Медведь-сладкоежка

        Каждому из нас известно, что медведи очень любят сладкое, за что и получили такое название. Обоняние у них настолько сильное, что за несколько километров они чувствуют запах пчел и меда и всеми силами пытаются добраться до них. Никакие препятствия не страшат их, даже близость человеческого жилья.
       Поскольку сам я пчеловод, мне хорошо известны многие случаи нападения медведей на пасеки, при этом он настолько умен и изобретателен, что никакие заборы не спасают от его визитов.
       Когда наступил так называемый «рынок», мои знакомые приобрели тридцать семей и разместили их в одном из отдаленных районах области. Построили домик для укрытия от непогоды, большой дощатый сарай для откачки меда и хранения всевозможного инвентаря и начали бизнес.
       Два года все было спокойно, но на третий сезон пасеку неожиданно посетил медведь и изломал большой улей. Что делать? Компаньоны решили оградить периметр пасеки колючей проволокой.
       Оперативно закупили бабины «колючки», напилили столбики, вкопали их и обтянули территорию. Каково же было их удивление, когда через несколько дней был разворочан еще один улей. Медведь подкопал лаз под ограждением. Пришлось пчеловодам несколько ночей караулить вора. В одну из ночей он пришел и был жестоко наказан.
       Скорее всего, многие из вас и сами могут поделиться подобными случаями.
х х х
        Ефим был охотником –промысловиком. Было ему за сорок, имел семью, детей. Летом занимался рыбной ловлей, заготовкой ее на зиму, а также собирал различные ягоды впрок: клюкву, бруснику, морошку… Ягоды эти в огромном количестве росли в окрестностях зимней избушки и он привозил их в сезон ведрами.
       Клюкву, как правило, морозили, а бруснику замачивали в больших бутылях или бочках. Самым важным было то, что для замачивания брусники не требовался сахар. Ягоды прекрасно сохранялись в обыкновенной воде, но, конечно, ее необходимо было вскипятить, затем остудить и поместить в прохладное место. Морошку можно было морозить или заливать холодной кипяченой водой, но в отличие от брусники, необходимо немного подсластить воду.
       Зимой занимался охотой. Добывал капканами куниц, росомах, а шкурки сдавал в заготовительную контору. Поздней осенью добывал лося или медведя на мясо.
       Жила семья небогато, но и не голодала, довольствовались малым.  Кроме лосей и медведей в лесу в изобилии водились зайцы, куропатки, тетерева, глухари, не говоря о рябчиках. Дичь была почти непуганая, охотника подпускала довольно близко, а рябчики на манок летели совершенно безбоязненно и становились легкой добычей.
       Летом Ефим часто наведывался в избушку и по несколько дней ловил в окрестных водоемах больших щук и окуней на заготовку. Иногда отправлялся на небольшие речушки за хариусом, но хариуса, как правило, ловил на текущее пропитание.
       Летом плотничал и столярничал дома, ремонтируя то, что выходило из строя: поправлял забор, ремонтировал клеть, амбары…
       Однажды в июне он работал во дворе и неожиданно услышал какое-то гудение. К его удивлению, на рябине, растущей около дома. Он обнаружил пчелиный рой, который привился на одну из веток.
       В селе несколько стариков, отошедших от охоты и выездной рыбалки, занимались пчеловодством и, судя по всему, у кого-то из них слетел рой.
       Сначала Ефим не заинтересовался им, так как следить за пчелами и ухаживать за ними было проблемно, такк как он часто на несколько дней выезжал на рыбалку, но поразмыслив принял решение:
       - Соберу пчел, помещу в фанерный легкий улей и отвезу к зимней избушке, где повешу на какое-либо дерево. Особо следить за ними не буду, сколько соберут меда и то все впрок, а на зиму разгоню. Они и сейчас, по сути, обречены на гибель. - Он стряхнул рой в коробку, закрыл марлей и принялся мастерить улей.
       На следующий день направился в лесную избушку, подобрал подходящее для улья дерево в полукилометре от нее и закрепил проволокой между ветвей.
       - Живите, плодитесь, да собирайте мед, - напутствовал он.
       Следует сказать, что местность для медосбора была хорошая. В лесу
росло множество трав-медоносов, а по берегу реки в изобилии рос иван-чай.
