Как карфагеняне открывали Африку

 Как карфагеняне «открывали» Африку и Латинскую Америку


Как карфагеняне «открывали» Африку

Это было давно, еще до нашей эры,  когда Карфаген был построен и процветал…
Когда карфагенянин Гимилькон направился на север (открывая земли, которые потом стали называть   Европой), Ганнон со своими кораблями двинулся на юг (в те земли, которые потом назвали Африка). У него было шестьдесят пятидесятивесельных кораблей, на них плыло тридцать тысяч человек, мужчин и женщин, которых Ганнон должен был высадить в удобных местах и создать там карфаген¬ские поселения.
  И сначала все шло по заранее намеченному плану. Через два дня после выхода в океан (который потом назвали Атлантическим), увидев большую равнину, очень удобную для поселения и, как казалось, достаточно плодородную, Ганнон остановился и высадил часть тех люей, которые плыли с ним.
Так был основан первый город, который Ганнон назвал Тимиатерием. (От него даже руин не осталось).  Оттуда карфагенский флот направился далее на юг  по океану.
Через некоторое время мореплаватели увидели еще одну большую равнину, а затем — мыс, поросший густым лесом. Высадившись на этом мысе, они основали храм Мелькарта, дабы их дальнейшее путешествие было столь же удачным, как и до этого.
Через полдня пути    карфагеняне увидели на горизонте недалеко от океанского побережья большое озеро, заросшее высоким тростником. Озеро это тянулось вдоль берега океана. По берегу озера мерно двигались огромные слоны, которых карфагеняне хорошо знали, а недалеко от них бегали другие  звери. И все они паслись рядом друг с другом.
Ганнон со своими кораблями поплыл вдоль берега. Потом он велел вновь пристать к берегу и высадил там часть людей, которых вез с собой.
Так в этих землях были основаны новые карфагенские поселения.
Продолжая свой путь, карфагенские моряки прибыли к устью реки, которую они назвали Ликс. Вокруг этой реки пасли свои стада местные кочевники. Какова была местность дальше и какие народы населяли те земли, карфагеняне точно не знали, и Ганнон решил взять с собой проводников, а главное — переводчиков из числа живших около Ликса. Но для этого надо было с ними подружиться. Поэтому карфагеняне оставались в устье Ликса столько времени, сколько понадобилось, чтобы местные жители стали им доверять.
  Кочевники расказали карфагенянам, что сама река Ликс вытекает из больших гор, что у подножья этих гор живут люди, называемые «троглодитами», потому что обитают они не в построенных на земле домах, а в пещерах на склонах гор, и эти люди так быстро бегают, что обгоняют даже лошадей. И еще рассказали кочевники, что земля вокруг полна страшных диких зверей и населена совершенно такими же дикими людьми, не знающими законов гостеприимства.
Карфагеняне не стали углубляться внутрь материка, и, взяв переводчиков, продолжа¬ли двигаться вдоль африканского побережья.
А дальше берег совершенно изменился. Началась бесплодная пустыня,  которую потом назвали Сахара, и плыли вдоль нее моряки три дня. Потом они обнаружили какой-то залив, а в середине его находился остров окружностью в пять стадий (примерно один километр). И там Ганнон основал еще один город, который назвал Керной. Так же был назван и остров (современный остров Мотадор?).
При этом Ганнон рассчитал и записал, что плыли моряки от Столпов Мелькарта (нынешний Гибралтар) до Кер¬ны столько же времени, сколько от Карфагена (руины которого находятся в рядом с городом Тунис)  до Столпов.
Ганнон решил плыть дальше, хотя новых городов он больше уже не основывал.
Довольно быстро моряки добрались до устья какой-то реки, и Ганнон решил войти в нее. Карфагенские корабли стали подниматься вверх по этой реке, и скоро моряки увидели озеро, а на нем — три острова, каждый из которых был больше Керны.
Но там карфагеняне не остановились, а в течение дня плыли дальше, пока не достигли конца озера. Над берегом поднимались высокие горы, а по берегу бегали обезьяны…
Вернувшись в воды океана, мореплаватели продолжили путь к югу, пока не достигли еще одной, гораздо большей реки (реки Сенегал?). С удивлением они увидели в этой реке крокодилов и гиппопотамов. До сих пор они, как и все другие люди, были уверены, что из всех рек, текущих по земле, крокодилы водятся только в одной— в египетском Ниле. И Ганнон задумался: не таинственный ли исток Нила перед ним?
Когда-то, еще до Ганнона, греческий моряк Евтимен тоже добрался до большой реки с крокодилами и решил, что это — начало Нила. Но ошибся.
Так что Ганнон решил, что проделал весь путь, какой ранее проделал Евтимен, и он  тоже добрался   до Нила, но с другой стороны. Теперь он мог с легким сердцем повернуть назад, что он и сделал.
