Навигатор поневоле. Глава 7

Переход занял несколько часов. Когда корабль вышел из гиперпространства и перед ними повисла планета Терминус, Лёха с Аней прильнули к экранам, застыв в немом восхищении. Перед ними была чужая и явно высокоразвитая планета. Они наблюдали картину, которую мог нарисовать самый смелый фантаст. Терминус напоминал идеально отполированный драгоценный камень, вставленный в чёрный бархат космоса. Континенты не были хаотичными пятнами, имея строгую геометрию, словно их вырезали гигантским космическим лазером. Материки переливались мягким внутренним светом: изумрудным, сапфировым, аметистовым. Леса, если это были деревья, имели правильные конусообразные формы и серебристую листву. Реки и каналы сияли, как жидкое серебро, образуя идеальные круги и спирали. Никаких признаков дымящих заводов, грязных портов или разросшихся городов-трущоб. Только чистота, порядок и удивительная, почти божественная красота.

— Ёп-перный театр! — восхитился Тювиков. — Чтоб мы так жили!

— Экосистема планеты полностью спроектирована и регулируется планетарным искусственным интеллектом, — пояснял им Иа. — Все производственные и энергетические объекты вынесены на орбитальные кольца или в подповерхностные уровни. Видимая поверхность — это парки, заповедники, сельскохозяйственные и рекреационные зоны.

— Красота какая! — прошептала сияющая Анна. — И никакого смога, никаких свалок…

— Да уж, — согласился Алексей, но в его голосе прозвучала горькая нотка. — У них тут, мля… настоящий рай, а у нас… полная Ж. Ну да ладно, а где здесь космопорт?

Искин мгновенно подсветил на экране нужную точку. Космопорт, к удивлению землян, тоже не был похож на привычное зрелище. Он представлял собой не набор площадок, а гигантскую прозрачную сферу, парящую в нескольких километрах над поверхностью. К ней, словно пчёлы к улью, слетались корабли, бесшумно исчезая внутри через светящиеся шлюзы. Вокруг сферы вились, переливаясь всеми цветами радуги, потоки транспорта — не коробочки на колёсах, а обтекаемые капсулы, скользящие по невидимым магнитным или антигравитационным маршрутам в воздухе.

Иа, пройдя защитную сферу, пристыковался к одному из внешних «лепестков», предназначенных для малых нерегулярных судов. Процедура оказалась полностью автоматической: сканирование, короткий запрос о цели визита («аварийный ремонт, закупка компонентов»), мгновенное начисление небольшой посадочной платы — и зелёный свет.

Когда шлюз судна открылся, команду встретил не хаос с гулом, а тихая, мелодичная музыка и стерильно чистый воздух с лёгким ароматом, напоминающим дождь в хвойном лесу. Они стояли на прозрачной платформе, с которой открывался вид на внутренность космопорта. Это был не ангар, а гигантский атриум с «небом» из голограмм, изображавших местные пейзажи. Внизу, на многих уровнях, располагались сады с фонтанами, зоны отдыха с причудливыми, но удобными на вид сиденьями, и лишь в отдалении — ряды торговых терминалов и мастерских. Гуманоидные существа вокруг двигались неторопливо и без суеты. Хотя изредка на глаза попадались иные пришельцы, со странными, непривычными телами и формами. Но основным населением, как они поняли, оказались высокие гуманоиды с гладкой, переливающейся перламутром кожей и большими спокойными глазами на мясистом лице в складках, как у шарпеев, и крупным носом. Их одежда была простой и яркой. Лёха даже хмыкнул, уловив сходство с земным стилем «хиппи»: яркие жилетки, длинные рубахи, узорчатые штаны, повязки на головах и шарфики.

— Боже, — выдохнула Анна, оглядываясь. — Это как из будущего, о котором мы только мечтали.

— Из ретро будущего, ну или из сна, — добавил Алексей. — Но послушайте, какая здесь тишина… Никто не орёт, не толкается. Даже непривычно как-то.

— Локальная сеть предлагает услуги, — сообщил Иа через головные мыслеобручи. — Навигация, перевод, поиск товаров. Я подал запрос на карту рынка компонентов. Следуйте указаниям к ближайшей автоматической дорожке.