       Через неделю-полторы Ефим проходил мимо дерева с ульем и обнаружил, что улей был сбит и разломан, а пчелы за невозможностью попасть внутрь облепили его.
       - О! – расстроился Ефим, - да это мишка негодяй разрушил их жилище, но так как меда практически не было, ушел восвояси.
       Пришлось восстанавливать корпус улья и снова помещать его на дерево, а для того, чтобы отбить у медведя желание поживиться пчелами и медом снова, повесил на цепи опилыш бревна длиной около метра ниже улья.
       - Посмотрю я на тебя теперь, когда задумаешь хулиганить.
       Те, кто не знает для чего подцепляют бревно под ульем поясню: медведь залезает на дерево, подбирается к улью, но ему мешает бревно. Он толкает его лапой и хочет подняться выше, но в этот момент бревно ударяет его. Миша снова отталкивает его от себя еще сильнее, но и ответный удар происходит адекватно.
       Как вы поняли, эта борьба длится до тех пор, пока медведь не откажется от затеи свалить улей на землю или же бревно сбивает его.
       Через два дня Ефим проверил улей и обнаружил, что медведь приходил, но добраться до улья не смог и в ярости драл кору на дереве когтями.
       - Отлично, - подумал Ефим, - защита сработала, но повешу-ка я еще одно бревно с другой стороны, чтобы наверняка отучить медведя от разбоя.
       Он повесил с другой стороны ствола еще один опилыш.
       - Вот теперь пчелы надежно защищены от него, - решил он.
х х х
       В течение лета Ефим несколько раз посещал избу и наблюдал за ульем. Улей был на месте, пчелы работали, но под деревом трава была довольно сильно измята. Судя по всему, медведь пытался добраться до пчел и меда, но бревнышки не позволяли это сделать и сладкоежка падал с дерева приминая ее.
       В начале сентября открыли охоту на медведя. Ефим собрался, взял у брата лайку и приехал в избу.
       Он обустроился и решил прогуляться, а заодно посмотреть улей.
       Улей находился на месте, но кора дерева была сильно изодрана, а под
деревом глубокие следы от когтей. Видимо миша возмещал свою злость не только на стволе, но и на земле.
       Неожиданно у Ефима возникла мысль:
       - Судя по всему, медведь так и не оставил попытки достать улей и продолжает добраться до него. А не попробовать ли мне воспользоваться этим?  Я могу вкопать вокруг дерева четыре-пять не очень толстых заостренных жерди и когда миша будет падать с высоты, он обязательно наколется на одну из них.
       Конечно, это не совсем гуманно по отношению к нему и неэтично с точки зрения охоты, но… зато мне не придется рыскать по всему лесу в поисках косолапого. Решено.
       Ефим вернулся в избу, взял лопату, топор и возвратился к улью. Затем вырубил четыре кола, заострил их и вкопал вокруг дерева.
       - Дело сделано, остается ждать.
        Среди ночи собака неожиданно залаяла, а потом злобно зарычала. Ефим проснулся, прислушался и, как ему показалось, он услышал какой-то отдаленный рев, который вскоре прекратился.
       - Завтра пройдусь и проверю округу.
       Утром он с Вьюгой вышел из избы и она сразу же направилась в сторону улья. Охотник шел за ней. Когда он подошел к улью, то увидел драматичную картину: медведь лежал на спине, а из его груди торчал кол. Судя по всему ночной рев издал смертельно раненый зверь после падения.
       Вьюга вцепилась в его лапу, но медведь не подавал признаков жизни. Травма оказалась смертельной. Кроме этого он потерял много крови.
       - Что, Вьюга? - Обратился к ней охотник. – Вот мы и добыли зверя, остается только разделать его и мы можем возвращаться домой.
       Через неделю Ефим снова посетил избушку и снял улей. Дымом разогнал пчел, принес его к избе и вырезал все соты, содержащие мед и пергу, после чего поместил содержимое в эмалированную кастрюлю. Как оказалось, пчелы собрали за сезон более двадцати килограммов вкусных продуктов.
       - Летний сезон закончился удачно, - подвел итог Ефим. – Я добыл без труда большого медведя, а еще запасся вкусным и целебным медом на всю зиму.
Март 2026 года.