Однако  когда карфагенские корабли вернулись в Керну, Ганнон, после долгих размышлений, все же решил продолжить плавание (вокруг Африки, как потом назвали континент).
Новое плавание от Керны продолжалось двенадцать дней. Корабли снова  плыли на юг  вдоль берега, а на берегу постоянно находились темнокожие люди, которые в страхе перед неведомыми кораблями убегали. А когда до моряков доносились их слова, то они были совершенно непонятны не только карфагенским морякам, но и тем кочевникам, которых они взяли с собой. Через двенадцать дней непрерывного плавания корабли бросили якорь у   высоких гор, густо покрытых деревьями, многие из которых источали сладкие запахи. Моряки за¬паслись пресной водой и отправились в дальней¬ший путь.
Через два дня после плавания по неизмеримым морским просторам они подплыли к большой равнине. Там они со страхом увидели какие-то огни, которые через определенные промежутки времени то разгорались, то гасли, и казалось, что они приносятся к берегу какими-то неведомыми силами. Огней становилось то больше, то меньше. Страшно было высаживаться на этом берегу, но мореплаватели нуждались в прес¬ной воде и, преодолев страх, все же высадились. Огни погасли. Однако ничего страшного не произошло, моряки    пополнили запасы воды и, облегченно вздохнув, двинулись далее вдоль африканского побережья. Огни вспыхнули снова…
Оттуда корабли плыли пять дней и вошли в большой залив, который их переводчики назвали Западным Рогом. В заливе моряки увидели остров, полностью покрытый лесом. Они высадились на этом острове, но сколько ни шли, ничего крме бесконечного леса не увидели. Настала ночь. И внезапно вокруг загорелось множество огней, раздались звуки флейт, бряцание кимвалов и тимпанов, а потом вдруг раздался чей-то громкий крик. Но люди так и не появились. Ужас охватил карфагенян. Прорицатели, бывшие в составе экспедиции Ганнона, тотчас посоветовали покинуть странный и страшный остров. И моряки немедленно последовали этому совету.
Быстро отчалив, корабли двинулись как можно дальше от таинственного острова. Пока они плыли, повеяло благовониями. Но когда карфагеняне подплыли поближе, то вместо блаженной страны, из которой могли исходить   приятные запахи, они увидели огромные потоки огня, вливающиеся в море с высоких берегов,  окутанных в тумане. Это было столь необычно, что Ганнон хотел было причалить в этом месте и посмотреть, в чем же дело. Но  обжигающий пар и испепеляющая жара от расплавленных камней  не дали возможности приблизиться к берегу, а тем более высадиться на него. И вновь страх овладел карфагенскими моряками. Быстро отплыли они и дванулись дальше.
Проплыв еще четыре дня, карфагеняне но¬чью снова увидели страшный огонь. Огнем была заполнена вся земля до небес, а в середине огромным костром поднималось еще более высокое пламя, которое, казалось, достигало звезд. Утром моряки увидели, что это была высокая гора, изрыгающая пламя. Ее называли Колесницей Богов.  (Это был вулкан, который потом назвали Камерун).
 Карфа¬генские корабли двинулись мимо нее, обходя  врывающиеся в море потоки пламени. И еще через три дня они прибыли в залив, который называли Южным Рогом. В глубине залива находился остров с бухтой, а в бухте — еще один остров. (Это был залив, который через много веков получил название Гвинейского)…
Ганнон хотел плыть еще дальше. Но на кораблях кончились припасы, а найти их на берегу не было никакой возможности. И Ганнон приказал повернуть назад. После долгого путешествия, уже не встречая страшных и неожиданных препятствий,   корабли вернулись в родной Карфаген.
Ганнон записал свое путешествие. Его рассказ был выгравирован на медной доске и по¬мещен в Храме Баал-Хаммона (Эшмуна) в Карфагене как посвящение этому Богу в благодарность за удачное путешествие и еще более удачное возвращение…
Слава Ганнона как смелого и удачливого мореплавателя росла. И вот возникли легенды, что он повторил свое плавание, но на этот раз он  не остановился у вулкана Камерун и в Гвинейском заливе, а двинулся дальше и, обогнув всю Африку, прибыл к границам страны, которую потом назвали  Аравия, в залив, который теперь называется Персидский.
Но записки его об этом путешествии до сих пор не найдены, мной не прочитаны, поэтому хотите верьте легендам, хотите нет, а я думаю, что не успокоился на этом Ганнон и отправился в третье путешествие,  ведомый только Светилом, которое теперь называется Солнцем. А идея его была такова: узнать,  куда это Светило закатывается на ночь и как Ему удается подниматься  всегда утром с другой стороны.
Очень любопытным был Ганнон, и это любопытство его сгубило: в Карфаген он больше не вернулся. И об этом  еще одна легенда…