Голограммные стрелки появились перед ними, паря в воздухе, и люди с котом пошли, стараясь не пялиться по сторонам, но это было невозможно, по крайней мере для землян. Встав на самодвижущийся тротуар, они понеслись вперёд, замечая, что соседние транспортные линии движутся с большей скоростью. То есть если ты торопишься, то перешагни на соседнюю дорожку. Но земляне предпочитали неспешное перемещение, позволяющее более тщательно знакомиться с новым для них миром.

Лёха с изумлением рассматривал, как дети (или существа, похожие на детей) играли с плавающими светящимися шарами, которые складывались в сложные трёхмерные пазлы. В небе носилась масса самых разнообразных летательных аппаратов, свободно огибая гигантские городские башни и здания. Тювиков видел, как «деревья» в городском саду сами меняли форму, создавая то навес от несуществующего солнца, то арку. Чистоту поддерживали не дворники, а крошечные дроны, похожие на стрекоз, которые бесшумно пролетали мимо, собирая невидимую пыль и испаряя микроскопический мусор лучами света. И главное! Их постоянно сопровождала лёгкая, ненавязчивая музыка, создавая приятный фон. Чуть позже они перешли на другую транспортную ветку и наконец-то добрались до нужного места.

Рынок компонентов оказался не лавчонкой, а огромным, но столь же бесшумным залом. Вместо прилавков стояли прозрачные колонны, внутри которых парили образцы товаров. Чтобы что-то рассмотреть или сделать заказ, нужно было подойти и вызвать интерфейс жестом. Цены отображались тут же. Никаких торговцев и привычного торга.

— Здесь слишком автоматизировано, — подал голос Бегемот. — А нам требуются специфические вещи, которых может не быть в общем каталоге. Надо отыскать секцию «архаичные интерфейсы» или «внегалактические совместимости». Часто там прячутся нужные для модификаций детали. Давайте все за мной!

Кот ускорил шаг, и землянам пришлось прибавить скорости. Пройдя парочку залов, они отыскали терминал с пометкой «Нестандартные решения». Интерфейс здесь был чуть сложнее, и после нескольких запросов на экране возникло изображение существа — не местного гуманоида, а коренастого, бородатого карлика с кожей, похожей на кору дерева, и глазами-угольками. Подпись под изображением гласила, что продавца зовут Гномар.

— Я знаю эту расу, — произнёс Бегемот. — Это представитель расы техников-одиночек, не входящей в Совет, но их услуги ценятся за умение работать с любым «железом».

— Ну-ну, кто здесь у нас с проблемами? — голос Гномара звучал хрипло, но добродушно, перевод от Иа работал безупречно. — У вас корабль чужой конструкции? Покажите мне схемы, и я скажу, что есть в продаже.

Бегемот приложил лапу с браслетом к экрану, передавая замаскированные схемы необходимых модуляторов. Гномар на экране присвистнул от удивления.

— Ох ты, ребятушки, вы, видимо, планируете затеять дело с перчинкой? Воевать, что ли, готовитесь? Ладно, это не моя забота. Скажу сразу — детали ваши такая… редкость. У меня кое-что имеется на складе, но не всё и дорого. А вот за остальным придётся лететь к Коллекционеру.

— Кто такой Коллекционер? — тут же поинтересовалась Анна.

— Существо без расы, живёт на окраине системы, выбрав для этого одинокий астероид, — пояснил Гномар. — Собирает всякий древний и странный хлам со всей галактики. Если у кого и будет нужный вам квантовый дестабилизатор образца третьей эры, так это у него. Но он не торгует за кредиты. Ему нужны… диковинки: информация, истории, нечто уникальное.

Алексей с Анной переглянулись. У них как раз было кое-что уникальное — они сами и их приключения. Но после слов торговца браслет на руке Тювикова начал излучать слабое, задумчивое тепло, будто почуяв нечто интересное. Похоже, их шопинг только начинался, как понимал Лёха, и вёл он с этой планеты прямиком к очередному космическому чудаку.

— Сколько за то, что у вас есть? — спросил Алексей, стараясь говорить по-деловому.

Гномар что-то быстро подсчитал у себя на стороне.

— За адаптивные кристаллы и резонансные ядра — по три тысячи кредитов и сплав. Но я вам их не продам, так как у вас нет при себе Осмия-777.

«Ну начинается! — мысленно вздохнул Тювиков. — Прям как в мультике про дядю Фёдора: вам посылка пришла, но я вам её не отдам, так как у вас документов нет!»

