Защита Диплома

Защита нашего Диплома проходила совместно с его метал-группой “Испепелители Морали”. Диплом был трудолюбивым и упорным парнем в плане сочинения песен и гитарных упражнений, тщательно ухаживал за мотоциклом и любимым музыкальным инструментом, он сыграл ключевую роль в развитии и процветании нашего мотоклуба “Всадники Апокалипсиса”, но в остальных жизненных аспектах был полным разгильдяем и клал болт на проблемы, которые нельзя игнорировать.

Его кожа постоянно была покрыта укусами постельных клопов, но уборку и обработку основной квартиры от кровососущих паразитов Диплом год за годом откладывал на потом.

Крыша его штаб-квартиры, которую он купил для репетиций, во время дождей или таяния снега протекала в пяти местах, а сама бревенчатая хижина сильно покосилась и грозилась рухнуть в любой момент. Однажды я приехал к нему в гости, чтобы продать свою гитару, и мы решили обмыть сделку. Напились вхлам. В ту февральскую ночь разыгралась сильная вьюга, ветер свистел на чердаке, а избушка страшно трещала и, казалось, вот-вот развалится от очередного порыва. Диплому было плевать и на это. По-хорошему, дом подлежал сносу или, в крайнем случае, хоть какому-то ремонту, но хозяину было лень даже элементарно подпереть кривую стену парой бревен.

Наконец, его банда написала три обалденных альбома, которые следовало качественно записать и выпустить, но Диплом постоянно находил отмазки, чтобы этого не делать: то боялся, что альбомы никто не оценит (что совершенно неправда, ибо во время выступлений в барах и клубах народ в экстазе сходил с ума), то не хотел юридической возни с лейблами, то пропивал скопленные на это деньги.

Но однажды Диплом зашел слишком далеко. В тот день он приехал в клуб без любимой джинсовой жилетки, забитой цветами клуба, нашивками с фестивалей и логотипами обожаемых тяжелых групп. Кроме того, вместо шикарной кудрявой рыжей шевелюры зияла лысина, длинная козлиная бородка отсутствовала, из поломанного носа шла кровь, а под глазом горел синий фонарь, так что поначалу Диплома и не узнали. Парень молча зашел, ни с кем не поздоровавшись, сел за стол, отхлебнул вискаря из бутылки и уставился в декоративную стену, увешанную отслужившими свое поршнями, шестеренками, свечами зажигания и цепями. Естественно, мы потребовали объяснений, но Диплом молчал как партизан. Парень был не в духе, и нам приходилось, словно пассатижами, вытягивать слова до тех пор, пока он не влил в организм полбутылки – это сделало его более разговорчивым. Оказалось, Диплом, как обычно, положил болт на небольшую неприятность, а она переросла в проблемищу, требующую радикальных мер.

Однажды ночью Диплом проснулся от звуков ненавистной рэпчины – обалдевший школьник сидел на лавочке и слушал псевдомузыку через магнитофон на полной громкости. Вместо того, чтобы выйти и дать малолетке подзатыльник, он просто закрыл окно, надел наушники и, включив плеер, спокойно заснул. Следующей ночью история повторилась, но школьников было уже двое – Диплом поступил точно так же. Со временем рэп стал играть и днем, но потише – видимо, повлияли соседи, а к школьникам присоединялись и парни постарше. Двор обретал популярность у молодежи, народу становилось больше и больше, и дело дошло до того, что Диплому предъявили за футболку “Overkill” и под угрозой расправы сказали больше в мерче метал-групп не появляться.

Тут бы позвать нас на помощь – в клубе, как-никак, друг за друга горой, но нет – Диплом снова забил и продолжил носить любимую одежду, не изменяя стилю. В итоге пятеро хулиганов силой затащили его в гараж, избили, подстригли и растерзали в клочья дорогую сердцу жилетку.

Соль ситуации в том, что районы рэперов располагались в трех кварталах от квартиры избитого, за железнодорожной сортировочной станцией, а любители словоблудия под биток тихой сапой захватили двор Диплома.

Единогласно решив, что товарища в беде бросать нельзя, мы оперативно спланировали внезапный рейд, чтобы выкурить обнаглевших рэперков из метал-района. Во избежание соблазна применения, а также чтобы не привлекать к клубу лишнего внимания милиции, мы не взяли на разборку огнестрельного оружия и, вооружившись лишь арматурой, трубами и мотоциклетными цепями, в составе 15 человек из клуба и еще троих из группы Диплома, поехали на железных конях в злополучный двор. Там в это время тусовались 13 рэперов.

Словесного диалога, ожидаемо, не получилось – замес начался после трех коротких фраз. В противовес арматуре противники вооружились кастетами, розочками от бутылок и складными ножами. В ходе бойни решающую роль сыграли дальнобойность арматуры и численное превосходство.

