9. Паскуаль. Макаронная фабрика

Не знаю, где работал мой отец, но ночами его дома не было часто. Днём заснуть с наличием выводка детей невозможно, он сделал себе гамак во дворе и пытался как-то отдохнуть. Ведь в ночь опять куда-то надо идти.

Я догадывался, чем занимается отец, но был ещё мал спрашивать об этом. Однажды отца принесли домой, он не мог передвигаться сам. Тогда же мои догадки подтвердились, отец работал на контрабандистов. Ночами они перетаскивали тюки с разными товарами от кораблей, через тропы в горы и там оставляли в означенном месте. Поставляли всё это добро не через таможню, чтобы не платить налог государству.

На одной из опасных троп отец оступился, тюк улетел в ущелье, а он чудом зацепился за уступ. Товарищи вытащили его, но на ноги он не встал ни через неделю, ни через год.  За утраченный товар забрали те малые гроши, что родители сумели отложить и семья погрузилась в ещё большую нищету.

Я был старшим, но всего-то семь лет мне, и пять следующему брату. Младшему чуть больше трёх, и брать его с собой было бесполезно. Я же с братом Луиджи стал ходить в порт.

На заре шлюпки с рыбаками уходили в море, и к девяти часам начинали возвращаться с уловом. Если улов был хорошим, то мы помогали собирать рыбу в корзины. Рыбаки и сами бы справились, но они понимали, что пацаны тут не от хорошей жизни и расплачивались с помощниками свежей рыбой.

Если мы несли домой по хорошей рыбине в каждой руке, это был праздник. Мать могла приготовить для нас, и ещё продать лишнюю чтобы купить масло или муки. Теперь мы с Луиджи стали кормильцами, пришлось взрослеть. Беззаботного детства у меня и так не было, теперь надо было думать, как зарабатывать.

Утром мы с братом дежурили у моря, ждали возвращения бортов с уловом, если повезло, относили домой рыбу. Но бывало так, что рыбакам делиться нечем. Тогда мы шли на знакомое место, и начинали нырять за мидиями. Нас собиралось несколько ребят, иногда пара девчонок тоже вертелись у берега. Нырять они не могли, но мы как настоящие парни делились с ними добычей.

Мидии это не тот товар, что можно продать, мы несли домой. Мама готовила с ними вкусную пасту. А про пасту это отдельный разговор.

Когда отец слёг, то мама тоже начала искать подработку. Младшие девочки подросли, за ними присматривали папа и средний брат.

Мама наша не очень ладила с соседками. Как-то с самого начала повелось, что итальянки настороженно приняли иностранку, она для них навсегда осталась straniera.

Женщины находили работу для себя, звали товарок, делились информацией между собой. Нашу маму никто не звал, но однажды мы с братом услышали, что на макаронной фабрике бывают нужны помощницы. Рассказали об этом дома, и на другой день отвели маму к хозяину.

Маму приняли на работу. Денег там много не обещали, но можно было брать продукцией по себестоимости. Работа заключалась в развешивании макарон для просушки. Каждый день можно было забирать оплату продукцией, но с одним условием. Брать надо было не сухие готовые макароны, а полуфабрикат. Их надо дома досушивать таким же способом, как и во дворе фабрики. Это никого не огорчило, и мы с братьями приобщились к сушке макарон.
Понятное дело, теперь блюда из макарон были у нас каждый день. Щёки у детей припухли и порозовели, настроение у мамы улучшилось, и она даже перестала гоняться за нами с мокрой тряпкой. Да и зачем? Мы уже стали серьёзными ребятами.

Начало тут:
http://proza.ru/2026/02/22/172

Продолжение:
http://proza.ru/2026/03/03/1588