— Да не особо и хотели мы у вас что-то покупать! — Лёха начал вести себя так, как им рассказывал искин. — Рынок большой, найдём того, кто даст более приемлемую цену. Айда отсюда, — потянул он за руку Аню.

— Это кто даст меньше? — опешил Гномар от слов и поведения покупателей, видимо, землянин повёл себя нестандартно.

— Кто-кто? — не знал, что ответить Тювиков. — Конь в пальто!

Как Иа перевёл его слова торговцу, Лёха не представлял, но по лицу торгаша было видно, что тот опешил.

— Конь в пальто посягнул на мой бизнес? — взъярился он. Торговец заёрзал за своим экраном, его глаза-угольки сверкнули обидой и внезапной тревогой. Очевидно, перспектива потерять сделку, да ещё из-за какого-то мифического «Коня в пальто», перевешивала его первоначальную строгость.

— Стойте, стойте! — заскрежетал он. Его голос потерял деловитую хрипотцу и стал почти визгливым. — Не спешите! Этот… Конь… он мошенник! Его кристаллы — подделка! Я… я могу уступить! За две тысячи отдам! Но только вам, потому что вижу — вы существа дела, не любите, когда вас водят за нос!

Анна едва сдержала улыбку, поняв, что их случайный блеф сработал. Алексей же, войдя в роль, насупился ещё больше.

— Ага, теперь за две? А минуту назад за три и сплав требовал. Значит, всё-таки можно? Выходит, обмануть нас хотели? Нет уж, братец. Теперь мы и даже за полторы покупать подумаем, стоит ли связываться с ненадёжным партнёром. Ань, идём к нашему Коню сходим…

— За тысячу! — взвыл Гномар, и его изображение на экране даже подпрыгнуло. — Да вы с ума сошли! Это же квантовые синхронизаторы третьего поколения! Сами знаете, какая редкость! За всё две тысячи — и точка! Плюс координаты Коллекционера в придачу, а то вы его сами никогда не найдёте, он тщательно маскируется!

Алексей сделал вид, что раздумывает, переглядываясь с Анной, которая едва кивнула. Две тысячи — всё равно меньше, чем они рассчитывали.

— Ладно, — с неохотой протянул он. — Две тысячи за всё с координатами. И чтобы всё в лучшем виде. А то, как узнаю, что кристаллы бракованные, вернусь и твою бороду... кхм, кору на сувениры пущу.

— Сделка! — быстро выпалил Гномар, явно боясь, что покупатели передумают. — Координаты и код доступа высылаю. Товар — в приёмнике 7-Гамма. Деньги — сейчас.

Иа дистанционно провёл транзакцию. Из стены рядом с терминалом раздалось мягкое шипение, а затем выдвинулся небольшой, но прочный контейнер. Бегемот, не дожидаясь команды, приложил к нему свой браслет-сканер.

— Качество... приемлемое, — промурлыкал он после паузы, скрывая удовлетворение. — Не идеал, но для наших целей сгодится. Мошенник, конечно, но не настолько, чтобы продавать откровенный хлам.

— Тогда летим к этому Коллекционеру, — добавила Сорокина, забирая контейнер. — И чем быстрее, тем лучше.

Она понимала, что, если их блеф вскроется, их могут ждать неприятности. И как бы им ни хотелось задержаться на этой необыкновенной планете, лучше исчезнуть отсюда побыстрее. Поэтому они постарались не задерживаться у терминала, оставив позади, как им казалось, мелкого жуликоватого торговца.

Но, уже направляясь к выходу с рынка, Алексей почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он обернулся, замечая, что в тени одной из арок, за стойкой с экзотическими растениями, стоял один из терминусцев. В отличие от других прохожих, его большие глаза были не рассеянно-спокойными, а сфокусированными и... оценивающими. Оно не отводило взгляд от Алексея, а точнее, от руки с браслетом. Заметив, что его обнаружили, существо плавно развернулось и растворилось в толпе.

— Иа, — связался с искином Алексей, ускоряя шаг. — На меня только что пялился местный. Как будто его браслет мой интересовал.

— Зафиксировал, — немедленно ответил ИИ. — Биосигнатура записана. Поведение выходит за рамки стандартной любознательности. Рекомендую покинуть город без задержек.

