Успешный успех

 

Добрый вечер! Приятно видеть столько людей, которые нашли в себе силы оторваться от экранов и прийти сюда лично. Хотя я вижу пару человек в первом ряду — ребят, вы всё равно меня через камеру телефона сейчас рассматриваете? Качество нормальное? Фильтры наложите потом, пожалуйста, чтобы я выглядел как человек, который спит хотя бы четыре часа в сутки.
Знаете, я недавно поймал себя на мысли, что социальные сети — это самый изощренный вид психологической пытки, который когда-либо изобретало человечество. Вот вы заходите в ту самую соцсеть с картинками, просто чтобы проверить время или узнать, не уволили ли вашего бывшего. И что вы видите?
Ваша одноклассница Лена, которая в школе не могла без ошибок написать слово «борщ», сейчас стоит на фоне заката на Бали. Причем она стоит в такой позе, будто у нее нет позвоночника, зато есть бесконечное счастье. И вы смотрите на это, сидя в три часа ночи в растянутой футболке, доедая холодную пельмешку, и думаете: «Господи, почему я не там? Почему я здесь, а она — там, где даже песок выглядит дороже, чем мой автомобиль?»
В этот момент в груди рождается это знакомое чувство... как будто вы проиграли в жизнь. Вы начинаете анализировать: «Так, Лена на Бали. У Лены новый купальник. У Лены коктейль в кокосе». И вы уже почти готовы забронировать билет, рука тянется к кредитке, но тут наступает момент истины.
Вы вспоминаете, почему вы не на Бали. Вы не там, потому что три месяца назад вы совершили «взрослую, взвешенную инвестицию». Вы купили новый iPhone. Тот самый, с четырьмя камерами, лазерным прицелом и ценой как крыло от самолета, который летит... правильно, на Бали.
И логика же была железная: «Мне нужен этот телефон, чтобы делать потрясающие фотографии из отпуска!» В итоге у вас есть идеальный инструмент для создания контента, но нет денег даже на плацкарт до Тулы.
И вот вы сидите с этим шедевром инженерной мысли, рассматриваете Лену и ее ужасное качество фото на старый телефон, и думаете: «Ничего, Леночка. Ты сейчас на пляже, тебе жарко, тебе в коктейль попала мошка. А я... а я зато могу приблизить твой целлюлит с 80-кратным зумом и в идеальном разрешении увидеть, что ты тоже не так уж счастлива!»
В этом и есть вся суть прогресса: мы тратим все деньги на то, чтобы иметь возможность максимально четко рассмотреть, как нам плохо. Но эй, зато если я всё же доеду до дачи и сфотографирую там кабачок, этот кабачок будет выглядеть так, будто он только что вернулся из Куршевеля. И пусть теперь Лена мучается!

За бронь билета вы хватаетесь так, будто это последний шанс спастись с тонущего «Титаника», но рука с кредиткой замирает. В этот момент наступает просветление — то самое, которое обычно приходит к русскому человеку, когда деньги уже потрачены, а здравый смысл только проснулся.
Вы вспоминаете, почему вместо шума океанского прибоя слышите только шум соседа с перфоратором. Три месяца назад вы совершили «взрослую, взвешенную инвестицию». Вы купили новый iPhone. Тот самый, в котором камер больше, чем глаз у паука, встроен лазерный прицел для поиска скидок в «Пятерочке» и цена такая, что в комплекте должен идти не шнур для зарядки, а дарственная на пол-царства.
И ведь логика была наша, родная, железная: «Мне нужен этот аппарат, чтобы запечатлеть каждый миг моего триумфа на Бали!» Только в Америке могли придумать продать вам удочку по цене всей рыбы в океане. В итоге у вас в руках — технический шедевр, способный вычислить траекторию полета мухи в созвездии Ориона, а в кошельке — дырка, через которую видно, что на плацкарт до Тулы вам тоже не хватает.
И вот вы сидите, обняв этот памятник собственной наивности, и рассматриваете пост Лены. Лена на Бали. У Лены старый телефон, на фото вместо лица — размытое пятно, будто её снимали через банку с огурцами. Но она — там!
И тут в вас просыпается истинный философ: «Ничего, Леночка... Ну и что, что у тебя там солнце, песок и муза? Зато у меня есть 80-кратный зум! Я сейчас приближу твое фото и в идеальном разрешении, в цвете "космический серый", рассмотрю, что мошка в твоем коктейле — это не просто мошка, а символ твоего душевного одиночества! Я увижу каждую твою морщинку и пойму: ты несчастлива! Просто твой старый телефон не может передать всю глубину твоего отчаяния, а мой — может!»
В этом и есть весь наш прогресс по-капиталистически: мы отдаем последнее, чтобы иметь возможность в максимальном качестве рассмотреть, как нам плохо. Но вы не сдаетесь! Завтра вы поедете на дачу, сфотографируете там кабачок, и благодаря нейросетям этот кабачок будет выглядеть так, будто он только что сошел с трапа частного джета в Куршевеле. И пусть теперь Лена мучается, гадая, откуда у вас на грядке такие люксовые овощи!
 
