Рабство и великие географические открытия

Прежде всего следует сказать, что предмет сей необыкновенно противен моему сердцу, и я раздумывал некоторое время, стоит ли за него браться.  Но что делать? Раз уж я побывал в музее рабства, почерпнул там кое-какие сведения, добавил что-то из Википедии, так и поделюсь ими с читателем.  Думаю, интерес также представляют фотографии, которые я сделал. Для меня оказалось немалым сюрпризом, что еще до прибытия европейцев на территории Анголы существовало несколько королевств, и они вели между собой жестокие войны. Живые люди становились трофеями, примерно так, как это происходило в античные времена в Европе. Португальцы, приплыв к этим землям в конце XY века, привезли огнестрельное оружие, а взамен стали получать рабов в неограниченном количестве. Кто-то может спросит: «А причем тут великие географические открытия?» - А притом, что невольники нужны были для работы на только что открытых землях Америки, которые европейцы начали активно осваивать.  Европа получила море золота, картофель, томаты, кукурузу, табак. А Америка? Что же получила Америка?  – Христианство, огнестрельное оружие и работорговлю.  Кто-то может спросит: «А индейцы не подходили для этой цели?» - Нет, не подходили, они жили на своей земле, на которой прекрасно ориентировались, и в любой момент могли убежать. А человеку, привезенному из-за океана, морально сломленному, раздавленному, оторванному от своих корней, от своей земли, куда ему бежать?      
     Недалеко от Луанды находится музей рабства, именно сюда привозили людей, чтобы потом отравить в Новый Свет, прежде всего, в Бразилию. Их полностью раздевали и крестили.  Для этих целей построили часовню «Капелла де Каза Гранде». Я спросил у экскурсовода: «Зачем же нужно их крестить?» – Но, ответ, «чтобы они стали покорными», меня не убедил. Думаю, и работорговцы это прекрасно понимали, поэтому несчастных еще и насильно поили брагой, которую готовили здесь же. А в гавани стояли «невольничьи корабли», чьи трюмы специально оборудовались для перевозки большого количества невольников. Теснота, жара, минимум воды и пищи -  эпидемии вспыхивали мгновенно. Всех, кто заболевал или же просто казался слабым выбрасывали за борт. Их не жалели. Ведь привезут новых несчастных и как только трюмы наполнят, корабли отчалят к далеким берегам.  Почти 400 лет продолжалась торговля людьми. Говорят, акулы до сих пор приплывают в гавань в поисках легкой добычи. Правда ли? – Не знаю. Такова легенда, которую здесь рассказывают. Кто-то может воскликнет: «О времена! О нравы!» Я присоединюсь, и добавлю -  нравы, конечно, так себе. Вот знаменитая Джинга – королева Ндонго (1581- 1663).   Она правила своей страной целых 40 лет, а прожила 82 года. Ее здесь весьма почитают. Еще будучи принцессой, она прибыла на переговоры с португальцами, и обнаружив, что ей не предоставили стул (явный знак неуважения со стороны европейцев), она не топнула ногой, не покинула переговоры и не обиделась, а приказала одному из своих слуг принять позу стула и воссела не него, чем сразила наповал португальцев. Сей жест они восприняли, как признак великого ума и дипломатической изворотливости. Жинга действительно оказалась крупным политиком.  В те годы голландцы пытались отнять у Португалии земли Анголы, и на некоторое время им это удалось. Жинга же крестившись, и приняв христианское имя Анна, весьма успешно использовала противоречия европейских колонизаторов, поддерживая то одних, то других. В итоге голландцев прогнали, а Джинге удалось сохранить надолго независимость своего королевства Ндонго.   