Они, используя уже самые скоростные тротуары, добрались до своего дока. И только когда шлюз корабля закрылся за ними, они перевели дух.

— Что это было? — спросила Анна, когда Иа отстыковался и начал уводить корабль от сияющей сферы космопорта.

— Не знаю, — честно признался Алексей, потирая браслет. Тот был тёплым, но теперь это потепление выглядело тревожным и настороженным. — Возможно, просто любопытный. А может… кто-то, кто знает, что такое этот браслет.

— На Терминусе много учёных, коллекционеров и… разведчиков, — задумчиво произнёс Бегемот, проверяя поочерёдно свои когти, словно готовился к бою. — Ключ эллиаров — артефакт редкий и могущественный. Возможно, мы привлекли нежелательное внимание. Иа, как скоро мы будем у Коллекционера?

— С учётом полученных координат и кода обхода его систем маскировки — тридцать семь минут. Приготовьтесь. Место, судя по предварительному сканированию, сильно укреплено и… эклектично.

Короткий перелёт прошёл в напряжённом молчании. Когда на экране появился указанный астероид, даже видавший виды Бегемот издал тихое, уважительное урчание. Это был не просто камень. Перед ними красовался музей, крепость и свалка, слившиеся в одно грандиозное, безумное целое. Астероид, похожий на гигантскую картофелину, был утыкан строениями всех мыслимых и немыслимых архитектурных стилей. Здесь виднелась хрустальная башня, явно эллиарская, там — угловатая, как рубленая рана, металлическая платформа, напоминающая творение Цикад. Между ними тянулись мосты, трубы и энергетические магистрали. Всё это мерцало огнями, и вокруг строений суетились десятки дронов-слуг.

— Коллекционер явно не бедствует и не скромничает, — заметил Тювиков.

Иа, используя полученный код, направил корабль к одному из самых незаметных шлюзов. Тот беззвучно открылся, впустив их в гигантский, залитый мягким светом ангар. Когда атмосфера восстановилась и люди вышли наружу, то увидели, что и внутри царит тот же принцип безумного порядка. От пола до куполообразного потолка тянулись стеллажи, заставленные многочисленными артефактами: части кораблей, непонятные механизмы, кристаллы в силовых полях, образцы оружия, странные органические формы в прозрачных цилиндрах. Воздух на вкус казался прохладным и стерильным, а нос улавливал аромат озона, металла и… вечности.

В центре ангара, за консолью, сотканной из света и тёмного металла, находился хозяин астероида. Но разглядеть его было трудно. Лёхе казалось, что перед ними мерцает скопление теней, механических щупалец и мерцающих голограмм. Плюс нескольких пар холодных голубоватых «глаз», лишённых зрачков, хаотично парили в воздухе. Перед ними было не существо, а некое непонятное явление. Другого термина для себя Тювиков не подобрал.

— Новые экспонаты, — раздался многогранный голос, похожий на хор. — Биосигнатуры: гуманоиды, прототип «Человек» и его вариации. Да ещё Чиграк модифицированный. Интересное сочетание. Откуда вы получили мои координаты?

— Гномар дал! — выкрикнул Алексей. — Мы ищем квантовый дестабилизатор образца третьей эры.

— Возможно, и найдётся, но что вы можете предложить мне помимо кредитов? Они меня совсем не интересуют.

Лёха, чувствуя, как браслет на его руке излучает почти болезненное тепло, шагнул вперёд, дополняя:

— У нас есть любопытная история и доступ к одной навигационной системе.

«Глаза» Коллекционера ярче вспыхнули, и несколько голографических экранов ожило вокруг него, показывая схемы и тексты на неизвестных языках.

— История — валюта непостоянная, но иногда ценная, — прозвучал хор голосов. — Дестабилизатор есть, но его ценность велика. Ваша история должна быть уникальной. А вот ваша система… — все «глаза» уставились на браслет, — …интригует. Рассказывайте и показывайте. Кто начнёт?

— Пожалуй, я! — Аня шагнула вперёд и начала рассказ. Кратко, чётко, как рапорт: Земля, неожиданный контакт, о Патике и браслет. Дополнила инфой о пропавшей станции и, возможно, причастных к этому Цикады. В финале упомянула о своей миссии. Коллекционер слушал, не двигаясь. Только экраны вокруг него лихорадочно сияли, сверяя и анализируя получаемые данные.