Вы наводите камеру своего нового технологического чуда на этот несчастный овощ, и магия начинается. Вы нажимаете на спуск, и процессор за доли секунды совершает больше вычислений, чем потребовалось НАСА, чтобы отправить человека на Луну. И вот результат: кабачок больше не лежит в пыли между сорняками и старой калошей.
Благодаря интеллектуальному размытию фона, покосившийся сарай соседа превращается в туманные очертания альпийского шале. Функция «умного света» добавляет овощу такой благородный золотистый отблеск, будто его поливали не из ржавого шланга, а коллекционным шампанским. Вы накладываете фильтр «Успешный успех», и кожица кабачка приобретает текстуру дорогой телячьей кожи ручной выделки.
Вы выкладываете этот шедевр с геотегом «Где-то в районе швейцарских границ» и подписью: «Наслаждаюсь органическим урожаем. Простота — это новый люкс». И всё. Ловушка захлопнулась.
Лена на Бали, щурясь от солнца и пытаясь разобрать на своем экране хоть что-то, кроме полос, видит ваш пост. Она смотрит на этот кабачок в разрешении восемь тысяч пикселей и чувствует, как её кокосовый коктейль становится горьким. Она начинает сомневаться: «Может, мои пальмы — это просто декорации? Может, настоящий движ сейчас происходит именно там, где выращивают такие идеальные, аэродинамические овощи?»
В этом и заключается великое цифровое перемирие. Вы оба сидите в глубочайшем эмоциональном заблуждении, разделенные тысячами километров и одним гигантским кредитом. Но благодаря прогрессу, ваша иллюзия выглядит в десять раз четче, чем её реальность. Вы победили в этой битве пикселей, и пусть на ужин у вас сегодня только этот самый кабачок, главное — что в соцсетях он выглядит как десерт из мишленовского ресторана. Вечер перестает быть томным, ведь теперь вы ждете главного — когда Лена поставит лайк своим дрожащим, размытым от плохой камеры пальцем.
 
И вот этот лайк прилетает. Сердечко пульсирует на экране, подтверждая вашу сокрушительную победу в невидимой войне тщеславия. Но триумф длится недолго, потому что алгоритмы безжалостны. Как только вы закрываете приложение, тишина дачного вечера обрушивается на вас с новой силой. Кабачок на столе больше не сияет — без фильтра он выглядит как обычный овощ, у которого из достижений только лишний вес и сомнительные перспективы быть съеденным.
Вы выходите на крыльцо. Воздух пахнет скошенной травой и дымом от соседского мангала. Где-то вдали лает собака, нарушая пасторальную идиллию. Вы смотрите на свои руки, испачканные в земле, и понимаете парадоксальную вещь: пока вы пытались убедить Лену, что ваша жизнь — это глянец, вы пропустили момент, когда закат окрасил небо в цвета, которые не передаст ни одна матрица в мире.
На Бали в это время начинается тропический ливень. Лена прячется под навесом кафе, пытаясь спасти телефон от влажности. Она смотрит на океан, который сегодня выглядит злым и серым, и внезапно ловит себя на мысли, что отдала бы всё это экзотическое безумие за один вечер в тишине, со вкусом жареной картошки и запахом старого сада.
Цифровой мир связал вас нитями зависти, но реальность всё расставила по местам. Вы оба стали заложниками своих образов, боясь признаться, что счастье не требует высокого разрешения. Вы возвращаетесь в дом, выключаете телефон и решаете, что завтра не будете ничего снимать. Завтра вы просто съедите этот кабачок, не заботясь о том, насколько органическим он выглядит в чужих глазах. Ведь в конце концов, самое важное происходит именно тогда, когда камера выключена, а единственный зритель — это вы сами.