Отхватив порцию целебных люлей, неприятели, выплевывая зубы и похрамывая, постепенно разбегались, но в тот момент я заметил, что произошло необратимое. Диплом валялся на асфальте без сознания, а из его шеи пульсирующим фонтаном била кровь. Пырнули ножом, сволочи! Поток крови затихал, и я понял, что Диплом больше не жилец. Во мне заполыхала ярость и желание покромсать на куски каждого рэпера вне зависимости от его причастности к убийству или потасовке.

Из состояния ступора меня вывел крик одноклубника Лихого о том, что мой байк угоняют. Я забыл вытащить ключ из замка, и теперь любимая “Планета 5” увозила на себе двух ублюдков. Я запрыгнул на заднее сидение “Явы”, а Лихой без слов понял, что надо делать. Напарник, хорошо знающий город, загнал угонщиков на безлюдную загородную трассу, мы поравнялись с ними, и я, наплевав на опасность отскока, со всей силы швырнул стальную трубу в переднее колесо “Планеты”. Удача соблаговолила, и угонщики встретились с асфальтом на скорости около 100 км/ч без шлемов.

Мы развернулись и остановились на месте аварии, чтобы осмотреть повреждения. Остатки мозгов пассажира, не размазавшихся о дорожное полотно, вяло покидали пробитую черепушку. Водителю повезло чуть больше – он изрядно истерся об асфальт, местами до костей, истекал кровью, но еще не чувствовал всей боли из-за шока. Чтобы не оставить твари шансов на выживание, я размозжил трубой череп и ему. Свидетели отсутствовали, и трупы спишут как погибших в ДТП типа: “Не справился с управлением”. Для убедительности несчастный мотоцикл пришлось оставить на месте аварии. Дело за малым – написать заявление об угоне…

Настал новый день. Бледный, как бумага, Диплом, покоился на диване в своей хижине. Левой рукой он держал гриф любимой гитары “Fender Stratocaster”, в правую была вложена бутылка виски. Каждый, попрощавшись с убитым товарищем, разливал пятилитровую бутылку бензина, слитого из бака своего байка, на пол хижины и на бренное тело.

Мы стояли у дверей бывшей репетиционной точки. Со свинцового неба лил крупный дождь, а неприятный холодный ветер пробивался сквозь куртки и косухи. Оставалось кинуть зажигалку, но между участниками метал-банды покойного возник спор о том, кому следует это сделать. И тут пламя пришло изнутри хижины, как будто кто-то запалил бензин там. Однако перекличка показала, что каждый из присутствующих был на месте. Мистика. Диплом даже будучи мертвецом показал бунтарский характер. Прощай, друг, ты ушел красиво!

В тот момент мне хотелось созерцать, как пламя уничтожает последнее пристанище Диплома, вспоминая о его жизни и осознавая, что того, что было, больше не будет. Однако надо было уходить, ведь на пожар непременно сбегутся зеваки, пожарные и милиция с их ненужными в данный момент допросами. Я запрыгнул на Харлей, еще недавно принадлежавший покойному, и погнал вслед за остальными. Теперь сверкающий хромом байк являлся собственностью клуба. Прости, дружище, но сжигать вместе с тобой дорогущий агрегат – это перебор.

К вечеру дождь только усилился. Мы сидели в клубе за столом и хлестали водку, поминая убитого и обрабатывая ей же свежие резаные раны. Стояла непривычная тишина – постоянно играющую музыку в тот день было решено не включать. Большинство присутствующих высказывало намерения готовить огнестрел к предстоящим рейдам на рэперские кварталы, но президент клуба на этот счет высказывался аккуратно и сдержанно. План мести президента будет куда более жестоким и извращенным, нежели простая перестрелка.

К сожалению, несмотря на мои просьбы, президент отказался сделать исключение из правил и впустить в клабхаус посторонних, коими являлись участники банды “Испепелители Морали” – в клубе они не состояли. Парни, не проронив ни слова, развернулись и уехали, дальнейшая их судьба мне не известна. А жаль – ребята, вроде, неплохие, к тому же постоянно проводили время с Дипломом и знали ответы на многие терзавшие клуб вопросы.

Например, происхождение прозвища всем известно: защищая диплом на концерте, он заскочил на мотоцикле прямо на сцену, а во время выступления умудрился отодрать красноволосую телку. После защиты его банда устроила на сцене пожар, благо, обошлось лишь немногочисленными ожогами у стоявших в первых рядах. Описанное зрелище я наблюдал своими глазами, а оставшийся от ожога шрам на левой руке всю жизнь напоминал о концерте. Но кем была та девушка? Версии разнятся. Кто-то говорит, фанатка, кто-то говорит, аспирантка, другие доказывают, что двоюродная сестра, а иные вообще клянутся, что деваха – его научная руководительница. Сам Диплом вместо ответа на данный вопрос лишь загадочно улыбался, а потому сия тайна навечно осталась покрытой мраком.