Когда Анна закончила, в ангаре повисла тишина, нарушаемая лишь тихим лёгким гудением оборудования.

— Конфликт с Цикадами, — наконец произнесли голоса. — Элемент риска и исторической ценности присутствует. Ключ эллиаров… дайте просканировать.

Алексей, после мгновенной паузы, поднял руку. Тонкий луч света из одной «руки» Коллекционера скользнул по браслету. Послышался звук, похожий на тихое перелистывание тысяч страниц.

— Подлинный. Это сейчас редкость. Обычно такие ключи неотделимы от оператора. Ваша история приобретает вес. — Коллекционер замолчал, будто совещался сам с собой. — Дестабилизатор вы получите. И кое-что ещё — информацию. Я отслеживаю передвижения многих судов. Флот Цикад, который вы ищете, не просто сканирует аномалию. Мои дальние сенсоры зафиксировали структуры, похожие на стабилизаторы гиперпространственного коридора. Цикады пытаются не просто пройти, а раскрыть «затвор» настежь и закрепить его.

Леденящая тишина воцарилась в ангаре. Полученный ответ был хуже самых мрачных прогнозов.

— Но зачем? — выдохнула Анна.

— Для вторжения. Или для прохода чего-то очень большого, — без эмоций ответил Коллекционер. — Данные о структурах — в придачу к дестабилизатору. В обмен… я хочу копию данных вашего браслета. Не ключ, а его навигационные карты и протоколы связи. Уникальные данные.

Бегемот, который до этого молчал, заурчал — низко и предупреждающе.

— Это риск. Но если Цикады строят стабилизаторы, эти данные могут помочь рассчитать уязвимые точки. Алексей, соглашайся, но с условием глубокого шифрования копии.

— Приемлемо, — ответил хор голосов.

Сделка состоялась молниеносно. Из глубин ангара на антигравитационной платформе приплыл контейнер с пульсирующим внутри устройством. Одновременно Иа получил объёмистый пакет данных. А когда они уже возвращались к шлюзу, их догнал голос Коллекционера, на этот раз звучавший чуть тише, почти конфиденциально:

— И ещё. На одной из строящихся платформ Цикад мои автоматические шпионы уловили слабую, фоновую энергетическую сигнатуру, схожую со структурой кораблей эллиаров. Она очень слабая, практически заглушенная. Скорее всего, там обломок, но возможно… кто-то ещё сохраняет энергию.

Слова существа повисли в воздухе, звонкие, как удар колокола. «А что, если там Патика?» — Алексей почувствовал, как сердце заколотилось где-то в горле. Они получили оружие и информацию. Но теперь у них появилась новая, невысказанная, личная цель в самом сердце вражеского лагеря. Миссия из разведывательной операции могла превратиться в нечто большее…



Они молча погрузились на борт, и лишь когда шлюз закрылся, отрезав их от безумного музея, напряжение людей вырвалось наружу.

— Патика… — прошептал Алексей, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Браслет жёг его запястье, но теперь это было не тепло, а леденящий озноб. — Она может быть там у Цикад и живая.

— Или это ловушка, — холодно, но без прежней уверенности возразила Анна. Землянка уже стояла у центрального экрана, куда Иа выводил данные, полученные. — Коллекционер сказал: «скорее всего, обломок». Вероятность, что твоя знакомая эллиарка пережила захват станции и теперь содержится на вражеской стройплощадке — ничтожно мала.

— Но не равна нулю, — низко проворчал Бегемот. Он сидел, свернувшись калачиком на созданной для него кровати, но его золотые глаза были широко раскрыты и неподвижны. — Мои расчётные модули и ваши примитивные человеческие инстинкты диктуют одно: мы обязаны проверить. Даже если это ловушка, знание о её устройстве даёт нам тактическое преимущество. А если нет… — Кот не договорил, вытянув вперёд свою гигантскую лапу, и продемонстрировал острые когти. — Может, нам и повезёт.

— Иа, — Сорокина обратилась к искину. — На что мы можем рассчитывать с новыми компонентами? И что у нас за информация о платформе Цикад?

Голос ИИ прозвучал, как всегда, размеренно, но в нём проскальзывала деловитая торопливость.