Как карфагеняне «открывали» Латинскую Америку

 Жители материка, который называется теперь Латинская Америка, увидели, что к   берегу приближаются огромные  пироги, похожие на их собственные, только такие большие, которые могли были созданы не иначе, как самими Богами.
А местные жители знали от своих словоохотливых жрецов, что Боги живут там, откуда поднимается Светило. Появление кораблей  карфагенян было истолковано ими,  как доказательство своего вранья, но чтобы подтвердить его, они решили назвать самих пришельцев Богами.
Кончилось это печально для самих карфагенян. Местные аборигены решили проверить Богов на Бессмертность, предав огню и кипящей воде, и убедившись в их Вознесении к Небу в образе облаков дыма и пара, стали набожно ждать их нового Пришествия.
Оно и произошло много веков спустя, когда  к  их берегам прибыли другие корабли, которые теперь называются каравеллы, а на их борту были люди, прозванные потом  «цивилизованными европейцами».
Что они принесли с собой, какие болезни и какой «огонь», и что  эти «Боги»  сотворили с аборигенами, об этом расскажем в другой раз.  Впрочем, вы и сами   хорошо знаете, чем все это кончилось и до сих пор продолжается…

 Записано скромным учеником великого историка Геродота, который учил:
«Если не высказаны противоположные мнения, то не из чего выбирать наилучшее».
У вас, конечно, есть свое мнение,  даже противоположное, так что буду рад изучить, если вы напишете  мне на почту:
sweeta45@mail.ru
 
Николай Сологубовский
1 марта 2026 года

 Кстати, опубликованное  выше фото – это творение   так называемого ИИ, с помощью  которого мой друг Лоренцо обработал  фотографию наскального рисунка, обнаруженного мной в  горах в пустыне Сахара. Ганнон туда так и не смог добраться.   Этот замечательный рисунок был создан неизвестным художником или художницей, что более правдоподобно,  примерно 15 тысяч лет  назад до рождения Антона Павловича Чехова, так что я ему дал название «Дама с собачкой», оставляя   авторство за великим русским писателем.