываясь тёмной алой кровью с какой-то частичкой ужаса и страха. И только тогда все осознали, что пришла беда.

Горькие воспоминания заняли столько времени, сколько металл тух. Увидев это, я с трудностями встал с напоминанием о состоянии людей здесь. Всего было семь кусочков искорёженных и острых железяк, хрупких и лёгких, но их мне хватало. Через пару минут у меня получилась красивая звёздочка, склеенная застывшим на глазах столярным клеем, ценным материалом, который я стащил из убежища. Это создание мальчонка было спрятано за одеждой.

Вернувшись к убежищу, я тихим ходом отправился к ближайшей школе. Дежурившие коменданты на нашем участке в это время прошли мимо главного входа, и по плану, который успешно мною был получен с помощью Мишутки, они должны перейти на другую сторону улицы. Пройдя рядом с кучей камней, военные не заметили меня, прятавшегося за остатками верхних этажей школы.

Медленно-медленно мы синхронно с падающими капельками воды поднимались по ступенькам на второй этаж, ведь голод снова настиг меня. Хоть в нашей компании количество моей еды относительно больше, потому что каждый по какой-то неведомой причине, которую мне не хотят рассказывать уже два месяца, делился кусочком хлеба размером безымянного пальца, я трудом и дрожью на лице и в руках оказался в нужном месте.

Это был угол коридора в восточной его части. Здесь по ранним весенним и поздним осенним утрам хорошо освещено: лучи падали и рассекались на две части, расходясь налево и направо. Несколько лет назад я заходил в неподалеку стоявший кабинет на уроки в первом классе, а на переменах отдыхал, так как тут теплее всего.

Облокотясь на подоконник, несколько раз махал дохлой рукой и забрасывал звезду на шторы, лишь с седьмой попытки удалось зацепиться за край. Услышав шаги идущих комендантов к школе, я поспешил быстро слезть с подоконника, после того, как они ушли, последним взором оглядел звёздочку и ушёл обратно в убежище. Получилась простая подделка, напоминавшая днём противостояние героев и врагов через зелёные и тёмно-серые оттенки железячек, а ночью и утром своим красочным небесным видом придающая военным, учителям, детям - всем желание верить в победу, жить ради близких или чуть-чуть улыбаться…