— Данные Коллекционера обширны. Платформа Цикад — не просто строительный комплекс. Это мобильная крепость-верфь, пришвартованная к гравитационной яме на окраине сместившейся аномалии. Размеры: примерно пять на три километра. Внешний периметр защищён энергощитами и патрулями дронов. Внутренняя структура неизвестна, но тепловые карты указывают на интенсивную активность в центральной зоне — там, где предположительно ведутся работы по стабилизации «затвора». Что касается эллиарского сигнала… — На экране появилась схема платформы, и в одном из дальних, малоактивных секторов замигал слабый, голубоватый значок. — Он локализован здесь, в районе, который условно можно назвать «зоной хранения трофеев» или… неисправного оборудования.

— Кладбище кораблей, — мрачно констатировал Тювиков. — Или склад запчастей. Значит, если Патика там, то или в обломке своего корабля, или… — Он сглотнул. — В одной из банок, как экспонат.

— Апгрейд требуется провести срочно, — напомнил Бегемот, резко меняя тему. Его практичный ум уже работал над решением. — Установить дестабилизатор и адаптивные кристаллы. Иа, сколько времени потребуется на интеграцию и создание хотя бы одного рабочего образца оружия, способного «нарушать квантовую связность биокристаллов Цикад»?

— При вашем содействии как специалиста по кодам и нестандартным интерфейсам, — ответил ИИ, — расчётное время: шесть часов тридцать две минуты для создания прототипа импульсного эмиттера. Для установки адаптивного протокола на щиты — дополнительно два часа. Полную модернизацию судна невозможно провести за восемь часов полёта до требуемых координат. Рекомендуется задержаться хотя бы на тридцать шесть часов.

— Мы не можем ждать так долго! — возмутился Лёха. — Вдруг Патике требуется наша помощь?

— Согласна! — подтвердила слова земляка Аня. — Поэтому делаем сначала эмиттер, а щиты — по остаточному принципу. Нам нужно не выдерживать осаду, а проникнуть, проверить сигнал и, если получится, нанести точечный удар по критической инфраструктуре. Приоритет — скрытность и скорость. Восемь часов… Лёха, ты должен отдохнуть. Тебе как «ключу» предстоит вести нас через помехи и сканировать местность.

— Отдыхать, мля? — опешил Тювиков. — Легко сказать! Вот если бы хряпнуть чего покрепче, но, — поймал он укоризненный взгляд Сорокиной, — согласен, не время и не тот повод. Ладно, попробую, — горько усмехнулся он, понимая женскую правоту. Его голова гудела от переизбытка эмоций и информации. — Разбудите, когда будет всё готово.

Он плюхнулся на свою кровать, но сон не шёл. Перед глазами стояли то идеальные ландшафты Терминуса, то мерцающие «глаза» Коллекционера, а главное — эта проклятая мигающая точка на схеме вражеской платформы. Лёха закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на тепле в затылке, на тихом гудении браслета. «Патика, — мысленно позвал он. — Если ты можешь слышать… держись. Мы уже близко». Ответа, естественно, не последовало. Алексей лишь уловил слабый импульс тоски, словно далёкое эхо, прошелестевшее по краю его сознания. Хотя… возможно, это ему показалось…

Через восемь часов полёта «Со-ова» оказался в кромешной тьме, на почтительном расстоянии от сияющего гнезда Цикад. Платформа, даже на экране с увеличенным изображением, внушала первобытный ужас. Она не была красивой или технологичной в привычном смысле. Это был нарост, опухоль из тёмного, пористого металла, усеянная бесчисленными ячейками, антеннами, словно щетина, и пульсирующими оранжевыми «венами» энергии. Вокруг сновали угловатые, похожие на хитиновых насекомых корабли и рои дронов. В центре платформы зияла воронка, откуда бил в пустоту сгусток искажённого света — туда, где висела невидимая глазу, но чудовищно искажавшая пространство аномалия.