     Вернемся же к работорговле. Она продолжалась 4 столетия, только в 1836 году королева Португалии запретила торговать людьми. Но Бразилия к тому времени обрела независимость, и рабство там просуществовало еще до 1888 года. Кровавая история, кровавое наследие. И вот, что меня немало удивило в Анголе. Памятники великим португальцам. Что это за люди? - Колонизаторы, завоеватели, работорговцы!   Я много раз бывал в Анголе, и каждый раз посещал музей военной истории, расположенный в португальской крепости XYI века Сан Мигель. Монументы в советском стиле вполне мирно соседствуют со стилем колониальным. Не все они причаливали к ангольским берегам, не все завоевывали эти земли, но памятники себе заслужили. Вот Васко да Гама – знаменитый мореплаватель, известен людям, кто не прогуливал в школе интереснейший раздел географии - «Великие географические открытия». Вот Луис де Камоэнс - известен людям, изучавшим литературу. Мастер португальской словесности, отец современного португальского языка.  Поэт и мореплаватель. Знаменит еще и своим неуживчивым мятежным нравом. В молодости дрался на дуэли из-за большой любви, ранил обидчика, за что сидел в тюрьме, а потом был удален от королевского двора.  Отправился в изгнание, жил в Гоа в Индии, в Макао в Китае, участвовал в многочисленных сражениях, в одном из них потерял глаз. Писал пьесы, стихи, поэмы. Прославил на весь мир путешествия Васко да Гамы в своих бессметных поэмах «Луизиады». Умер в полной нищете от чумы, похоронен на пожертвования. Через 300 лет его останки перезахоронили с королевскими почестями в Монастыре душ Жеронимус в Лиссабоне. Упокоился рядом с Васко да Гамой.          
А вот Паулу Диаш де Навайш   - мореплаватель, колонизатор, первый губернатор Анголы – основатель столицы, которая в те времена имела весьма замысловатое название Сан-Паулу-де-Асунсау-де-Луанда. Вроде бы, ничего особенного, государственные деятели, история. Но их с каждым разом все больше и больше. При колонизаторах они стояли на площадях Луанды, после обретения независимости их свезли на какую-то помойку, заменили на новые монументы. Я сам наблюдал такой памятник в 90 году: Советский БРДМ, наезжающий на юаровскую боевую машину.  Не особенно эстетично, но в духе времени.  Или, помню, висели плакаты: Ленин, Маркс, Энгельс, где двое похожи на мулатов, а наш Ильич - так просто чернокожий. Теперь другие времена, другая эстетика, и колониальные памятники извлекают на свет божий.  Некоторые португальские деятели удивительным образом похожи на наших русских. Вот вам пожалуйста – Михаил Юрьевич Лермонтов перед ссылкой на Кавказ. Или уже на Кавказе?  Ну вылитый же? На самом деле Петро Алешандре де Кунья. Кто он такой? – Я не стал выяснять. Для меня он мятежный русский поэт.  А вот так я себе представлял Ивана Федоровича Крузенштерна. Кто-то скажет: «Не похож!» - А я отвечу: «В моем представлении это именно он, только в старости.»  Кто-то спросит: «А причем здесь рабство и географические открытия?». А я скажу: «Для меня странным кажется обилие памятников хоть и великим, но завоевателям и колонизаторам.» Я задавал этот вопрос ангольцам. Ответы такие. Существуют разные мнения на этот счет – от полного отрицания до терпимого отношения к прошлому. Да, 400 лет рабства, да 500 лет колониальной зависимости, которая закончилась не так уж и давно – всего-то 50 лет назад. Но все же, времена теперь другие. И с Португалией у Анголы отношения отличные. Один язык, смешение культур. В Анголе  работает много португальцев. Как ни странно, в некоторых областях здесь больше работы и зарплаты гораздо выше, чем в Европе.  Я наблюдал португальскую супружескую чету в Меногне. Они управляли гостиницей.  Где это Менонге? -  Ну как вам сказать? -  даже по ангольским меркам… такая глушь, что нужно очень хорошо платить, чтобы кто-то туда поехал работать.  В Португалии полно ангольцев: студентов, футболистов и так далее.  Огромное количество смешанных браков. Интересно, что и во времена колониализма, при котором конечно же я не жил, и судить мне сложно, но кто-то из ангольцев вырывался в метрополию и даже учился в университете. Ну что там говорить! Агостиньо Нето – ангольский Ленин, яростный и последовательный борец за независимость.  Первый президент Анголы. Основатель современного государства.  При колонизаторах учился в Лиссабоне, получил степень доктора. Был счастливо женат на португалке. Трое детей.  А потом возглавил успешную борьбу за независимость.  Ну, да это другая история. Засим кланяюсь, завершаю повествование, а о непростой жизни ангольского Ленина расскажу в следующий раз.