— Видите структуры по краям воронки? — тихим голосом, словно боясь нарушить тишину на мостике, поинтересовался Бегемот. На схеме светились несколько массивных кольцеобразных установок. — Это и есть стабилизаторы. Они уже активны на минимальной мощности. Цикады прокладывают коридор, и, как только он станет достаточно стабилен…

— Они запустят через него всё что угодно, — закончила Анна. Сорокина стояла у экрана, облачённая в боевой комбинезон и проверяя новый эмиттер — устройство, похожее на укороченный автомат с массивным дулом и странными кристаллическими вставками. — Наш план остаётся прежним. Используя данные о патрулях и слепых зонах от Коллекционера, Иа подводит нас как можно ближе к целевому сектору. Дальше — выход в открытый космос и проникновение через аварийный шлюз, который, по нашим данным, должен быть наименее охраняемым. Лёха, ты ведёшь нас, сканируя территорию на предмет ловушек и живых сигнатур. Я — прикрываю тебя. Бегемот остаётся на связи и координирует нас с Иа. При первой же опасности — отход.

— Я бы предпочёл более активную роль, — промурлыкал кот, кивая. — Но подходящего скафандра на борту судна для меня нет. Не в капсуле же мне лететь? — Его лапа с браслетом активировала информационную голограмму корабельной сети. — Логистика тоже искусство. Удачи вам, земляне, и не наделайте глупостей. Ну, кроме тех, что уже совершили.

— Пора, — согласился Алексей, надевая боевой шлем. Его голос звучал хрипло, но твёрдо. Браслет на руке не тревожил, но внутри человека, в глубине души, клокотала та самая «нитка», которая теперь тянулась не к точке в пространстве, а к слабому голубому огоньку на вражеской схеме.

Иа, используя все хитрости маскировки разведывательного судна и адаптивные алгоритмы Бегемота, пополз вперёд. Корабль скользил, как тень, используя для прикрытия облака космической пыли и выбросы энергии от самой платформы. Каждый всплеск предупреждающих сигналов на экранах заставлял сердца людей замирать. Но патрули проносились мимо, слепые и глухие к их присутствию.

— Остановка, — наконец произнёс Иа. — Дальнейшее приближение сопряжено с высоким риском обнаружения активными сканерами платформы. Целевой сектор в трёхстах метрах. Аварийный шлюз визуально подтверждён. Атмосфера в отсеке за ним… отсутствует. Температура близка к абсолютному нулю.

— Значит, и охраны внутри минимум, — заключила Анна. — Выходим.

Лёха уловил мудрый взгляд Бегемота и его кивок людям, после чего земляне вошли в шлюз. Они уже знали, как можно управлять скафандром в космическом пространстве. Мыслешлем безукоризненно передавал их желания встроенным микродвигателям. Вакуум поглотил посторонние звуки, оставив лишь стук крови в висках, ровное дыхание в шлеме и голос Иа в головах: «Двигайтесь по магнитным креплениям. Избегайте прямого визуального контакта с дронами. Я буду корректировать маршрут».

Люди смело оттолкнулись от корпуса «Со-ова» и полетели в чёрную пустоту, где гигантская, уродливая платформа закрывала собой полнеба. Алексей летел первым, корректируя маршрут по появляющимся навигационным стрелкам на стекле шлема. Его браслет, защищённый слоем скафандра, теперь не светился, но землянин чувствовал гаджет — как компас, стрелку которого выкручивает на месте. Чем ближе они приближались к цели, тем сильнее возрастала внутренняя дрожь.

Шлюз, похожий на зияющую рану в корпусе, оказался именно таким, как на схеме — заброшенным, с оборванными проводами и замёрзшими каплями неизвестной жидкости. Внутри царила кромешная тьма и холод смерти. Фонари на шлемах выхватывали из мрака обледеневшие стены, груды металлолома, странные органические наросты, похожие на застывшие смоляные потоки.

— Воздуха нет, — подтвердила Анна, глядя на показатели своего шлемофона. — Гравитация слабая, поэтому активируем магнитные захваты на обуви. Идём осторожно. Лёха, давай направление?

Тювиков закрыл глаза на секунду, позволив внутреннему компасу взять верх. Он почувствовал слабый, прерывистый зов — не звук, а вибрацию в самой кости. После чего решительно указал рукой вглубь коридора, в сторону, противоположную от ярких оранжевых «вен» энергии, бьющих где-то в центре платформы.

— Туда. Дальше…

Они двинулись, крадучись, как призраки. Их скафандры не издавали звуков в вакууме, но каждый шаг по металлическому полу отдавался в лёгких вибрациях коридора. Запутанный лабиринт прохода мог сбить с толку кого угодно. Но Алексей, ведомый импульсом, выбирал нужные направления почти без колебаний. Иногда люди замирали, ощущая в соседнем тоннеле металлические вибрации или увидев пробегающую тень механического дрона, выключая выдающий их свет. Но сектор и правда выглядел заброшенным, как и предполагал Бегемот. Земляне проходили мимо вмёрзших в лёд обломков судов разных рас, раздавленных конструкций и искорёженного оружия. И уже в конце длинного, низкого зала их нашлемные фонари выхватили смертельно раненный корабль эллиаров. Его изящные обводы были искорёжены, корпус пробит в нескольких местах, а одна часть обшивки буквально вырвана. Он лежал на боку, припорошенный инеем.

Браслет на руке Алексея вспыхнул таким ярким, болезненным теплом, что Тювиков чуть не вскрикнул. Импульс походил на отчаянный крик или призыв о помощи.

— Патика здесь, — прошептал он, и его голос сорвался. — Внутри судна.

Они подошли к кораблю, проникая внутрь через вырванную пробоину. В капсуле царил тот же ледяной ад. Анна первая переступила порог, готовясь открыть огонь из эмиттера. Лёха последовал за ней, пытаясь рукой через скафандр унять бешено стучащее сердце. Рубка управления судна оказалась полностью разрушенной, а в кресле пилота, закованная в лёд, как в саркофаг, сидела Патика. Её некогда серебристый комбинезон был покрыт инеем, длинные ресницы запорошены снегом, а большие глаза закрыты. Одна рука инопланетянки всё ещё лежала на панели управления, словно даже замерзая, она пыталась что-то сделать. Но самой большой неожиданностью для землян оказалось голубоватое свечение, окружающее тело Патики.

— Она… заморожена? — тихо спросила Анна, не веря своим глазам. — Мы опоздали?

— Нет. Это режим глубокой спячки, — пояснил Иа. — Стандартный протокол эллиаров при катастрофическом повреждении корабля и невозможности получения помощи. Метаболизм замедлен до минимально возможного уровня. Биосигнатуры крайне слабы, но… стабильны. Она пока ещё жива.

Алексей подошёл ближе, не в силах оторвать глаз от застывшего лица. Он помнил её улыбку, её мелодичный голос, а теперь перед человеком стояла ледяная маска. Лёха протянул руку, желая стереть иней со щеки Патики, задавая искину вопрос:

— Как её разбудить и вытащить?

— Нельзя будить здесь, — немедленно отозвался Бегемот с борта корабля. Его голос звучал недовольно. — Её система привязана к корабельному реактору, но реактор судна мёртв. Резкий выход из стазиса без медицинской поддержки убьёт её за минуту. Нужно отсоединить кресло-капсулу целиком и доставить на борт. Это инженерная задача.

— У нас нет на это времени! — Сорокина оглянулась на тёмный пролом шлюза. — Каждая лишняя секунда здесь — безумный риск. Нам нужно…

Её слова оборвал мощный низкочастотный гул, прошедший сквозь металл пола. Свет в заброшенном ангаре моргнул, и на мгновение зажглись аварийные оранжевые огни. Голос Иа прозвучал тревожно, предупреждая людей: «Обнаружена активность! Сканеры платформы зафиксировали несанкционированное проникновение в заброшенный сектор! К вашему местоположению выдвигается группа дронов! Рекомендую немедленный отход!»

Лёха не ожидал, что Аня так изысканно заматерится. Он ранее подобного за Сорокиной не замечал, но прекрасно понимал её состояние. Они нашли Патику, и теперь всё рушилось. «Да вот хреном вам по сусалам!» — мысленно выругался он, переходя к голосовым командам, рявкая:

— Бегемот, Иа! Что нужно отключить, чтобы отцепить эту хренотень от пола?! Говорите быстро!

Схемы и инструкции тут же запрыгали у него перед глазами на дисплее шлема. Оказалось, что кресло было автономным спасательным модулем и требовалось отсоединить шесть энергетических и две механических связки.

— Аня, прикрывай! — скомандовал Тювиков, а сам бросился к задней части кресла, отыскивая первые разъёмы. Его пальцы в перчатках были неповоротливы для таких тонких работ, и время буквально утекало сквозь пальцы. А где-то снаружи, в коридорах, через пол и стены ощущался нарастающий и мерзкий скрежет приближающихся механизмов. Теперь на кону стояла уже не только их собственная жизнь…